Гайден 5 (1-4)

There is still time to download: 30 sec.



Thank you for downloading from us :)

If anything:

  • Share this document:
  • Document found in the public.
  • Downloading this document for you is completely free.
  • If your rights are violated, please contact us.
Type of: docx
Founded: 06.11.2020
Added: 09.01.2021
Size: 1.64 Мб


Хроника Битвы при Дагоне
Пролог
640-й год Космической эры (331-й год по календарю Империи) был особенным в истории человечества. В феврале этого года состоялась первая встреча представителей Галактической Империи и Союза Свободных Планет, и безо всяких фанфар между этими крупнейшими оплотами человечества началась долгая и кровопролитная война. В июле того же года имперский экспедиционный флот и вышедший ему наперехват флот Союза сошлись в крупномасштабном кровавом сражении, впоследствии ставшем известным как «Битва при Дагоне».
I
– Моё заведение – не бордель! – настаивал владелец третьесортного отеля «Гауди». Но, как бы яростно он ни настаивал, жители Союза не верили его словам.
Дурная репутация этого отеля была широко известна, и для стоявшего напротив человека она, конечно, также не была новостью.
Мужчина с яростным взглядом только что подошёл к стойке. Высокий и худой, с виду лет сорока с небольшим. Его лицо искажал гнев, и потому владелец отеля не мог определить точную внешность. Ну а руки и ноги мужчины были, разумеется, нормальными и находились в нужных местах.
– Я ищу одного человека, проводящего ночь с женщиной. Есть идеи? – спросил посетитель прямо.
Ответ, естественно, оказался куда уклончивее:
– Все здесь – любовники, так что идей слишком уж много. Есть ли у человека, которого вы ищете, какие-то особые приметы?
– Тридцать шесть лет, высокий, черноволосый, с голубыми глазами… с одним носом и одним ртом!
– Красавчик? Или уродлив?
– …ну, выглядит он неплохо, – неохотно произнёс мужчина, но сразу, подумал о чём-то и выпалил: – Но всё равно он мерзкий негодяй!
– А? Только не говорите, что вы братья? – усмехнулся владелец.
Посетитель не ответил, то ли не поняв, то ли решив не злиться из-за такой мелочи. Вместо этого он поднял вверх палец, а глаза его засияли, словно он вспомнил нечто важное.
– Точно! Он мог привести двух женщин, чтобы провести с ними ночь!
– О, похоже, он пользуется успехом у дам!
– Это бесстыдно! Ну так что? Не появилось идей?
«Даже знай я что-то, всё равно бы не сказал!» – чуть было не выпалил владелец отеля, но проглотил эту фразу и вместо этого дал чёткий ответ. Его чувство опасности ясно просигналило, что ответ на оскорбление может оказаться весьма жёстким.
Мужчина принял ключ от 306-й комнаты, отправился к ней и открыл дверь, после чего молча вошёл внутрь. Тут же он услышал щебетание нескольких девушек, но они сразу испугались и побледнели, когда заметили вторжение, а их очаровательное кокетничанье превратилось в пронзительные крики.
Вошедший с гневом на лице ждал реакции «главного героя».
Высокий крепкий мужчина в постели сел и чуть улыбнулся.
– Это потрясающе! Кто бы мог подумать, что кто-то столь старомодный, как вице-адмирал Топпарол окажется завсегдатаем подобных мест?
– Не впутывайте и меня в свои делишки, Лин Пяо! – ответил человек, названный Топпаролом. Проигнорировав крики женщин, он жестом показал Лин Пяо выйти из комнаты.
Лин Пяо не торопясь оделся, оставил на прикроватном столике несколько купюр и вышел из комнаты.
– Сегодня я получил худший приказ за всю свою военную карьеру. Знаете, какой? – спросил Топпарол, сердито глядя на него.
– Я весь внимание.
– Наше руководство хочет, чтобы мы с вами были партнёрами. Вы – главнокомандующим, а я – начальником штаба. Это просто ужасно!
– О, – Лин Пяо серьёзно покивал. – Этот приказ действительно та ещё проблема. Ведь на самом деле я тоже не хочу работать с вами…
II
Председателем Верховного Совета Союза Свободных Планет или, иными словами, главой правительства, был Мануэль Хуан Патрисио. Он стал Председателем в прошлом году, в возрасте шестидесяти лет. В прошлом он дважды входил в состав кабинета, не допускал серьёзных ошибок, благодаря чему заслужил всеобщее уважение своими способностями и этичностью. И всё же, если бы вторжение Империи случилось годом раньше, он, возможно, не смог бы стать во главе правительства и остался бы малоизвестным политиком. Хотя Мануэль Патрисио был джентльменом, но Мануэль Патрисио был джентльменом одом раньше, он, возможно, в качестве лидера, возглавляющего страну в трудные времена, подходил слабо.
На самом деле, его соперник, Корнелл Янгблад, производил на людей куда более сильное впечатление. Будучи на двадцать лет моложе, он выделялся манерами и поступками. Исполняя обязанности главного инспектора патрульной эскадры, он железной рукой проводил политику и соблюдал правила. Впоследствии, став премьером звёздной системы Хэмпшир, он провёл масштабные социальные и экономические реформы. После чего стал кандидатом от партии Прогресса и вошёл в центральное правительство. Победив на выборах, Мануэль Патрисио пригласил своего молодого политического соперника в Совет, где тот согласился принять пост председателя комитета обороны.
Хотя у граждан этой эпохи было немало поводов для недовольства правительством, но, по крайней мере, в глазах историков будущего, дух демократии тогда ещё не совсем угас. «Чтобы уйти от тирании Галактической Империи, мы должны делать всё возможное, даже если придётся отправиться в трудное путешествие за десять тысяч световых лет». Это были слова любимого народом создателя Союза Але Хайнессена, передаваемые из поколения в поколение. Эти бесстрашные идеалы не только гарантировали, что семена авторитаризма никогда не прорастут, но и освещали лучами надежды коррумпированную землю. Эту эпоху действительно можно было назвать «старыми добрыми деньками».
В тот день председатель комитета обороны Корнелл отправился в офис главы правительства, чтобы обсудить вопрос кадровых назначений. С тех пор, как война с Галактической Империей стала реальностью, он делал всё возможное для выполнения своих обязанностей. Однако он считал, что ему абсолютно необходимо высказать своё мнение по поводу назначения Лин Пяо и Йозефа Топпарола на должности командующего и начальника штаба флота, которому предстояло столкнуться с врагом.
По правде говоря, жители Союза с самого начала знали, что рано или поздно военный конфликт с Империей неизбежен. Вооружённые силы Союза создавались именно ради этого дня. Это называлось «создавать армию тысячу дней, чтобы однажды её использовать. При мысли о дальновидности и готовности к самопожертвованию отцов-основателей, солдаты готовы были рисковать жизнью и проливать кровь для защиты родины. Но вряд ли это можно было отнести к Лин Пяо и Йозефу Топпаролу – один был развратником, а другой эгоистом, и оба не проявляли никакой гражданской ответственности и желания сражаться за свою страну. Так что не было ничего в удивительного в том, что жёсткий и вспыльчивый Корнелл Янгблад столь решительно возражал против их назначения.
– Поскольку Председатель решил принять рекомендацию Объединённого комитета начальников штабов Союза, я мало что могу возразить. Но я никогда не думал, что два столь неприятных человека одновременно получат назначения на эти посты. Вы знаете, что за человек этот Лин Пяо?
– Я слышал, что он безответственен и сексуально озабочен… Но я не слишком верю в это.
– Называть его сексуально озабоченным, возможно, чересчур, но он действительно бабник. Количество числящихся за ним дел превышает число пальцев на ваших руках и ногах, и он даже подвергался судебному преследованию. Вы, наверное, не слышали о происшествии на коммуникационной базе планеты Мирпур-Хас?
Председатель покачал головой, но это лишь заставило его молодого собеседника поднять голос.
– На этой базе находилось четырнадцать женщин, считая офицеров, унтер-офицеров и простых военнослужащих. Лин Пяо переспал с двенадцатью из них!
– Полагаю, все они были согласны?
– Это так, но трое из них были замужем! Разумеется, так как всё происходило по взаимному согласию, действия Лин Пяо нельзя считать преступлением. Но всё же это хорошо его характеризует, и назначение подобного человека на должность командующего может вызвать обеспокоенность в обществе.
– Думаю, вы не правы, – прочистив горло, спокойно произнёс глава правительства. – Я назначил его руководить не общежитием для девочек.
«Хотя и это было бы забавно…» – подумал про себя Мануэль Патрисио, но благоразумно не стал озвучивать эту мысль. Председатель комитета обороны явно был не в настроении для шуток.
– На самом деле, я прекрасно знаю, что Лин Пяо и Йозеф Топпарол – это сплошная головная боль, но представители вооружённых сил не выбрали бы для командования флотом бесполезных людей. Думаю, вы и сами это понимаете.
– Вы правы, эти двое – необычные люди, и имеют немало достижений, но всё же…
– Может быть, это и не самое лучшее решение, но, вполне вероятно, на самых высоких постах они проявят себя лучше, чем среди солдат. Прошу, доверьтесь в этом моему опыту.
– Что ж, возможно, вы и правы, – председатель комитета обороны горько улыбнулся. Но он не мог отрицать, что определённая логика в словах главы правительства была.
– В нашем нынешнем положении, кто победил, тот и будет прав. Наверное, непросто будет убедить в этом всех, но факты есть факты, и на это нельзя будет закрыть глаза. Чтобы добиться торжества справедливости, мы должны положиться на этих двоих.
– Если мы потерпим поражение, Союз свободных Планет исчезнет, став частью Галактической Империи.
– Именно. Если мы проиграем, то это будет конец всему.
– А если мы победим?
– Тогда это будет началом всему, хотя невозможно предсказать, будет ли это борьба или сосуществование с Галактической Империей. Всё, что мы можем сделать – это постараться направить эти изменения в позитивное русло.
III
Йозеф Топпарол, печально известный под прозвищем «Нытик», вечно жаловался на всё подряд, словно ничто под солнцем не могло его удовлетворить.
– Ну почему мне так не повезло? Должен ли я принимать эту обременительную работу?
– Они все одинаковые! Просят меня заниматься обыденными делами, словно сами не способны справиться с ними!

– Начальство общается лишь с кучкой некомпетентных дураков, а к общему мнению остальных прислушиваться не желает…
Как видно из этих примеров обычных для него жалоб, в глазах всех знакомых он был неисправимым надоедливым нытиком.
В этот раз, когда ему поручили работать совместно с Лин Пяо, он был особенно недоволен. Председатель комитета обороны специально отправил к нему члена комитета, чтобы успокоить его, говоря фразы вроде «Спасение республиканского правительства от злобной хватки автократии – это священный долг» и прочее в том же духе.
Однако Топпарол не только не оценил это, но и ответил
– Если уж это такая священная задача, почему бы не найти кого-то другого, кто её выполнит, вместо того, чтобы навязывать это мне?! Это так несправедливо!
– Вице-адмирал Топпарол, нельзя же смотреть на жизнь только с точки зрения потерь и приобретений. Это было бы слишком неконструктивно.
– Такое может сказать только тот, кто никогда не нёс потерь. На мой взгляд, такие люди просто высокомерны.
– Не говорите так! Возможно, то, что вы рассматриваете как потерю, в глазах других людей выглядит личной жертвой во имя всеобщего блага.
– Такое могли бы сказать несчастные потерпевшие, чтобы увлечь за собой других, – отрезал Топпарол.
Член комитета, который изначально пришёл, чтобы его уговорить, был побеждён и расстроен.
– В жизни не встречал столь раздражающего человека! Доверять такому тяжёлую задачу по спасению государства слишком рискованно! – пожаловался он позже Янгбладу.
– Однако в данный момент у нас нет иного выбора.
Короткий ответ Янгблада шокировал члена комитета. Должно быть, председатель Верховного Совета уже промыл тому мозги. Тем не менее, он вызвался убедить ещё одного трудного человека, Лин Пяо.
Лин Пяо в тот момент сожительствовал с рыжеволосой дамой по имени Флоринда Вейерхаузер. В этом не было ничего необычного, хотя незадолго до того Топпарол видел его с проститутками. По словам авторов более поздних биографий, жизнь Лин Пяо была сплошным скандальным рассказом о сексуальных победах. Из множества женщин, с которыми он спал, было возможным идентифицировать и назвать лишь девяносто четыре, но на самом деле их было почти в десять раз больше. Флоринда входила в пятёрку самых известных из них. Они с Лин Пяо никогда не были женаты, но после его смерти именно эта рыжеволосая женщина помогла уладить его последние дела и оплатить расходы на похороны.
Член комитета обнаружил Лин Пяо и Флоринду обедающими в клубе для высокопоставленных офицеров. Он шагнул вперёд, нетерпеливо поприветствовал их и спросил, может ли он присоединиться. Затем он начал повторять для Лин Пяо свою речь о «высоких идеалах».
– Если мы проиграем, все усилия основателя Союза, легендарного Але Хайнессена, а также труды всех наших граждан за последнее столетие, окажутся напрасными, и всё человечество вновь окажется под пятой автократии.
– Это действительно серьёзный вопрос, – сказал Лин Пяо в ответ, но на его лице появилось равнодушное выражение. Затем он привлёк внимание официанта и заказал фруктовый пирог со сливками.
– У вас прекрасный аппетит, – саркастически заметил чиновник.
Лин Пяо был из тех людей, кто относится к приёму пищи как к важному ежедневному занятию. Кроме того, когда ему наносили удар, он привык отвечать сторицей.
– Незачем рисковать своей жизнью ради государства, которое не может обеспечить своих граждан той пищей, какую им хочется. Таков один из принципов демократии, не так ли?
– Вы… впадаете в крайность.
– Эта крайность нужна для символичности, чтобы прояснить ситуацию.
– Вот как? А по-моему, прозвучало так, будто вы цените десерт выше демократических идеалов.
– Конечно. Десерт можно есть, а идеалы – нет.
Член комитета не смог сдержаться. Стукнув по столу обеими руками, он поспешно поднялся и ушёл, кипя праведным гневом. Лин Пяо проводил его равнодушным взглядом, слегка приподняв уголки рта. Флоринда тоже понаблюдала за удаляющимся чиновником, а потом повернулась и взглянула в лицо возлюбленному.
– Тебе не кажется, что твои слова были слишком неуважительными?
– Так как он задавал глупые вопросы, мне оставалось лишь сыграть такого же глупца. Да и мне никто не платит за то, чтобы я льстил политикам.
Флоринда положила свой красиво очерченный подбородок на руки и внимательно посмотрела на Лин Пяо.
– Ты всегда говорил, что Топпарол слишком бестактен и враждебен, но ты немногим лучше. Даже если тебе не нравится собеседник, незачем ему грубить.
– Эй, не сравнивай меня с этим типом. Может у меня и вспыльчивый характер, но только при общении с конкретными людьми, а он так относится ко всем.
– И всё же я думаю, что ты слишком далеко зашёл.
– Это просто расхождение во мнениях.
– Поскольку уже решено, что вам придётся работать вместе, почему бы не попытаться поладить с ним?
В этот момент официант как раз принёс десерт, и Лин Пяо на время отвлёкся.
– Даже если бы я был готов помириться и поладить с Йозефом Топпаролом, в итоге это не сработает, так зачем беспокоиться?
– Но, может, вы всё же потерпите друг друга и поработаете вместе на благо государства?
– Взаимная терпимость ради государства… хм… – Лин Пяо с удовлетворённым выражением лица откусил фруктового пирога и отхлебнул чая, прежде чем ответить на вопрос Флоринды. – Война с Галактической Империей, по всей вероятности, затянется на несколько поколений, победитель вряд ли определится быстро. И от одной мысли, что придётся проявлять терпимость так долго, меня потряхивает.
– Это имеет смысл… – кивнула женщина, а потом рассмеялась. – Знаешь, а если подумать, из вас с Топпаролом выйдет неплохой дуэт.
– Эй, Флоринда, не смущай меня.
– Может, в глубине души Топпарол думает так же. На самом деле, в чём-то вы даже похожи. И пусть он тебя раздражает, просто думай про себя: «Только я могу его контролировать», и тогда ты сможешь сохранить лицо.
– Хмф… – Лин Пяо раздражённо надул губы.
IV
В командном пункте Центра стратегического планирования Лин Пяо и Йозеф Топпарол составляли план военных действий. Заметив, что главнокомандующий забросил что-то в рот, начальник штаба не удержался от вопроса:
- Что это у вас?
- Да так, таблетка от венирического заболевания
При этих словах лицо Йозефа Топпарола перекосилось, и он метнул на собеседника убийственный взгляд.
- Сегодня я проясню это раз и навсегда. Я вас терпеть на могу! Вы сами-то не думаете, что полный идиотизм?
- Я просто пошутил, вице-адмирал Топпарол, только и всего. Это обычные витамины. А у вас совсем нет чувства юмора.
- Есть у меня чувство юмора или нет – не ваше дело. Кроме того, оно у меня есть, просто ваши шутки слишком низкопробные!
- Это всё, что вы хотели сказать?
- Именно так. Или это вас тоже не устраивает? – казалось, Топпарол хочет что-то сказать, но он проглотил невысказанное и молча вернулся к работе.

Спустя некоторое время флот Союза под командованием Лин Пяо и Йозефа Топпарол был готов вылететь в любое время.
- Вне поля боя на ситуацию могут повлиять две вещи: разведка и припасы.
Этот вопрос поднял адмирал Биролайнен. Он же организовал тыловой штаб и лично возглавил операции по обеспечению, чтобы находящиеся на передовой гарантированно имели достаточно припасов, которые позволили бы им сражаться с полной отдачей.
Также должны были принять участие в битве адмиралы Уорд, Оревинский, Андрасси, Эрстед и Мунгай. Все они были талантливыми молодыми офицерами, ровесниками главнокомандующего. Единственная проблема заключалась в необходимости подчиняться главнокомандующему и начальнику штаба. Когда они узнали о том, что руководство операцией против имперского флота возложено на Лин Пяо и Йозефа Топпарола, Уорд вскрикнул от разочарования, Оревинский нахмурился, Андрасси беспомощно пожал плечами, а Мунгай несколько раз тяжело вздохнул. Для них, элиты, это было испытанием на выносливость и, несмотря на то, что они были военными и давно привыкли ставить интересы государства выше личных чувств, если бы не председатель Верховного Совета, председатель комитета обороны и директор Центра стратегического планирования, постоянно поощрявшие их словами вроде «Родина рассчитывает на вас», они могли бы потерять всякую волю к битве ещё до её начала.

Report abuse

All documents on the website are taken from public sources and posted by users. We offer our deepest apologies if your document has been published without your consent.