Северус Снейп. Искупление Juliet A Vegerle Kukusha Ringa Lucefiry ComaWhite NC-17

There is still time to download: 30 sec.



Thank you for downloading from us :)

If anything:

  • Share this document:
  • Document found in the public.
  • Downloading this document for you is completely free.
  • If your rights are violated, please contact us.
Type of: doc
Founded: 17.11.2020
Added: 12.01.2021
Size: 4.83 Мб

Название: Северус Снейп. Искупление
Автор: Juliet
Переводчик: Анжелика Вегерле (главы 1-11), Kukusha (главы 12-14), Ringa (15 глава), Lucefiry (главы 16-20), ComaWhite (главы 21-24)
Ссылка на оригинал: http://hp.adult-fanfiction.org/story.php?no=544191981
Разрешение на перевод: получено
Бета/Гамма: Нари (Анжелика Вегерле), нет (Lucefiry), Веритасерум (ComaWhite)
Пейринг: СС/ГГ
Рейтинг: NC-17
Жанр: Action/Drama
Дисклаймер: все принадлежит Дж.К. Роулинг
Саммари: Северус Снейп - предатель или невинная жертва обстоятельств? Кто устанавливает правила Игры? Почему Гермиона уверена в невиновности Мастера зелий?
Примечание: все персонажи, описанные в сценах сексуального характера, являются совершеннолетними
Комментарий: в этом варианте перевода убийство Дамблдора происходит в последний вечер 7 курса. Весь 6 и 7 курс Дамблдор учил Гарри Поттера. Гермионе 18 лет, Северусу 39 (прим. Lucefiry).
Размер: макси
Статус: закончен



Пролог
Октябрь 1981 года
Двое мужчин безучастно смотрели на третьего, в муках скорчившегося на земле перед ними. Все вокруг было окутано изумрудным светящимся маревом, придающим светловолосому сходство с сильфидой, сбежавшей из Запретного леса. Волосы его спутников были темны, как вода, омывающая скалистый остров, на котором они стояли, и их черные пряди, казалось, вбирают волшебное сияние в себя, гася его. Внешность присутствующих заслуживает отдельного описания, но никто не смог бы отрицать, что зеленый свет сделал болезненного на вид Северуса Снейпа почти привлекательным.
– Нет… нет… Прошу вас, не заставляйте меня… Я не хочу… – стонал несчастный. – Я… никогда больше… остановите это…
С тихим плеском Снейп окунул в каменный резервуар маленький череп, который держал в руках, и наполнил его изумрудной жидкостью.
– Да, разумеется, – презрительно усмехнулся он, – выпей это, Регулус, и все остановится. Навсегда.
– Сев, долго нам еще тут торчать?
Снейп бросил взгляд на компаньона, не отрывая рук от головы Регулуса, чтобы тот не прекращал пить из черепа.
– Пока все не будет сделано. Но если тебе скучно, Люци, – его губы изогнулись в усмешке, – ты можешь уйти.
– Думаю, я подожду. Должен же я убедиться, что ты выполнишь задание.
Снейп фыркнул и, игнорируя мольбы Регулуса, опять наполнил череп. Люциус облокотился на пьедестал и заглянул внутрь каменной чаши. Она была почти пуста.
– Еще одна порция, и все будет кончено, – бодро заметил он.
Регулус, освобожденный от хватки Снейпа, опять занятого наполнением черепа, попытался подползти к говорящему.
– Спаси меня... – простонал он.
С гримасой отвращения на лице Малфой присел на корточки и приподнял подбородок Регулуса изящными белыми пальцами, вынуждая несчастного смотреть в ледяные серые глаза.
– Спасти тебя? – прошипел он. – Грязного предателя, недостойного касаться земли, по которой ступает нога Темного Лорда? Ты должен благодарить нас, что мы нашли тебе применение прежде, чем ты умрешь! Возможно, это приблизит твой конец и даже сделает его менее болезненным.
Он быстро поднялся, толкнув Регулуса на холодный мокрый камень, и встретился взглядом с непроницаемыми черными глазами Снейпа. На мгновение Люциусу показалось, что он заглянул в глубины изменчивого черного озера, раскинувшегося вокруг них.
– Кем мы стали?.. – в бархатном голосе звучала грустная усмешка. Запрокинув голову Регулуса, Снейп влил в его горло последнюю порцию зелья.
Не выдержав пристального взгляда, Люциус отвернулся и вытащил из кармана мантии носовой платок. Он тщательно вытирал руки, будто пытаясь избавиться от прикосновения к Регулусу.
– Мой дорогой Северус, – Малфой манерно растягивал слова, – лично я остался тем же, кем был всегда. – Пауза, ухоженные руки аккуратно сворачивают лоскут обшитого кружевом дорогого шелка и убирают его в карман. – Слизеринцем.
Снейп фыркнул и отнял пустой череп от губ Регулуса.
– Воды, – взмолился Регулус, хватая Снейпа за руку. – Пожалуйста, дай мне воды…
Маги не обращали на него внимания, не сводя друг с друга оценивающих взглядов.
– И?.. – спросил Снейп.
Люциус молчал, внутренняя борьба никак не отражалась на его лице. Наконец, он решился.
– Как ты можешь обвинять меня, когда сам находишься здесь? Что касается меня… Скажу только одно. Нарцисса больше не может иметь детей. Рождение Драко едва ее не убило и весьма ослабило магические способности. Я должен быть в состоянии защитить свою семью, и я хочу быть уверенным, что род Малфоев не прервется.
– Значит ли это, – медленно констатировал Снейп, – что ты больше не веришь в теории Темного Лорда?
С земли продолжали доноситься стоны Регулуса.
– Конечно, верю. И знаю, что ты также веришь, мой Принц, – Малфой с удовлетворением наблюдал, как вздрогнул Снейп при упоминании ненавистного прозвища. – Но я отнюдь не верю, что он сможет преодолеть Пророчество. Что ты мне о нем говорил? Кстати, ты уверен, что не знаешь его полностью?..
– Сколько можно повторять? – отмахнулся Снейп. – Проклятый брат Дамблдора выбросил меня наружу прежде, чем я успел все услышать!
– Как ты и говорил раньше. – Люциус пристально смотрел на Снейпа. – Как бы там ни было, моя семья должна быть первой и это, надеюсь, поможет. – Он махнул рукой в сторону каменной чаши. – Конечно, если это действительно настолько мощный инструмент против Темного Лорда, как ты говоришь.
– Так и есть, – коротко ответил Снейп. Он наклонился и схватил Регулуса за шиворот, вынуждая приподняться на уровень своих глаз. – Ты получишь свою воду, как только восстановишь медальон и заменишь его другим. Понял?
Жалобно рыдая, Регулус кивнул в знак согласия и потянулся к чаше.
– Без палочки? – с сомнением спросил Люциус.
Снейп иронически поднял бровь и потянул его за рукав. Оба мага отвернулись к темной глади озера.
За их спинами Регулус, дрожа и непрерывно крича, достал медальон и заменил его другим. Как только поддельный медальон оказался внутри, чаша наполнилась изумрудной жидкостью, вновь окутавшей присутствующих светящейся дымкой. С ужасным криком Регулус поднялся на ноги и рванулся прочь.
Извергая проклятья, Снейп схватил его за рукав мантии прежде, чем он достиг огненной стены, которую они наколдовали вместе с Малфоем, чтобы защититься от зомби. Выхватив медальон из рук Регулуса, Снейп толкнул несчастного в огонь и спрятал хоркрукс в мантии.
Пламя, надежно скрывшее Снейпа и Малфоя от зомби, не могло избавить от треска плоти Регулуса, пытавшегося достичь воды. Люциус спокойно снял перчатку и задумчиво смотрел на безупречный маникюр. Северус скрестил руки на груди и впился взглядом в защитную стену огня. Крики Регулуса превратились в жалобное бульканье.
– Кровь закипела в его легких, – меланхолично заметил Малфой.
Снейп взглянул на него:
– Я этого ожидал.
– Ну, еще бы, – снисходительно протянул Малфой. – В конце концов, ты Мастер зелий в Хогвартсе.
Они обменялись усмешками.
– Нужно избавиться от тела, – предложил Люциус. – И место для этого лучше бы выбрать поудачнее.
Северус кивнул и взмахнул палочкой, растягивая вокруг них стену огня, отбросившую зомби в озеро. Затем он достал бутылку из кармана мантии и передал ее Малфою. Люциус с содроганием проглотил содержимое.
– Ужасное чувство, – сказал Малфой, горечь зелья все еще чувствовалась на губах. – И никакой магии.
Нахмурившись, он с трудом приподнял останки Регулуса.
– Это ненадолго, – заверил его Снейп.
Продолжая удерживать вокруг них огненную стену, он направился к пришвартованной у берега острова лодке. Малфой недовольно посмотрел на удаляющуюся спину своего коллеги и, вздохнув, с трудом забросил на плечо труп Регулуса Альфреда Блэка. Добравшись до лодки, он свалил на дно безжизненное тело. Они со Снейпом залезли туда и спокойно встали на сломанные кости и обугленную плоть, которая когда-то была их братом–упивающимся.
Они без приключений переправились на берег, огонь надежно хранил их от зомби. Использовав кровь Регулуса (которая, к отвращению Люциуса, продолжала стекать по его роскошной мантии), они попали во внешнюю пещеру. Северус выглянул наружу и отметил, что, хотя вода стремительно прибывала, ее поток не успел еще затопить щель, ведущую в пещеру. Его абсолютно не прельщала мысль о необходимости добираться вплавь до валуна, чтобы аппарировать. Оглянувшись, он усмехнулся представившемуся зрелищу – Люциус, несущий на плече то, что еще совсем недавно звалось человеком. Кровь окрасила светлые волосы в алый цвет и стекала с его одежды, оставляя на земле малопривлекательные следы.
Малфой приподнял голову и заметил усмешку Снейпа. Нахмурившись, он ускорил шаг и с облегчением свалил тело Блэка в прибрежные волны, искренне надеясь, что капли крови, а возможно, и лоскуты остывающей плоти, попали на черную мантию компаньона. Быстро выхватив палочку, он принялся очищать себя заклинаниями, пытаясь не обращать внимания на уже откровенно насмешливую улыбку Снейпа.
– Прежде чем мы покинем это проклятое место, брат мой, – сарказм в голосе Малфоя звучал почти вымученно, – ты так и не удосужился объяснить, зачем в этом было участвовать тебе. Тебе, одному из самых… верных (?) последователей Темного Лорда.
Извернувшись в попытке стереть пятна крови на спине, он не сразу расслышал ответный шепот Снейпа:
– Искупление.
Быстро повернувшись, Люциус с ужасом увидел направленную ему в лицо палочку Снейпа. Инстинктивно поднятая рука не стала защитой от заклятия.
– Обливиэйт!
Мгновение спустя каменный остров был пуст. Лишь ныряющие чайки поспешно старались отщипнуть как можно больше сырой плоти, пока та не стала законной добычей прибоя.

Глава 1. Одна против всех
(Прим.: Оригинальное название 1-й главы – A Witch Alone)
Гермиона была погружена в раздумья.
После свадьбы Билла и Флер все вернулись в Нору и сейчас сидели за большим круглым столом. Даже миссис Уизли не суетилась и не стремилась всех накормить, а устало сидела, вертя в руках диадему тетушки Мюриэл и прислушиваясь к беседе. Тонкс также была необычно молчалива, она безучастно поглядывала по сторонам и выглядела на удивление холодной и отстраненной. Сегодня она метаморфировала и выглядела блондинкой с длинными серебристыми волосами и синими глазами. Флер была ужасно расстроена, что никто из ее родственников, даже любимая сестренка Габриэль, не смогли приехать на свадьбу, поскольку сейчас это было слишком опасно. Тонкс постаралась создать иллюзию присутствия ее семьи, по крайней мере, внешне. Когда перед свадьбой Флер увидела облик Тонкс, она бросилась к ней, крепко обняла и долго не отпускала, бессвязно лепеча что-то по-французски. Весь день она старалась не выпускать Тонкс из виду, чем внесла в церемонию некоторую суматоху.
Гермиона отметила про себя, что пристальный взгляд Тонкс был прикован к Гарри, и меж ее бровей залегла складка. Стараясь разгадать причину подобного недовольства, Гермиона краем уха прислушивалась к беседе, которую вели Ремус, Гарри, Рон, Грозный Глаз, Фред и Джордж.
– … и когда я, наконец, разыщу Снейпа, я…
Зная эту напыщенную речь наизусть, Гермиона отвернулась и перевела взгляд на остальных сидящих за столом. Минерва была молчалива и, кажется, также обеспокоена навязчивыми мыслями Гарри. Внимание Джинни было приковано к ее Карликовой Пуховке, Арнольду. Артур задумчиво поигрывал штепселем и отвертками, которые Гарри подарил ему на прошлое Рождество. Казалось, он вообще не слышит разговора. Видимое спокойствие прервал Моуди, со злостью ударивший кулаком по столу, рассыпая отвертки.
– Убийство предателя – вот чем должен заниматься Орден! Мы должны преследовать его, как паршивого пса, которым он и является! – прорычал Грозный Глаз. Кухня наполнилась поддерживающими возгласами.
Гермиона не сводила глаз с Гарри. Все эмоции отражались на его лице.
“Бог мой! – с ужасом поняла она. – Он ничего не может скрывать. Какая дуэль, Снейп просто размажет его по стенке!”
Грозный Глаз закончил свою мстительную речь, и в наступившей тишине все услышали случайно высказанную вслух мысль Гермионы.
– Нам нужен Снейп, – прошептала она.
Тишина распалась на осколки в какофонии мужских голосов, они будто вновь оказались на площади Гриммо, и Тонкс свалила подставку для зонтов в форме ноги тролля, разбудив портрет миссис Блэк, огласивший дом пронзительным криком. Не замечая шума, Гермиона не сводила глаз с Минервы и Тонкс, пристально глядящих на нее. Неожиданно Тонкс расхохоталась, сморщила нос и сменила длинные светлые волосы на пронзительно-розовые кудряшки. Минерва снисходительно приподняла бровь, до ужаса напомнив Снейпа, и махнула рукой, жестом велев Гермионе продолжать.
– Да ты с ума сошла! – голос Рона внезапно перекрыл шум. – Это как тогда, с Крумом! Ты хочешь… хочешь… хочешь сотрудничать с врагом!
Так и было.
Гермиона выхватила палочку, и внезапно наступила тишина, благословенная тишина. Тонкс вновь разразилась хохотом. Минерва неодобрительно смотрела на нее. Гермиона широко улыбнулась и заговорила.
– Пожалуйста, выслушайте меня. Я много думала о Снейпе, и мне кажется, он вовсе не предатель…
Это заявление было встречено криками и взмахами множества рук, но – внезапный взмах палочкой Тонкс, и все прекратилось. Маги молча сидели за столом, неестественно выпрямившись. Гермиона вопросительно посмотрела на метаморфиню.
– Замирающее Заклинание, – с усмешкой пояснила Тонкс. – Странно, что никто из вас не смог его блокировать. Стандартное, из практики авроров.
Встретив осуждающий взгляд Ремуса, она вздрогнула и поцеловала его в нос, будто извиняясь. Но заклинание не сняла.
Гермиона смотрела на людей за столом и внутренне соглашалась с Тонкс. Они должны ожидать, что везде, в любой ситуации, на них могут напасть. Но они расслабились и позволили поймать себя в ловушку.
– Дураки, – насмешливо прозвучал у нее в голове чей-то голос, очень похожий на голос профессора Снейпа.
Заметив, что Ремус кажется самым спокойным, она решила начать с него.
– Ремус, помнишь, Гарри рассказал нам, почему Дамблдор принял Снейпа, я имею в виду – профессора Снейпа, и поверил ему? Он очень сожалел, что предал Поттеров. Разве ты ему не поверил?
Ремус покачал головой.
– Нет, думаю, это слабое оправдание.
– Ты считаешь, что директор поручил бы Гарри человеку, если бы не имел неопровержимых доказательств его преданности?
Ремус молча пожал плечами, не желая соглашаться, что Снейп не был предателем. Гермиона вздохнула и пошла другим путем, обратившись к человеку, который, казалось, был ее единственным союзником.
– Тонкс, разве ты видела, чтобы Снейп использовал заклинания против наших во время битвы с Упивающимися в Министерстве Магии? – спросила она. Тонкс испуганно посмотрела на нее.
– Трудно сказать, Гермиона. Было темно, и проклятия летели отовсюду. Я видела Снейпа, он появлялся в зале, где мы боролись, но потом он исчез. Не могу сказать ничего такого, что докажет его виновность или невиновность. – Повернувшись к любовнику, Тонкс добавила: – Но, Ремус, разве ты не говорил, что он прорвался сквозь барьер прямо к башне?
Ремус задумчиво кивнул и неожиданно почувствовал, что аврорское заклинание больше его не держит. Он смог подняться и сесть, взмахнуть руками. Остальные маги возмущенно смотрели на Тонкс и громко переговаривались.
Тонкс расхохоталась.
– Так и не поняли, как это работает? Вы освободитесь, как только будете готовы спокойно обсуждать ситуацию, – с насмешливой заботой проинформировала собравшихся метаморфиня. – Кажется, некоторые из вас застрянут за этим столом надолго! – опять засмеялась она.
Гермиона пропустила эти сведения мимо ушей, сосредоточенно думая. Она повернулась к своему декану.
– Профессор Макгонагалл, вы же говорили, что у директора есть железные доказательства невиновности Снейпа!
– Я говорила, что Альбус упоминал о каких-то доказательствах, – холодно поправила ее Минерва. – И я согласна с Ремусом, раскаяния в предательстве и убийстве его врага детства недостаточно. Возможно, Альбус знал что-то еще, но я все-таки не понимаю, почему ты считаешь, что нам нужен Снейп.
– Я обязательно объясню, но, пожалуйста, профессор, давайте сначала разберемся со всеми доказательствами. – Гермиона посмотрела на Гарри и вздрогнула, встретив его горящий ненавистью взгляд. Упрямо встряхнув волосами, она продолжила: – Гарри упоминал, что профессор Снейп дал Нерушимую клятву миссис Малфой, что он защитит Драко.
Артур Уизли удивленно приподнял брови и бросил взгляд на Фреда и Джорджа, одновременно вздрогнувших. Гермиона продолжила.
– Гарри, ты еще говорил, что… там, в башне… – она запнулась, вспомнив, как рыдал Гарри, рассказывая о последних минутах жизни Дамблдора. Они сидели в доме у Дурслей, и Гарри, наконец, рассказал им, что произошло той ночью. Глубоко вздохнув, стараясь не думать, что она предает лучшего друга, она уверенно продолжила: – Ты говорил, что директор приказал профессору Снейпу приглядывать за Драко и что он знал, что Драко пытался его убить. Значит, профессор Снейп рассказал директору о задании, которое получил Драко. Значит, он, возможно, сказал и о Нерушимой клятве, данной матери Драко.
– Он, возможно, сказал Альбусу, – вставил замечание Ремус, – но, Гермиона, мы не можем знать этого наверняка.
– Мы вообще ничего не знаем наверняка, – пробормотала Тонкс, в глубине души сожалея о наложенном на всех заклинании. С другой стороны, ей тоже надоели бесконечные восклицания на тему Поймать Снейпа. Относительная тишина намного приятнее.
Но Гермиона почти их не слышала. Очередная вспышка вдохновения поразила ее, и сейчас она бродила по кухне, задумчиво покусывая нижнюю губу. К этому времени от заклинания смогли избавиться Артур и Джинни.
– Был еще разговор, который слышал Хагрид – профессор Снейп спорил с профессором Дамблдором, говоря, что он больше не желает этого делать.
– Делать что? – голос Джинни был почти также холоден, как и голос Макгонагалл. Согнувшись, она полезла под стол вытаскивать Арнольда, которого уронила, когда была связана заклинанием.
– Не знаю, – Гермиона расстроено нахмурилась, – присматривать за Драко? Шпионить?
Чувствуя себя совершенно разбитой, она устало опустилась на стул. Все, кроме Тонкс, неодобрительно смотрели на нее. Метаморфиня деловито чистила палочку, чему-то улыбаясь.
– И это все доказательства? – в голосе Макгонагалл звучало сомнение.
Гермиона колебалась, желая что-то добавить, но смутилась под взглядами окружающих и покачала головой.
Профессор Макгонагалл подняла палочку и освободила всех от заклинания. Маги и ведьмы устало потягивались, бормотали что-то друг другу, избегая смотреть на Гермиону.
– Что ж, должна сказать, мисс Грейнджер, вы довольно хорошо продумали свои доказательства. Однако создается впечатление, что вы хватаетесь за соломинку, пытаясь убедить всех – и себя – в невиновности профессора Снейпа. Хотя многое из сказанного вами похоже на правду, вы не можете отрицать тот факт, что он сбежал. Он до сих пор не вернулся, чтобы объяснить свои поступки, не предпринял ни одной попытки связаться с Орденом. Он не прислал Патронус с сообщением. Более того, Северус знает немало заклинаний, имитирующих гибель человека, но дающих впоследствии возможность оживить его. Он не использовал их. Вместо этого он наложил на Альбуса Аваду Кедавру, против которой не существует контр-заклятий, которую нельзя блокировать. Строго говоря, его поведение доказывает одно – он предал нас, и он не может быть оправдан. Тем не менее я считаю, что нам стоит прекратить упиваться мстительными речами, – ее взгляд уперся в Гарри, Рона и Моуди. Затем Минерва опустила руку на плечо Гермионы. – Дорогая, мне очень жаль.
– Гермиона, я никак не пойму, почему ты считаешь, что нам нужен Снейп? – спросил Ремус.
Ответ пришел с неожиданной стороны.
– Не нам, – ответила Молли Уизли. – Он нужен Гарри.
– Что?! Мам, да ты с ума… – Взгляд миссис Уизли не хуже заклинания заставил близнецов замолчать.
– Окклюменция, – протянул Гарри. – Она, – небрежный жест в сторону Гермионы, которая покраснела и опустила голову, – считает, что он единственный, кто может научить меня. Но я так не считаю. И… Все, закончили дискуссию.
С этими словами он поднялся из-за стола и направился к выходу.
– И знаешь что, Гермиона, – Гарри остановился у двери и исподлобья посмотрел на нее, – пытаться наложить заклинание на друзей не самый лучший способ заставить их слушать тебя.
Он ушел. Рон, бросив на Гермиону недоверчивый взгляд, последовал за ним. Также как и Джинни, Фред и Джордж. Не говоря ни слова, Грозный Глаз подошел к камину и тоже куда-то отправился. Артур тихо собрал свои штепселя и отвертки и незаметно покинул кухню. Молли пробормотала что-то о горе белья, которое надо перегладить, и вышла.
– Он прав, Гермиона. Если хочешь что-то обсудить, просто говори, – мягко отчитал ее Ремус. Повернувшись к Тонкс, он положил руку ей на плечо. – Это касается вас обеих.
Тонкс смущенно улыбнулась Гермионе, и парочка вышла в сад. Спустя несколько секунд Гермиона услышала хлопок аппарации.
Она осталась на кухне вдвоем с профессором Макгонагалл.
– Дитя, мне очень жаль. Я понимаю, тебе очень хочется верить ему, но… – начала дама.
– Нет, – прервала ее Гермиона. – Я не хочу ему верить, я ему верю. А это разные вещи.
Минерва внимательно посмотрела на нее, молча встала и, пожав на прощанье руку девушки, ушла.
Наклонившись под стол, Гермиона сжала сумку, в которой лежала основа ее веры – слегка потрепанный экземпляр Продвинутых зелий.

***
Все началось с этой книги.
Как только Гермиона поняла, как учебник повлиял на довольно-таки посредственные знания Гарри в зельеварении, она захотела заполучить его себе. Она пыталась убедить Гарри избавиться от книги, но напрасно. Она высказывала мнение, что автор записок на полях какой-то сомнительный и что вряд ли хороший человек стал бы писать такие заклинания, но он ее не слушал. Как обычно. Он не слушал, пока не стало слишком поздно.
– Звучит как история всей моей жизни, – хмуро размышляла она, сидя в пустой кухне. Она будто слышала, как в соседней комнате Рон говорит Гарри, что она, Гермиона, опять сошла с ума, и вновь приводит в пример историю с Крумом. – Нормальный человек, – кипятилась она, – не будет постоянно вспоминать тот случай, вновь и вновь доказывая всем, какая ужасная пара могла бы из них получиться. – Было неприятным и поведение Рона по отношению к Гарри на четвертом году их обучения. – Не говоря уж о Лаванде Браун! – нахмурилась Гермиона.
Зря она думала, что Золотое трио останется неизменным, переживет все размолвки и глупую конкуренцию, будет использовать свои сильные стороны, чтобы помогать друг другу.
Зря.
Что и привело ее к потрепанному учебнику профессора Снейпа.
Заполучить его оказалось довольно просто. Она подошла к Выручай-комнате и задумала место, где можно спрятать книгу. Как только комната проявилась, она быстрым Акцио! заполучила шестнадцать копий Продвинутых зелий. Просматривая одну за другой, она наконец обнаружила вожделенный учебник и покинула комнату со своим сокровищем, взмахом палочки отправив по местам остальные книги.
После этого Гермиона занялась тем, что умела делать лучше всего. Она училась. В отличие от Гарри, она внимательно прочитала всю книгу и пометки, критически оценивая написанное. Прежде чем опробовать заклинания, она изучила их и обдумала, какой эффект могут принести и текст заклинания, и необходимые движения палочки. Большинство заклинаний были ужасны; она с содроганием вспомнила бедного гнома, на котором испытала одно из заклинаний в укромном углу сада в Норе. Тем не менее, пометки свидетельствовали о блестящем уме человека, который оставил их, и написанное медленно совращало ум Гермионы. Человек, все это написавший, сможет научить Гермиону, как использовать все ее знания в опасных ситуациях. Да, она и сама уже многое знала, но ей не хватало практики. Раньше она полагала, что самым важным является храбрость, и дружба. Очень по-гриффиндорски! – прозвучал у нее в голове насмешливый голос. Но теперь все изменилось. Снейп единственный, кто может всему ее научить. Ее и Гарри, если тот захочет учиться.
Решившись, Гермиона крепко прижала к груди сумку с книгами и вышла в сад. Спустя мгновение раздался хлопок аппарации, который никто не услышал.
И никто не заметил, что даже поздно ночью Гермиона не вернулась; лишь Живоглот долго вопил, требуя еду.

Глава 2. Каина* NС-17
(Прим. администрации: глава содержит описание серьезных пыток. Если вы не уверены, что сможете это прочитать, лучше читайте облегченный вариант)
Все признавали, что Драко Малфой – красивый мальчик. Серые глаза, белокурые волосы, приятное (если бы не высокомерное выражение) лицо и, в последние годы, стройная подтянутая фигура. Он всегда тщательно заботился о своем внешнем виде, и о том, чтобы окружающие выгодно его оттеняли. А сейчас… Снейп мысленно содрогнулся. Сейчас любой назвал бы Драко Малфоя уродом.
Одного глаза не было. Другой был надорван, затянут мутной пленкой, из него постоянно капали слезы, стекающие по изуродованному лицу и не дающие заживать многочисленным ранам. Такие же ужасные раны совсем недавно покрывали и его тело, но уже успели зажить, оставив после себя чудовищные шрамы.
Снейп подошел к человеку, лежавшему бесформенной кучей на полу около кровати, единственной мебели в комнате. Грязные волосы, бывшие когда-то белокурыми, рассыпались по сгорбленным плечам. Присев на корточки, Снейп одной рукой приподнял Драко за шиворот, другой крепко сжимая открытый флакон. Запрокинув голову Малфоя, он влил в его горло несколько капель Сна Без Сновидений. Отбросив ненужный флакон, он дотянулся до палочки и левитировал безвольное тело на кровать. Заботливо прикрыв его простыней, Снейп развернулся и быстро вышел, стараясь забыть, как даже в своем затуманенном зельями сне Драко судорожно прикрывает руками то, что осталось от его гениталий.
Северус вернулся в свою заполненную книгами комнату и устало опустился в потертое кресло. Неяркий мерцающий свет свечей осветил объект его пристального взгляда: не одну из несметного числа затянутых в кожу книг, валяющихся вокруг, а небольшую, покрытую рунами каменную чашу, стоящую на хрупком столике.
Он потянулся, поднял чашу, покачивая ее в руках, и осторожно переставил ближе, зачарованно глядя, как переливается внутри серебристая жидкость. Время от времени над поверхностью появлялись туманные дрожащие фигуры и вновь исчезали, погружаясь в изобилие мыслей, содержащихся в чаше. Через несколько мгновений он решительно поднес палочку к своему виску, собирая мысли и добавляя их в думосброс. Как только воспоминания, которые он хотел перенести, оказались в там, Снейп аккуратно переставил чашу вновь на столик. Повернувшись к двери, он запечатал ее, шепнув Коллопортус!, и сделал сложный жест палочкой по часовой стрелке над головой. Комната вспыхнула зеленоватым светом, а потом, кажется, снова стала нормальной. Снейп с величайшей осторожностью спрятал палочку в кармане. Жестом, напомнившим Люциуса Малфоя, он потер руки и тщательно разгладил складки мантии. И затем, решительно повернувшись к думосбросу, опустил лицо в его серебристую поверхность и исчез.

~ * ~ * ~ * ~ * ~ * ~ * ~
Они вновь были на маггловском кладбище. Казалось, Вольдеморт должен быть к ним благосклонен и за неожиданные события, которые буквально упали на них той ночью, они будут вознаграждены. Снейп, все еще весь в крови, упал на колени, медленно подполз к Вольдеморту и прикоснулся губами к краю его мантии. Приподняв голову, он уже собрался было отползти к Упивающимся, но был остановлен большой бледной ладонью, небрежно опустившейся на его голову.
– Жди, – скомандовал Лорд своим резким голосом. Снейп остановился, кровь медленно стекала из его ран на мертвую землю, раскинувшуюся вокруг.
Послышались хлопки аппарации, все новые и новые Упивающиеся появлялись на кладбище и склонялись к ногам Темного Лорда. Все они получили приказ ждать, пока Вольдеморт с удовлетворением убеждался, что спастись после неудачного нападения смогли очень многие.
– Снейп, – прошипел Темный Лорд. – Поднимайся и докладывай.
Столь краткое обращение явно указало профессору, что Хозяин им недоволен. Снейп тяжело поднялся с колен, мимоходом обдумывая наиболее приемлемые способы представления информации о результатах сегодняшней эпопеи. Однако даже столь неторопливое движение привело к тому, что голова зельевара закружилась от потери крови, и он вновь упал на колени у ног Темного Лорда. Сразу же раздалось несколько звуков на парселтанге, и к нему подползла Нагини. Из пасти змеи выскользнул черный тонкий язык, коснувшийся груди Снейпа, будто змея оценивала, насколько опасны его раны. После этого Нагини отползла к своему хозяину. Снейп, сосредоточившись на необходимости подняться и твердо держаться на ногах, едва слышал шипящий обмен мнениями между Вольдемортом и его любимицей. Внезапно сильная холодная рука поставила его на ноги, а другая рука пошарила по карманам мантии, достав оттуда три различных пузырька.
– Исцеляй себя и докладывай! – потребовал Вольдеморт. Затуманенным взглядом Снейп обвел выставленные перед ним бутылочки. Он схватил красную и безуспешно попытался вытащить плотно притертую пробку. Ледяная рука, удерживающая его за плечо, дрогнула и зловеще напряглась.
– Помоги ему, – скомандовал свистящий голос.
Появились чьи-то еще руки, вытащившие пробку из красного пузырька и поднесшие зелье к губам профессора. Он жадно сглотнул, чувствуя облегчение, едва лекарство попало в его желудок. Он сам придумал и сварил это зелье – чрезвычайно сильную смесь редких ингредиентов, которая, едва попав в организм человека, излечивала любые раны. Почувствовав себя гораздо лучше, Снейп потянулся к темно-синему флакону, в который было налито зелье, восстанавливающее кровь. В третьей бутылочке было зелье, освежающее память и восприятие, его профессор выпил в последнюю очередь. Окончательно придя в себя, Снейп увидел, что поддерживал его Питер Петтигрю, а поила зельями Нарцисса Малфой. Повернувшись к Темному Лорду, Снейп склонился в поклоне.
– Хозяин, – произнес он, – благодарю Вас за Вашу благосклонность.
– Это была не благосклонность, Снейп, – последовал холодный ответ, – мне нужен твой отчет.
Выпрямившись, Мастер Зелий начал бесстрастным голосом описывать события прошедшей ночи. Всеобщее молчание окутало кладбище, звучал лишь рассказ о произошедшем на седьмом этаже, о смерти Дамблдора и о побеге из Хогвартса. Закончив, он вновь опустился на колени и склонил голову, ожидая реакции Хозяина.
– Погибли четверо моих верных слуг, – прошипел Вольдеморт. – и мне хотелось бы знать, почему Дамблдор был уничтожен не тем, кому я приказывал сделать это?
Снейп хотел было ответить, но холодная рука Вольдеморта вновь легла на его голову, а взгляд был направлен на коленопреклоненную фигуру Драко, явно в ожидании его ответа. Но в тишине раздался голос Нарциссы Малфой.
– Мой Лорд, это была моя вина, – тихо призналась она. – Я потребовала от Северуса принести Нерушимую клятву, что он защитит моего сына и сделает все, что не сможет он.
Она замолчала, осознав, что в ее словах прозвучал намек, будто Драко подвел Темного Лорда.
– Понятно, – холодно произнес Вольдеморт. – Верные слуги мои, займите свои места в Круге. Фенрир, Драко – останьтесь.
Алекто, Амикус, Северус и Яксли (крупный блондин, принимавший участие в битве на седьмом этаже) отошли от Вольдеморта и, вновь опустившись на колени, заняли указанные места. Северус, единственный из них оставшийся на ногах, наколдовал маску и натянул ее на лицо, испытывая непреодолимое желание хоть как-то оградить себя от того, что должно было произойти.
– Драко, – в голосе Вольдеморта, повернувшегося к молодому Упивающемуся, звучали едва ли не заботливые нотки, – ты слишком похож на своего отца. Он тоже… разочаровал меня.
– Но, мой Лорд, – перебил его Малфой, сконфуженно наморщившись, – я не…
– Тихо! – скомандовал Вольдеморт. Он кивнул оборотню и, дав Нагини шипящие инструкции, взмахом руки вызвал из воздуха большое кресло, напоминающее трон и сел на него.
Грейбэк медленно подступил ко все еще расстроенному Драко и любовно положил руки ему под подбородок.
– Ты почти слишком старый для этого, – прошептал он, в голосе слышались нотки удовлетворения, – почти, но не совсем…
Его голова приблизилась, он захватил губы Драко в чем-то, напоминающем страстный поцелуй. Но кровь, вытекающая из уголка рта Драко, опровергала эту теорию. Малфой издал приглушенный визг, принудивший его мать броситься вперед с выражением ужаса на лице. Сестра быстро схватила ее за край мантии и втянула назад в круг, наколдовала и надела маску, как у Снейпа, на лицо Нарциссы. Затем она решительно повернулась и наблюдала за пыткой племянника.
Грейбэк тянул время, его чудовищная сила позволяла легко удерживать добычу, пока он уничтожал ее. Пережевав язык Драко, Фенрир изменил хватку. Освободив одну руку, он стал ногтями отрывать полосы кожи с лица Драко, сразу же поедая их и не сводя глаз с ужаса на лице молодого Упивающегося. Крики молодого волшебника, поначалу приглушенные ртом Фенрира, теперь заполнили кладбище. Сделав шаг назад, Фенрир с удовлетворением изучал результат своих действий и вдруг ткнул пальцем в глаз Драко. Крики юноши усилились, кровь и студенистая жидкость потекли по его лицу. Грейбэк вновь отступил, изучая результат. Дикая усмешка перехлестнула его лицо, внезапно он резким движением сорвал с Драко одежду, представляя гладкое белое тело под жадные взгляды окружающих. Крики внезапно прекратились, и на кладбище наступила тишина, нарушаемая лишь визгливым хныканьем молодого голого Упивающегося Смертью.
Этот звук, а не крик, казалось, возбудил Грейбэка и толкнул на дальнейшие действия. Он с рычанием бросился на Малфоя, с остервенением отрывая и откусывая куски молодой плоти и разбрасывая их по земле вокруг. И лишь когда Драко стал напоминать кровоточащий, израненный мешок, Грейбэк заставил его встать на колени и толкнул свой член глубоко в девственный зад. Он наклонился и схватил рукой гениталии Драко, вонзив в его яички длинные острые ногти. Драко, замолчавший было от шока, вновь издал полный боли и ужаса крик. К тому времени, как Фенрир, дрожа от наслаждения, выпустил из смертельных объятий окровавленное израненное тело, совсем недавно бывшее Драко Малфоем, между ног мальчика болталось лишь одно яичко и маленький остаток пениса.
Смеясь, Фенрир Грейбэк поднялся и поклонился Лорду Вольдеморту, прежде чем занять свое место в Круге. Зубами он вычищал остатки плоти из-под ногтей.
– Снейп, подойди, – холодный голос Вольдеморта вернул Мастера Зелий в реальность. Обойдя растерзанного Малфоя, Снейп приблизился к трону Темного Лорда и преклонил колени.
– Я верю, – равнодушно произнес Вольдеморт, – что твоя клятва во чтобы то ни стало защищать юного Малфоя сыграла немалую роль, так?
– Да, мой Лорд, – ответил Северус, склоняя голову.
– Что ж, тогда забирай его и посмотри, что ты теперь сможешь для него сделать. Мне безразлично, останется он жив или умрет, но ты, Снейп, – он внезапно протянул руку и взял Снейпа за подбородок, смахивая маску с его лица и принуждая смотреть прямо в свои ужасные красные глаза, – ты нужен мне. Я не позволю тебе погибнуть из-за глупого желания слабой женщины. Впредь старайся, ты понял меня?
– Да, мой Лорд, – покорно повторил Снейп, отчаянно применяя все свои навыки окклюменции.
– Ты свободен, – объявил Темный Лорд.
Снейп отполз назад, не решаясь подняться на ноги вблизи Хозяина. Затем, встав и подойдя к дрожащей массе плоти и костей, он заклинанием приподнял Малфоя. Касаясь рукой ноги мальчика, он аппарировал прежде, чем Нарцисса Малфой выполнила приказ Хозяина и подошла к его трону.

~ * ~ * ~ * ~ * ~ * ~ * ~
Вернувшись в свою заполненную книгами комнату, Снейп выбрал воспоминания из думосброса и, прикоснувшись палочкой к виску, аккуратно добавил их к своей памяти. Вряд ли Темному Лорду понравится, если он проберется в память своего шпиона и не обнаружит там воспоминаний о наказании Малфоя. Сев в кресло, Снейп пришел к выводу, что не вынес из пересмотра воспоминаний о той ночи ничего нового. Он надеялся установить, был ли хоть кто-то из Упивающихся недоволен или испуган наказанием, наложенным Темным Лордом. Вместо этого он с отвращением наблюдал возбужденные взгляды, прикованные к экзекуции Драко. Никто не станет помогать ему, ни добровольно, ни через шантаж. Кроме Нарциссы, разумеется, но она не подходит для его планов.
Призвав бутылку вина, сделанного домашними эльфами, Снейп наполнил бокал и угрюмо прошелся взглядом по книжным полкам. Пока было лишь одно решение его проблемы, но он вряд ли станет его использовать. Ему нужен другой план.
Покачивая бокал, он задумчиво выпил вино и встал. Движением палочки Снейп превратил кресло в кушетку, не слишком удобную, но вполне пригодную для того, чтобы провести на ней одну ночь. Он уже собирался лечь, когда раздался нетерпеливый стук во входную дверь. Секунда тишины, и стук повторился, громкий и настойчивый.
Нахмурившись, Снейп подошел к двери. Он прошептал заклинание, сделавшее дверь прозрачной с его стороны, и увидел насквозь промокшую под дождем, растрепанную молодую девушку, с остервенением молотящую кулачком в дверь. Другой рукой она судорожно прижимала к себе школьную сумку.
Глаза Снейпа на мгновение расширились, а затем на его лице заиграла удовлетворенная ухмылка. Шагнув вперед, он широко распахнул дверь.
– Мисс Грейнджер, – насмешливо протянул он. – Какой приятный сюрприз!
Примечание:
* Данте Алигьери, Божественная комедия, Ад. На дне колодца, охраняемого гигантами, находится ледяное озеро Коцит, в котором караются обманувшие доверившихся, т.е. предатели. Это последний круг Ада, разделенный на четыре концентрических пояса. Первый пояс называется Каина, по имени Каина-братоубийцы. Здесь казнятся предатели родных. Они по шею погружены в лед, и их лица обращены книзу. Описанию Каины посвящены Песнь 32, стихи 16-69:
… Им завещал Альберто, их отец,
Бизенцкий дол, наследье родовое.
Родные братья; из конца в конец
Обшарь хоть всю Каину, – гаже
Не вязнет в студне ни один мертвец…
(Перевод и примечание М. Лозинского)

Глава 3. Доставка ящика с пчелами *
Гермиона была озадачена.
Здесь, в доме профессора Снейпа, к ней отнеслись как к дорогому гостю. Ее проводили в комнату, быстрым движением палочки высушили одежду, подвели к кушетке и предложили подкрепиться (стакан с каким-то напитком она сейчас сжимала в руке). И все это – без единого саркастичного комментария. Она уже начала беспокоиться, что перед ней человек, выпивший Оборотное зелье, а настоящий убийца Дамблдора надежно устроился в логове всемогущего Волдеморта. Его правая рука. Или, скорее, левая. В самом деле, Северус Снейп больше похож на Люцифера, нежели на Спасителя.
Так зачем же она пришла сюда?!
– Мисс Грейнджер, вы сможете устроиться намного удобнее, если перестанете, наконец, цепляться за свою сумку.
Этот голос, такой соблазнительный, туманом обволакивающий сознание, она слышала уже дважды – в первый раз он поведал о красоте создания зелий, второй – о мощи Темных Искусств. Неожиданно она почувствовала непонятное тепло и залпом осушила стакан.
Северус Снейп с интересом наблюдал за сидящей перед ним молодой девушкой, которая вдруг начала кашлять и хрипеть. До этого она наверняка ни разу не пробовала огневиски. Пока она пыталась восстановить дыхание, он незаметным движением палочки переместил думосброс в тайник, расположенный за книжными полками. Затем налил себе бокал вина, неотличимого от виски благодаря заклинанию, и вновь наполнил стакан своей гостьи. Из другой бутылки.
– Нет, спа… спасибо… – пролепетала Гермиона, увидев полный стакан.
– Ни слова возражений, мисс Грейнджер, – мурлыкнул Снейп. – Возможно, вам не слишком понравился вкус, но для вашего же блага необходимо выпить все до капли. Это старинное лекарство от простуды. Кстати, мне кажется, что вам скорее удастся разбить стакан, а не допить его. Если все же не поставите, наконец, сумку на пол.
Гермиона послушно выполнила оба предложения. Сумка была аккуратно пристроена на пол рядом с ногой девушки, и она сделала маленький глоточек напитка, надеясь, что в этот раз он не так обожжет ей горло. Слегка расслабившись, она поудобнее устроилась на кушетке, тогда как раньше скованно сидела на самом краю.
По губам Снейпа скользнула усмешка.
– Мисс Грейнджер, теперь, когда ваша одежда высохла, а сами вы удобно устроились, не будете ли вы так добры и не подскажете ли мне, когда прибудут авроры? У меня есть несколько вещей, к которым я весьма привязан, и мне бы совсем не хотелось допустить их конфискацию.
– Но, сэр, – поспешно заговорила Гермиона, – я никому не сказала, куда собираюсь отправиться. Ну.. То есть.. Никто не знает, где вы! И никто вас не ищет. Ну... Вас ищут, конечно, но совсем не по тем же причинам, по которым я… И я даже никому не сказала, что пошла вас искать. Я думала, мне Тонкс поможет, но ведь есть Ремус… А Рон и Гарри… – она замолчала, вспомнив, какие взгляды бросили, уходя, на нее друзья.
– И что же это за причины, мисс Грейнджер? – вопрос Снейпа отвлек ее от воспоминаний.
Гермиона растерянно качнула головой, машинально сделала еще один глоток неизвестного напитка и подняла глаза, встретившись с непроницаемыми темными глубинами его взгляда.
– Сэр, вы нужны нам, – прошептала она.
– Вам, мисс Грейнджер?
– Ордену Феникса, сэр. – Глядя на его привычную скептическую гримасу, она поспешно глотнула из стакана, попутно подумав, что там, должно быть, какой-то алкоголь, и торопливо продолжила:
– Вы нужны Гарри, чтобы учить его окклюменции. Он же вообще ничего скрыть не может! Да вы же знаете его, сэр… И Ремус, кто-то же должен варить ему антиликантропное зелье. Тонкс боится, что его трансформации проходят все тяжелее, и время полной луны он постоянно проводит с другими оборотнями. Макгонагалл вы тоже нужны, чтобы помочь убедить попечителей не закрывать Хогвартс. И…
– Мисс Грейнджер, – прервал ее Снейп, аккуратно поставив на стол свой бокал и призывая бутылку огневиски, чтобы вновь наполнить стакан Гермионы. – Мне не верится, что все, упомянутые вами, хотят моего возвращения. Возможно, вы забыли, что совсем недавно я убил главу Ордена? Или это небольшое происшествие ускользнуло от вашего внимания?
Гермиона сделала очередной глоток, отмечая, что не в силах заметить границы между саркастичным ухмыляющимся Снейпом и соблазнительным Северусом. Северусом?.. Оглядевшись, она поискала, куда бы поставить стакан, но маленький столик был занят. Тогда она просто допила напиток и пристроила пустой стакан на полу.
Снейп моментально наклонился, взял стакан и, наполнив его вновь, передал девушке.
– Ваш ответ, мисс Грейнджер? – напомнил он, слегка удивленный ее непонятным смущением. Да, мисс Гриффиндорская Всезнайка явно никогда не пила ничего крепче тыквенного сока. Всего три маленьких стаканчика огневиски – и она готова.
– Ну, – медленно начала Гермиона, отчаянно пытаясь собраться с мыслями, которые отчего-то никак не желали организовываться, – действительно ли это убийство, если директор сам просил об этом? В маггловском мире это называется уфф… эфф.. Эвтаназ-ззия. Фуух, – прыснула она. – Помнила же, что-то про Азию…
Профессор закашлялся, пытаясь скрыть усмешку, и насмешливо приподнял бровь.
"Ему нужно бросить эту привычку", подумала Гермиона, "иначе его брови когда-нибудь оторвутся!" Она громко засмеялась и сделала очередной глоток.
– Итак, – протянул Снейп, – вы считаете, Альбус знал, что я пришел убивать его, и практически попросил меня сделать это?
– Ага, – подтвердила Гермиона, решительно взмахивая рукой и проливая оставшийся напиток на диван. Снейп подозвал стакан тихим "Акцио!" и поставил его на столик. – Нам Гарри рассказал. Хорек не убил бы, но директор умирал из-за зелья в пещере…
– В пещере? – резко спросил Снейп.
– В пещере, – повторила Гермиона. – Вы знаете, в той, где был один Хорклюкс… То есть Хоркрукс. И вы сказали ему о нарушенной присяге, которую дали маме…
– Откуда Поттер, – он буквально выплюнул ненавистное имя, – мог знать о Нерушимой клятве?
– Ну ведь та вечеринка! Знаете, у меня потом синяки на груди остались! Ублюдок, – пробормотала она, вспомнив настойчивые ухаживания МакЛеггана, – надо было наложить на него проклятье посильнее…
Гермиона продолжала нести чепуху о заклинаниях, которые ей следовало бы использовать, но Снейп уже не слушал, погрузившись в свои мысли.
Он начинал понимать, какой щедрый дар преподнесла ему судьба. Девчонка наверняка многое знала о взаимодействии Дамблдора с Поттером, и уж конечно, этот щенок не мог скрыть от нее содержание своих частных уроков. Будущее выглядело уже не таким туманным. Северус Снейп начинал верить в свою счастливую звезду.
– Мисс Грейнджер! – голос профессора прервал ее размышления. Гермиона с трудом попыталась сфокусировать взгляд на его лице.
– Мисс Грейнджер, – его голос обволакивал сознание, льстил, вводил в заблуждение. Гермиона инстинктивно подалась навстречу ему. Снейп слегка ухмыльнулся. – Вы знаете, чем занимались Директор и Поттер во время своих встреч?
– Ну да, – закивала она, – Гарри все-все нам рассказал! Все воспоминания о Томе Риддле, и пророчество, и чем могут оказаться Хоркруксы. Директор Дамблдор сказал, что Гарри нужна наша помощь, как тогда, на первом курсе, с Камнем… – внезапно она отпрянула назад, на кушетку, и опустила пристальный взгляд на свои крепко сжатые руки. – Но это совсем не похоже. Вы не можете вернуться. Они не станут меня слушать. Еще никому…
Неожиданно чужие руки накрыли ее ладони. Длинные, изящные пальцы, кожа немного грубее, чем у нее, его руки нежно гладили тыльную сторону ладошек девушки. Вскинув голову, прямо перед собой Гермиона увидела глубокие, черные глаза Снейпа, стоящего перед ней на коленях. Он продолжал гладить ее ладони, постепенно его руки передвинулись выше.
– Мисс Грейнджер, – едва слышимый шелест его слов наполнил воздух между ними, – я всегда готов выслушать вас. И мне нужна ваша помощь. Вы были правы, правы абсолютно во всем. Но я нуждаюсь в вашей клятве, что вы сделаете все, от вас зависящее, чтобы мне помочь.
Его руки были уже на ее плечах и маленькими, соблазнительными кругами поглаживали обнаженную кожу девушки. Гермиона лихорадочно облизнула пересохшие губы.
– Да, я... Да, конечно, сэр.
– Оставайтесь здесь, – нежно велел он, – я скоро вернусь.
Наклонившись, он плеснул в стакан вина эльфов, замаскированного под предыдущий напиток, и вручил девушке. Необходимо, чтобы она была достаточно пьяной, чтобы не задавать ненужных вопросов, и в то же время способной действовать и не отключиться в неподходящий момент. Было необходимо найти занятие, которое сможет отвлечь ее, пока его не будет, и Снейп быстро обшарил ее школьную сумку. Роясь там, он с удивлением обнаружил экземпляр Продвинутых зелий. Он решил приказать ей выучить состав какого-нибудь зелья, наугад открыл страницы и замер.
Это была его книга.
Вся его работа, спрятанная под другой обложкой. И не только его. Нет, пометки принадлежали и другим авторам. Он слегка улыбнулся. Так вот что привело Грейнджер к нему… Отлично. Судьба и впрямь взяла его под свое покровительство.
Закрыв книгу, он заклинанием призвал другую.
– Мисс Грейнджер, – преподавательским тоном произнес он и подал книгу девушке. – Прочитайте главу об этом зелье и выучите ее наизусть. Когда я вернусь, я проверю, как вы справились с заданием.
Резко развернувшись на каблуках, он движением палочки распахнул тайную дверь и исчез за ней.
Гермиона ничего не заметила. Она старательно изучала рецепт приготовления антиликантропного зелья. И хотела лишь одного – чтобы слова перестали прыгать по странице.

~ * ~ * ~ * ~ * ~ * ~ * ~
Северус вошел в комнату, ведя за руку Драко, и увидел Гермиону, крепко спящую на кушетке в обнимку с книгой. С трудом подавив желание вырвать том у этой дурочки и огреть ее им по голове, он повернулся к молодому волшебнику и надел на его израненное лицо серебряную маску Упивающегося, втолкнув в дрожащую руку волшебную палочку. Искалеченный юноша слегка взмахнул палочкой, вызвав сноп ярких искр.
– Драко, запомни. Все, что от тебя требуется, – подвести свою палочку к нашим соединенным рукам. – Снейп вытащил из кармана маленькую бутылочку и помахал ею перед лицом Малфоя. – А потом ты сможешь опять пойти спать.
Драко кивнул, но зельевар не был уверен, понимает ли мальчик, что происходит. По крайней мере, он перестал стонать, с облегчением подумал Снейп. Пробуждение израненной души от сна без сновидений и без того достаточно терзало его. Мучительный повтор бесконечных невнятных стонов Мама!.. был намного более жестоким.
Остановив Драко в середине комнаты, Снейп подошел к Гермионе и грубо вырвал книгу из-под ее щеки.
– Профессор, – девушка сонно мигала,– мне так жаль… Я честно пыталась читать, но слова расплывались… Можно устроить экзамен попозже? – она с надеждой улыбнулась.
– Мисс Грейнджер, – Снейп вздохнул и тут же отпрянул, зажав нос. – Вы можете просто встать?
– Конечно, сэр! – воскликнула она, готовая услужить. Приподнявшись, Гермиона увидела стоящего посреди комнаты Упивающегося Смертью и хотела закричать, но Снейп быстро закрыл ей рот ладонью.
– Ни звука, – прошипел он, – он уйдет, как только вы дадите Клятву.
Клятву… – мысленно повторила Гермиона.
– Какую еще клятву?! – крикнула она.
Снейп прошипел сквозь зубы:
– Мисс Грейнджер, просто делайте то, что я говорю! Опуститесь на колени! – Он указал на пол напротив того места, где стоял Драко.
Гермиона подчинилась, она все еще с трудом осознавала происходящее. Снейп опустился напротив и взял ее правую руку в свою. Затем, потянувшись, он передвинул палочку Драко так, чтобы ее конец касался их соединенных ладоней.
– Вы должны отвечать Клянусь на каждое из моих утверждений, мисс Грейнджер.
– Как на венчании, – хихикнула она.
Профессор бросил на нее недовольный взгляд, чем спровоцировал новый приступ смеха.
– Клянешься ли ты, Гермиона Грейнджер, сделать все, что в твоей власти, дабы помочь мне?
– Клянусь, – ответила девушка, язычок пламени выбежал из палочки Драко и обернулся вокруг их скрепленных рук.
– Клянешься ли ты, Гермиона Грейнджер, не говорить и не делать ничего, что может повредить мне?
Слишком невнятно сказано, – подумала Гермиона, а вслух произнесла:
– Клянусь.
Появился еще один язычок пламени и перевился с первым.
– Клянешься ли ты, Гермиона Грейнджер, не говорить никому о данной тобой Клятве до тех пор, пока наше дело не будет закончено или я сам не освобожу тебя от нее?
Какое еще дело? – лихорадочно соображала Гермиона. Смутившись, она едва не опустила руку, но Снейп еще тверже сжал ее.
– Клянусь, – ответила она, – а теперь отпустите меня, наконец!
– Подожди, – удержал девушку профессор, в то время как пламя обвило их руки в третий раз, и, вспыхнув, языки его рассыпались на тысячи искр.
Снейп поднялся и, вытащив из кармана флакон, подал его Гермионе.
– Выпейте это, – велел он.– Необходимо, чтобы вы были трезвой.
Затем, обхватив Драко за плечи, он увел юношу через тайную дверь. Гермиона молча смотрела, как захлопнулся прикрывающий дверной проем книжный шкаф. Затем девушка перевела взгляд на флакон, который сжимала в руке. Открутив пробку, она одним глотком проглотила зелье. И покачнулась, внезапно все осознав.
– Что же я наделала?.. – бессильно прошептала она.
------------------------------------------------------------
Примечание:
* Оригинальное название 3-й главы – “Arrival of the Bee Box”. Это также название одного из стихотворений Сильвии Плат (Sylvia Plath). Поскольку Сильвия у нас не слишком известна, а стихотворение, по мнению автора фика, напрямую перекликается с содержанием главы, позволю себе привести его здесь полностью. Перевод Татьяны Ретивовой находится тут http://spintongues.vladivostok.com/plath3.htm
ДОСТАВКА ЯЩИКА С ПЧЕЛАМИ
Я заказала его, этот чистый деревянный ящик,
Квадратный, как стул, и слишком неподъёмный.
Я бы сказала, что это гроб для карлика
Или квадратного ребёнка,
Если бы в нём не стоял такой гам.
Ящик заперт, он опасен.
Я с ним должна провести ночь
И не могу от него оторваться.
В нём нет окон, поэтому не видно, что там.
Есть только маленькая решётка, нет выхода...
Я подставляю глаз к решётке.
Там темень, темень,
Рой ощущений миниатюрных
Африканских рук, сокращенных для экспорта,
Чёрное на чёрном, зло карабкающихся,
Как же мне их выпустить?
Меня больше всего ужасает этот шум,
Неразборчивые слоги.
Как римская толпа,
Ничтожные порознь, но вместе, Боже!
И прикладываю ухо к бешеной латыни.
Я не Цезарь.
Я всего лишь заказала этот ящик маньяков.
Их можно вернуть, их не надо кормить, я их владелец.
Интересно, они очень голодны?
Интересно, они бы меня заметили
Если б, открыв замки, я бы, как вкопанная, превратилась в дерево?
Вот дрог, его пепельные колонны,
И юбки черешни.
Может, они сразу меня не заметят
В моём лунном одеянии и похоронной вуали.
Я же не источник мёда,
К чему бы им на меня нападать?
Завтра я буду добрым Богом, я их отпущу.
Ящик временный.

Глава 4. И время боязливо примеряться к бутерброду с чашкой чая *
Уложив Драко в постель, Снейп вернулся в заполненную книгами комнату. Девушка по-прежнему стояла на коленях, закрывая руками лицо, плечи ее мелко дрожали. Понимая, что ночь еще далеко не окончена, профессор призвал чай и бутерброды и сел в кресло рядом с коленопреклоненной фигуркой.
– Ну же, мисс Грейнджер, – негромко приказал он, – давайте сядем, как цивилизованные люди, и спокойно обсудим наши расцветшие новым цветом отношения.
Услышав этот голос, Гермиона отняла руки от лица, но не повернула головы в сторону Снейпа, напряженно вглядываясь в стену.
– Вы убьете меня, если я не послушаюсь вас, сэр? – последнее слово сопровождалось жалобным всхлипом.
– О чем, Мерлина ради, вы говорите? – опешил Снейп. Девушка бросила на него разъяренный взгляд. – Сядьте рядом со мной и выпейте чай с бутербродом. – Привстав, он снял с полки две чашки. – Я расскажу все, что вам необходимо знать.
– Неужели? – недоверчиво усмехнулась она, поднимаясь на ноги.
– Ну да, – пожал плечами зельевар. – Теперь не важно, узнаете ли вы что-то новое обо мне, все рано вы никому ничего не сможете рассказать. Если, конечно, не испытываете желание ближе познакомиться со значением понятия мучительная смерть.
Не сумев сдержать испуганный вскрик, Гермиона подошла к кушетке и буквально упала на нее. Выпрямившись, она порывистым движением вытерла слезы и, упрямо вздернув подбородок, скрестила на груди руки. Снейп молча подал ей чашку чая.
– Сахар и молоко на столе, – коротко проинформировал он.
Внезапно гнев ушел, вместе с ним исчезли силы. Девушка устало откинулась на кушетку.
– Перестаньте, – прошептала она.
– Прошу прощения, мисс Грейнджер? – В голосе профессора слышалась едва ли не забота.
– Перестаньте казаться хорошим. Я прекрасно знаю, что вы из себя представляете, и все это, – волнообразный жест рукой, – не идет вам.
Он задумчиво смотрел на молодую ведьму. Затем аккуратно поставил чашку.
– Итак, – усмехнулся он, – маленькая львица не жалует любезное обращение. Чего вы добиваетесь, мисс Грейнджер? Мне нужно начать вас запугивать, как это было в школе? Хотите, чтобы я постоянно напоминал вам, что вы находитесь в подчиненном положении? Желаете все время слышать о нелепом поступке, совершенном вами в попытке получить новые знания? Ах, да, – прошипел он, когда девушка попыталась что-то ответить, – я знаю, почему вы пришли. Знаю, каковы ваши истинные мотивы. Вы вовсе не хотели, чтобы я немедленно отправился помогать Ордену, вы стремились в очередной раз сделать меня своим учителем. Вы хотите именно то, что я могу дать вам, мисс Грейнджер. Не пытайтесь притворяться, что вы здесь из-за неких альтруистических побуждений и что вы стремились помочь своим друзьям. Вы думали исключительно о себе. Наберитесь, наконец, смелости и признайте это. Не этим ли гордится ваш глупый факультет? Своей храбростью? Жаль, что большинство из вас забывает о смелости, как только дело касается спасения собственного зада.
Он спокойно взял чашку и сделал глоток, наблюдая, как дрожит рука его ученицы, вызывая тихий звон чашки о блюдце.
– Как бы там ни было, я помню опыт моих ошибок, – приветливо продолжал он, – и знаю, каково пресмыкаться перед кем-то, надеясь получить необходимую помощь и знания. Оба хозяина, на которых мне приходилось работать, не отличались особой заботой о своих приверженцах. Так что, мисс Грейнджер, ваши ситуация намного лучше всех, в которые когда-либо попадал я. Видите ли, я ценю своих ставленников и забочусь о своей собственности. Из-за дурацкой клятвы, которую вы дали, вы теперь являетесь и первым, и вторым. Надо ли мне продолжать читать вам нотации, или мы можем, наконец, перейти к обсуждению наших планов?
Гермиона не сводила с профессора расширенных от ужаса глаз.
– Что, – запнувшись, она лихорадочно облизала пересохшие губы, – что вы собираетесь делать со мной?
Снейп ухмыльнулся.
– Многое, уверяю вас. Вы вверили себя Упивающемуся Смертью, мисс Грейнджер, и теперь, думаю, вам пришло время узнать, на что способны последователи Темного Лорда.
– Я знаю, на что они способны! – нервно ответила девушка. – Я боролась с ними, вы забыли об этом?
– Да, да, небольшая стычка в Министерстве. План, разработанный Люциусом Малфоем. Честно говоря, я был поражен, как мало моих собратьев было убито или захвачено аврорами той ночью. Должно быть, это был один из самых удачных дней Люциуса. Возможно, он даже вознаградил себя каплей Феликса Фелицис.
Усмехнувшись, Снейп сделал глоток чая и аккуратно поставил чашку на стол. Достав палочку, он с удовлетворением отметил, как вздрогнула Гермиона, и тихим Акцио! призвал думосброс. И вновь воспоминания об экзекуции Драко оказались в каменной чаше. Профессор не сомневался, что данное зрелище окажется для девушки несомненно более познавательным, нежели рассказ о наказании абстрактного человека.
– Сейчас, мисс Грейнджер, вы получите свой первый урок. Он покажет вам, к чему может привести глупое стремление молодости приобрести власть – или знания, – насмешливо пояснил зельевар. Подавшись вперед, он неожиданно схватил девушку за запястье. – Думаю, будет лучше освободить вас от нее, – промолвил он, забирая ее палочку. – Не горю желанием получить от вас проклятие или, избави Мерлин, спровоцировать убийство. Видите ли, на любое направленное против меня заклинание я отвечаю тем же. Совершенно машинально, разумеется.
Внезапно Снейп надавил рукой на затылок Гермионы, вынуждая ее окунуть лицо в мутную белую жидкость. Убедившись, что пленница погрузилась в воспоминания, зельевар вновь откинулся на спинку кресла и взял чашку с остывшим чаем, приготовившись к долгому ожиданию.

***
Когда, по его расчетам, она должна была досмотреть неприглядную сцену, Снейп наполнил водой кубок и призвал небольшое ведро, поставив его рядом с девушкой. Как он и ожидал, через пару секунд Гермиона отшатнулась от думосброса и ее моментально вырвало.
И не раз.
Подождав, пока рвота закончилась, профессор быстрым Эванеско! убрал испачканное ведро и подал бессильно сидящей на полу девушке кубок с водой, заставив ее сделать несколько глотков.
– Пейте, мисс Грейнджер, – приказал Снейп. Убедившись, что она подчинилась, мастер зелий собрал из думосброса воспоминания и, поднеся палочку к виску, вернул их себе. Думосброс был отправлен в скрытый книгами тайник, Снейп же вновь сел в кресло. К этому времени Гермиона допила воду и, отбросив кубок, ничком упала на кушетку, захлебываясь рыданиями.
– Ну же, мисс Грейнджер, постарайтесь успокоиться. Подобное наказание вас не ожидает, – поспешил заверить ее зельевар. – Уверен, вы найдете, что я весьма… добрый и понимающий хозяин, особенно в сравнении с некоторыми.
– Господи… – простонала девушка. – Драко… О, господи! Никто не заслуживает… кровь… они… те люди… их это возбуждало…
– Да, – в голосе Снейпа слышалась ярость, – многие последователи Темного Лорда испытывают порой весьма… экзотические желания. К счастью, по крайней мере для вас, я не принадлежу к их числу.
– Экзотические? Экзотические? – завизжала Гермиона. – Это же просто… О, господи! У меня нет слов …
Она с трудом глотала воздух, изо всех сил прижав к вискам сжатые в кулаки ладошки, будто пыталась выдавить наполнившие мозг образы ужасной сцены.
– Его мать… Мне она никогда не нравилась… Заносчивая корова… Боги… То, что там произошло… Драко… – бессвязные слова перемежались всхлипами, девушку вновь начало рвать, мутная жидкость стекала из уголков рта. Вздохнув, Снейп заклинанием призвал маленький флакон. Отметив, что этому зелью необходимо настаиваться еще пару дней, профессор протянул зелье Гермионе.
– Пейте, – скомандовал он. – Оно поможет вам успокоиться.
Не заботясь о содержимом, девушка сорвала крышку и одним глотком осушила флакон. Спустя несколько секунд зелье подействовало, она перестала дрожать, слезы высохли. Прижавшись спиной к стоящему позади нее креслу, Гермиона смотрела на человека, называющего себя ее хозяином.
– Что произошло с Нарциссой Малфой? – вяло поинтересовалась она.
– Она была отправлена в Поместье Малфоев в сопровождении Червехвоста, который должен будет… преподать ей несколько уроков. Думаю, теперь вы понимаете, что означают эти слова. Следовательно, я буду, наконец, освобожден от присутствия грызуна. Темный Лорд решил, что я в достаточной мере доказал ему свою преданность и не нуждаюсь в дополнительном присмотре. – Рот Снейпа искривился при воспоминании о поступке, которым сия преданность была доказана. – Тем не менее, Петтигрю не слишком меня любит и вполне может вернуться в надежде получить информацию, которую сможет использовать против меня. Чтобы этого избежать, мне потребуется ваша помощь.
Гермиона беспомощно смотрела на Снейпа.
– И как же, скажите на милость, я смогу остановить Петтигрю?
– Мне нужен ваш кот, – спокойно объяснил зельевар. – Этот чудовищный полуниззл – единственный, кого боится Питер в своей крысиной форме.
– Вам нужен Живоглот, – медленно повторила она. – Вы хотите отнять у меня существо, которое я люблю…
– О, нет, мисс Грейнджер, не совсем так. Я вовсе не собираюсь разлучать вас.
– Что?
– Мне нужно это животное, а поскольку вы будете проводить со мной много времени, вы сможете часто видеть его. Думаю, даже чаще, чем раньше. – Снейп сделал глоток чая, не сводя глаз с девушки, ожидая, когда она, наконец, все поймет.
Реакция Гермионы его не разочаровала. Несмотря на действие успокоительного зелья, ее глаза расширились, дыхание участилось.
– О чем вы говорите? Я не могу остаться здесь! Гарри… Рон… Я нужна им!
– Неужели? Совсем недавно вы жаловались, что ваши друзья не слушают вас. – Гермиона попыталась возразить, но мастер зелий нетерпеливым жестом прервал ее. – Однако не думайте, что я постоянно буду держать вас здесь. Отнюдь, мисс Грейнджер, мне нужно, чтобы вы регулярно общались с ними, помогали им и, конечно же, собирали информацию о других хоркруксах и докладывали мне о всевозможных происшествиях, как-либо связанных с Поттером.
Гермиона задохнулась от гнева:
– Вы хотите, что я предала их?!
Внезапно Снейп вскочил с кресла и выхватил из школьной сумки девушки потрепанный учебник.
– А как вы назовете вот это? – прошипел он, размахивая книгой перед ее носом. – Ваш драгоценный Поттер был бы счастлив узнать, что вы явились к предателю в надежде, что он – я – станет учить вас!
– Верните ее мне! – неуверенно потребовала Гермиона, испуганная мыслью, что Снейпу так легко удалось прочесть ее скрытое стремление. Как же она была глупа! Второй раз в жизни она придала человеку выдуманные черты, которыми он на самом деле вовсе не обладал. В первый раз это был Локхарт. Что ж, по крайней мере, в этот раз ее прельстил интеллект, а не привлекательная внешность.
Снейп швырнул девушке учебник, и она изо всех сил прижала к себе этот талисман, приведший ее в ад. Хотя, призналась Гермиона, это еще не самое худшее. А ведь она могла разделить судьбу Драко…
– Драко, – прошептала она, внезапно что-то поняв. – Это был он, тот Упивающийся в маске! Это был Драко!
– Вы так проницательны, – насмешливо протянул профессор. – Данная Нарциссе клятва вынуждает меня заботиться о Драко. Мисс Грейнджер, позвольте предложить вам тост.
Молодая ведьма машинально отломила кусочек хлеба, чувствуя себя Персефоной, принимающей угощение от Аида. Ага, но в отличие от меня она получила спелый гранат! – невежливо подумала Гермиона.
– Итак, мисс Грейнджер, давайте подведем итог. Я – ваш хозяин. Вы – мой шпион. Мне нужен ваш кот. И, конечно, не будем забывать о нашей основной задаче, – Снейп замолчал, отломив еще кусочек тоста. Гермиона с тревогой ждала. Что еще он может потребовать от нее?
Долгие секунды комната была наполнена тишиной.
– Как вы можете так поступать со мной? – Вопрос был задан тихим голосом, но, брошенный в беззвучие, произвел эффект громкого крика. – Вы – мой… были моим учителем. Как вы можете втягивать меня в ваши игры? Неужели у вас нет ни капли благородства?
Взбешенный, Снейп вскочил с кресла, ударом ноги перевернув столик. Он схватил Гермиону и толкнул ее на кушетку, дернул за волосы, заставив смотреть себе в глаза.
– Как вы можете спрашивать об этом?! Вы читали мою книгу и знаете, на что я способен!
– На великие вещи, – глотая слезы, прошептала она, не подозревая, что повторяет слова, сказанные много лет назад Олливандером. – Ужасные, но великие…
Зельевар отпустил ее, отодвинулся назад и скрестил на груди руки.
– Мисс Грейнджер, вы просто дурочка. Маленькая глупая девочка. Однако я не являюсь голосом вашей совести и буду требовать от вас четко следовать любым моим указаниям. Я уже требую. Сейчас. – Он палочкой указал на увешанную книжными полками стену. Повинуясь тихому заклинанию, стена отодвинулась, открыв проход в соседнюю комнату.
– Уже поздно, мисс Грейнджер. Нам давно пора начать работу над вашей главной обязанностью. – Взмах палочки, и беспорядок на полу убран. Мастер зелий протянул руку девушке.
– Что? – замерла она. – Что я должна буду сделать?
– Ну, это очень просто, мисс Грейнджер. Откровенно говоря, именно для этого вы были рождены. – Снейп ухмыльнулся и, быстро нагнувшись, взял девушку на руки.
– Вы должны будете выносить мне ребенка.
Примечание:
* И время боязливо примеряться к бутерброду с чашкой чая – цитата из поэмы Т.С. Элиота ‘The Lovesong of J. Alfred Prufrock’.
… Будет время, будет время
Подготовиться к тому, чтобы без дрожи
Встретить тех, кого встречаешь по пути;
И время убивать и вдохновляться,
И время всем трудам и дням всерьез
Перед тобой поставить и, играя,
В твою тарелку уронить вопрос,
И время мнить, и время сомневаться,
И время боязливо примеряться
К бутерброду с чашкой чая…
Перевод позаимствован из книги: Т.С. Элиот Полые люди, СПб, ООО "Издательский Дом Кристалл, 2000. – Выложен у Мошкова (http://lib.ru/POEZIQ/ELIOT/eliot1_01.txt).

Глава 5. Я не видела Барбадос…
Обнаженный Северус Снейп лежал на кровати, опираясь на локоть, и с улыбкой смотрел на лежащую рядом нагую молодую девушку. Она очень быстро уснула. Посапывает. Движением руки Северус призвал простыни, накрывшие их обоих, и вытянулся на спине, скрестив руки под головой.
Все оказалось проще, чем он думал. Шокированная его заявлением, все еще не отошедшая от действия зелья, Гермиона Грейнджер позволила отнести себя в спальню без сопротивления. Профессор самодовольно поздравил себя с успешно подобранным составом. Он сказал ей правду, это действительно было Успокаивающее зелье. О чем он умолчал – в состав входила еще и Амортенция, самый сильный в мире афродизиак. В результате долгих экспериментов ему удалось обнаружить, как можно использовать полученное зелье при интимных контактах. Поведя плечами и чувствуя царапины на спине, Снейп усмехнулся – последняя порция зелья вышла особенно удачной.
Очутившись в спальне, он пробормотал заклинание, повел палочкой, и девушка была обнажена. Она начала сопротивляться, но было слишком поздно…
Снейп вспомнил, как был удивлен тогда. Он был уверен, что Гермиона уже была близка – либо со студентом Каркарова, либо с одним из Уизли. Необычное чувство собственности… Он не привык к новым вещам; в детстве все покупки для него делались лишь в секонд-хэнде, когда же стал Упивающимся, все вещи в равной степени принадлежали его собратьям.
Но эта девушка была нетронутой, новой. Своего рода экзотика для Северуса Снейпа.
Что делать теперь?
Как только она проснется, действие афродизиака полностью пройдет, и трудно даже предположить, какой будет реакция. Миллион мыслей и планов проносился в его мозгу, но ни один не казался заслуживающим внимания. Он перевернулся на бок, смотря на густые каштановые волосы, выглядывающие из-под простыни. Эта девушка являлась составной частью его плана, но необходим был весь его ум, чтобы иметь с ней дело. Наконец, приняв решение, он взял палочку и произнес заклинание. Мягкий золотистый свет окутал спящую Гермиону, лишая ее возможности двигаться.
Позволив себе расслабиться, Снейп закрыл глаза и уснул.

***
Гермиона проснулась, обнаженная, в незнакомом месте, неспособная шевельнуться. Паника охватила девушку, она открыла рот, чтобы закричать.
– Даже не думайте об этом, мисс Грейнджер.
Подняв взгляд, она увидела профессора Снейпа. Полностью одетый, он стоял у кровати, скрестив на груди руки и насмешливо глядя на нее.
– Мне нужно позаботиться о Драко, – продолжил он, – как только я выйду из комнаты, заклинание будет снято. Ванна – там, – кивок в сторону двери слева от него. – Думаю, вам стоит воспользоваться ею. Использовав проверочное заклинание, я убедился, что пока вы не беременны. Через несколько часов мы повторим попытку.
Снейп повернулся к двери. Остановившись в проеме, он полуобернулся и добавил:
– Вы не сможете покинуть эту комнату, пока не успокоитесь. Встретимся внизу и обсудим наши дальнейшие планы. Постарайтесь использовать ум, которым, по заверениям окружающих, вы обладаете. У меня нет времени на слезы и истерики.
И он ушел.
И Гермиона смогла пошевелиться.
Тогда она разгромила всю комнату.
Без заклинаний.
Не переставая кричать.
Пока не рухнула на пол и не разрыдалась.
Но это уже не имело никакого значения.
В который раз Гермиона делала то, что умела лучше всего. Ну ладно, по крайней мере – попыталась. Она обдумывала ситуацию.
Строго говоря, она была изнасилована. Снейпом. Она подозревала, что была одурманена зельем, а затем уже подверглась насилию. Ее душа противостояла тому, чтобы использовать это слово. После того, как она увидела случившееся с Драко, она не могла применить это слово к произошедшему с ней. Драко был изнасилован. А то, что случилось с ней, было безнравственно и без ее согласия, но это не было насилием.
– Почему? – прошептала она. – Почему я не могу назвать это насилием?
Разум молчал. Если бы кто-нибудь сказал ей, что он был связан магией и занимался с кем-то сексом, она бы первая закричала, что это было изнасилование.
Изнасилование. Изнасилование. ИЗНАСИЛОВАНИЕ.
Мысли хаотично роились в голове, тогда она решила отбросить бесполезное обдумывание и вернуться к нему позже.
Но это было невозможно.
Сначала в ванную, а потом…
Потом она все обдумает.

***
Заставляя Драко выпить зелье, которое было необходимо мальчику для выживания, Северус услышал, как в ванной зашумела вода. Сразу же наступило облегчение, он, разумеется, слышал грохот и понимал, что девчонка разгромила его комнату. Слава Мерлину, он догадался отобрать ее палочку. Профессор автоматически поглаживал волосы блондина, чья голова лежала у него на коленях, пока Драко не перестал, наконец, стонать и не погрузился вновь в беспокойный сон. Снейп нахмурился, он действительно не знал, чем еще помочь слизеринцу, кроме как дарить ему вожделенный сон. В конце концов, он же не медиковедьма! Переложив голову юноши на подушку, зельевар поднялся и отправился вниз, готовить завтрак себе и своей новой собственности.
Обернувшись, он подумал, что обладание мисс Грейнджер доставляет, по крайней мере, некоторое удовольствие. Чего не скажешь о Малфое-младшем.

***
Внезапно дверь открылась и появилась она. Сверкающая чистотой, влажные волосы гладко зачесаны и собраны на затылке в тугой хвост. Одетая в ту же мантию, в которой была вчера, явно очищенную заклинанием. Снейп призвал наполненную тарелку – яичница и бутерброды. Простая, но сытная еда. И, разумеется, непременный кубок с горячим чаем.
Натянутая, как струна, она подошла к столу и села, подтянула тарелку и равнодушно начала есть. Он протянул ей чай.
– Вопросы? – спросил зельевар, уставший наблюдать сценку Рон Уизли ест свой завтрак.
– Нет, – отрывисто ответила девушка, не сводя глаз с содержимого тарелки.
Он удивленно приподнял бровь.
– Не хотите узнать что-либо новое о ваших обязанностях?
– Нет. – Категоричный ответ, вилка дрожит в тонкой руке.
Он позволил себе усмехнуться.
– Вам не интересно, зачем мне нужен ребенок?
– Нет.
Северус откинулся на спинку стула, задумчиво изучая ее. Изящные пальцы зельевара покачивали кубок.
– Хорошо. Возможно, мисс Грейнджер, вы поделитесь со мной впечатлениями о событиях, произошедших вчера вечером и, особенно, этой ночью? – вкрадчиво спросил он.
Гермиона аккуратно сложила нож и вилку на опустевшей тарелке, вытерла губы салфеткой и, тщательно сложив ее, положила на то же место, откуда взяла. После этого подняла, наконец, глаза, по-прежнему избегая взгляда Снейпа, и стала смотреть на книжные полки за его спиной.
– Я пришла к вам за помощью, – голос девушки звучал монотонно, будто она отвечала выученный наизусть урок, – вы дали мне спиртное, и я по-дурацки выпила слишком много и напилась. Вы воспользовались моим нетрезвым состоянием и заставили дать клятву, нарушив которую я умру. После этого я сделала очередную глупость, выпив предложенное вами зелье, в котором, очевидно, содержался некий афродизиак. После этого вы заставили меня переспать с вами. К счастью, это было непохоже на наказание Драко. Я бы назвала произошедшее изнасилованием, – ее голос дрогнул, – но вы, разумеется, можете доказать, что я сама этого хотела. Я поклялась сделать все, что в моей власти, дабы помочь вам, и, скорее всего, рождение вашего ребенка входит в этот список. Если я откажусь, я умру. Я не хочу умирать из-за вас, я использую вас, чтобы помочь уничтожить Темного Лорда. – Голос молодой ведьмы дрожал от захлестнувших ее эмоций. – Когда все данные мной обещания будут выполнены, я убью вас.
Снейп поставил кубок на стол и медленно захлопал в ладоши.
– Браво, мисс Грейнджер, браво! Весьма искренне, смело и столь же глупо. – Он поднялся и обошел вокруг стола, подойдя к ней. Схватив девушку за плечи и приподняв ее, он заключил ее в объятия, изображая страстного возлюбленного. – Но разве кто-нибудь говорил, что я желаю свержения Темного Лорда?..
Примечание:
Название главы – строка из песни Тори Амос (Tori Amos), повествующей об изнасиловании, которое пережила певица.

Глава 6. Про рачий свист, про стертый блеск и дырки в башмаках *
Молли Уизли, находившаяся, как обычно, на кухне и приглядывавшая за моющейся посудой, бросила взгляд в окно, выходящее во внутренний дворик. На посыпанной гравием дорожке мохнатым клубком свернулся Живоглот, не обращающий никакого внимания на скачущих вокруг него гномов. Те дразнили кота, цеплялись за шерсть и дергали за хвост, пытаясь заставить его бегать за ними. Молли нахмурилась, стараясь подавить вспыхнувшее в адрес Гермионы недовольство.
Гермиона Грейнджер, разбившая сердца обоих мальчиков; Молли до сих пор не верила, что Гарри не испытывал никаких чувств к Гермионе на четвертом курсе, а Рон который день бестолково бродил по дому, ожидая хоть каких-нибудь известий от девушки. О ней ничего не было слышно вот уже три дня и четыре ночи, никто не знал, где молодая гриффиндорка. Гарри отвел Рона в маггловский квартал, и они позвонили родителям Гермионы, но безрезультатно. Ее отсутствие взволновало и животных; которое утро в дом возвращалась подавленная Хедвиг, считающая, что подвела своего хозяина, в то время как Живоглот не покидал своего места на садовой дорожке, как только осознал, что любимая хозяйка покинула его. Молли подозревала, что именно оттуда аппарировала Гермиона.
– Никаких известий?
От неожиданности Молли перестала поддерживать заклинание, и тарелки со звоном посыпались в раковину. Обернувшись, она очутилась лицом к лицу с Люпином. Однако тот через плечо хозяйки вглядывался в окно.
– Великий Мерлин, – прошептал Ремус.
Резко обернувшись, Молли успела увидеть удаляющегося Северуса Снейпа, который в следующую секунду исчез в облаке магических искр. На дорожке осталась Гермиона Грейнджер, растрепанная девушка прижимала к груди большой запаянный котел.
Хлопнув дверью, Ремус выбежал из кухни, а не верящий в свое счастье Живоглот неистово терся о ноги вновь обретенной хозяйки.
– Что тут упало? – спросил ворвавшийся на кухню Рон. Увидев полную битой посуды раковину (и безумно гордый, как в свое время Фред и Джордж, что может везде и всюду применять магию), с энтузиазмом ткнул в осколки палочкой и прокричал: – Репаро!
Оглянувшись на мать в ожидании похвалы, Рон недоуменно обнаружил, что Молли не отводит взгляда от окна и не обращает на сына ни малейшего внимания. Мальчик подошел к окну посмотреть, что могло так заинтересовать его маму.
– ГЕРМИОНА! ВЫ СЛЫШИТЕ – ГЕРМИОНА ВЕРНУЛАСЬ! – И он выскочил с кухни.
Молли услышала топот множества ног, сотрясших дом, – все кинулись на улицу приветствовать беглянку. Столпившись вокруг молодой ведьмы, обитатели Норы пытались обнять ее, чему весьма мешал котел в руках девушки.
Молли Уизли вздрогнула. Что-то было ужасно неправильно.

***
– Гермиона?
– Где ты была?
– Гермиона!
– Почему ты никого не предупредила?
– Что у тебя в котле?
– Гермиона!
– ТИХО!
Крик Ремуса заставил всех сгрудившихся вокруг девушки замолчать.
– Всем сделать три шага назад, – продолжал Люпин, – Джинни, возьми Живоглота.
Фред, Джордж, Рон и Гарри отступили назад. Ремус подошел к Гермионе и, глядя ей прямо в глаза, тихонько коснулся рукой щеки девушки.
Она вздрогнула.
Он тихо выругался и ласково заговорил с ней.
– Гермиона, ты в безопасности. Никто тебя не тронет. Ты в безопасности. – Он повторял эти слова вновь и вновь. За спиной оборотня Гарри бросил на Рона полный ужаса взгляд. В этой девушке с гладко зачесанными назад волосами и расширенными зрачками он едва узнавал умницу их трио.
– Да что с ней такое? – просипел Рон, сжимая кулаки. Фред и Джордж шагнули к брату и положили руки ему на плечи.
Джинни молчала, испуганно глядя на подругу и прижимая к груди мяукающего Живоглота. Похоже, она слишком сильно сдавила его, кот взвыл и, оцарапав девушку, попытался вырваться. Этот звук вернул Гермиону в действительность.
– Пожалуйста, отпусти моего кота, – последовала тихая просьба.
Джинни подчинилась и опустила Живоглота на землю. Кот вновь кинулся к хозяйке. Гермиона наклонилась, аккуратно поставила котел у своих ног и, взяв на руки любимца, прижалась щекой к его густой шерсти. Глубоко вздохнув, она подсадила кота на плечо и, выпрямившись, обвела окружающих взглядом.
– Извините, двойное аппарирование, – произнесла она, объясняя свое поведение. Ее глаза все еще странно блестели. – Это антиликантропное зелье, – девушка кивнула на котел. – Профессор Снейп приготовил его для профессора Люпина, к наступающему полнолунию. Он научит меня, как варить его, потому что сам не хочет тратить свое драгоценное время.
– Снейп? – вскинулся Гарри.
– Профессор Снейп, – машинально поправила Гермиона. Никто, кроме Ремуса, не заметил, как девушка поморщилась, произнося это имя. Повернувшись к остальным, Люпин произнес:
– Может быть, вернетесь в дом? – Это прозвучало едва ли не как приказ. – Мы с Гермионой скоро к вам присоединимся.
– Нет.
Ремус повернулся к Гермионе. Она гладила мурлыкающего Живоглота и, кажется, успела прийти в себя.
– Мне нужно кое-что рассказать, и не хотелось бы повторяться, – объяснила она.
– Гермиона, – прервал ее Ремус, в его голосе сквозило беспокойство.
– Нет, – настойчиво повторила молодая ведьма. – Пожалуйста, соберите членов Ордена.
Люпин кивнул и, взмахнув палочкой, вызвал Патронуса.
– Гарри, – обратилась Гермиона к другу, – ты не одолжишь мне Хедвиг? Я хотела бы написать родителям. Думаю, после того, как вы к ним обратились, они начали беспокоиться.
– Чтоб мне провалиться! – выдохнул пораженный Рон. – Все-то ты знаешь!
– Нет, Рон, – улыбнулась она, – я знаю тебя.
Девушка направилась к Норе, Гарри и Рон пошли было за ней, но Ремус остановил их. Фред, Джордж и Джинни не двинулись с места.
– Будьте осторожны, – предупредил Люпин. – С ней что-то произошло, и, скорее всего, виноват в этом Северус.
– Вы о чем? – напрягся Гарри, ожидающий от предателя всего, чего угодно.
– Он аппарировал вместе с Гермионой, а когда заметил меня, он… – Ремус не договорил.
– Он – что? – нахмурился Рон.
– Сразу же дисаппарировал, – закончил Ремус. Он решил не говорить, что видел, как Снейп обнял девушку. И промолчать о том, что, уходя, Снейп задержал руку на плече Гермионы. Люпин был уверен, что Молли этого не видела, и нет смысла ставить Гермиону в неловкое положение. Да и Гарри не нуждается в дополнительном поводе для мести бывшему учителю.
Ремус Люпин решил прибегнуть к своему привычному стилю. Он будет наблюдать.

***
Далеко не все члены Ордена присутствовали на встрече. Собственно, собрались те же маги и ведьмы, что и перед уходом Гермионы, кроме Моуди. Тонкс объяснила, что он еще злился на Гермиону за несостоявшееся проклятие.
– Кстати, – насмешливо добавила метаморфиня, – Грозный глаз должен злиться на себя, что не успел блокировать заклинание.
– Ладно, давайте о главном, – прервал Нимфадору мистер Уизли.
– Думаю, мисс Грейнджер должна рассказать нам, как она провела последние дни, – многозначительно произнесла Макгонагалл. Гермиона вздохнула и поудобнее устроила Живоглота у себя на коленях, при этом нечаянно задев локтем Ремуса.
– Прежде чем я начну, я прошу вас не перебивать меня. Я все вам расскажу и отвечу на любые вопросы, но я безумно устала и хочу побыстрее с этим покончить. Договорились? – Она обвела сидящих за столом равнодушным взглядом. Все согласно кивнули, только Рон, Гарри и Ремус, услышав ее слова, непроизвольно сжали кулаки.
– Я вышла отсюда и отправилась к Рите Скитер, чтобы узнать кое-что об Эйлин Принц или хотя бы спросить, где мне искать о ней информацию. Я спросила у Риты, где можно получить сведения о старинных чистокровных семействах. Она ответила, что это практически невозможно, потому что все они держатся вместе и не допускают в свой круг чужаков. Тогда я спросила, что происходит, когда кто-то из них вступает в брак с магглами. Этот вопрос вызвал у Риты ненужные подозрения, вы же знаете, я не очень-то умею расспрашивать людей.
Вспомнив неудачную попытку девушки получить информацию у мистера Боргина, Гарри и Рон усмехнулись. Заметив это, Гермиона слегка улыбнулась и продолжила:
– Тогда я объяснила ей, что пишу эссе о бывших капитанах факультетских команд по игре в плюй-камни, потому что собираюсь показать всем, что на свете есть не только квиддич. Она мне поверила, – девушка нахмурилась. Ей казалось, что это одно из самых неправдоподобных объяснений, но Рита проглотила наживку. – Она взяла меня с собой в издательство Ежедневного Пророка и объяснила, где находится архив. Я нашла объявление о рождении профессора Снейпа и выписала оттуда адрес. В следующую секунду пергамент превратился в пыль. И это было очень странно.
– Действительно, странно, – задумчиво протянул мистер Уизли. – Наверное, кто-то наложил на него заклинание…
– Потом я покинула Диагон-Аллею и отправилась в маггловский Лондон. Купила билет на утренний поезд до Йоркшира и следующим вечером остановилась в мотеле. В общем, через два дня я, наконец, нашла дом профессора Снейпа. Его семья переезжала всего несколько раз. – Гермиона нахмурилась. – К счастью, всегда находился человек, знающий, куда они съехали. Тогда мне казалось, что так и должно быть, но сейчас все это… – Она замолчала, задумавшись.
– Что произошло, когда ты нашла профессора Снейпа? – поторопила ее Макгонагалл.
– М-мм… Он был очень вежлив. Я промокла под дождем и замерзла, а он приготовил мне согревающий напиток. Я объяснила ему, что нам нужна его помощь, и он согласился помочь Ордену. Он будет учить меня окклюменции, чтобы я помогала Гарри, и еще покажет, как варить антиликантропное зелье. Он просил передать вам, профессор, чтобы вы сказали попечителям, что если дети не научатся контролировать свою магию, то могут причинить вред окружающим и себе. Тогда Совет не рискнет закрывать школу. Объясните им, что молодые волшебники и ведьмы должны научиться сами себя защищать. Не забудьте отметить, что никто из учеников не пострадал во время битвы в конце семестра. И можете указать, что он – единственный Упивающийся смертью – покинул Хогвартс и теперь некому плохо влиять на детей и проводить врагов на территорию школы.
– Но их же Драко пустил, – пискнула Джинни.
– Да, но он сказал, люди предпочтут думать, что виноват декан Слизерина, что это он как-то повлиял на Драко, – объяснила Гермиона. Она замолчала и сделала глоток воды, готовясь к реакции на свои следующие слова. – А еще мы обсудили хоркруксы, – прошептала девушка.
– ЧТО?!
– Ну, мисс Грейнджер…
– Как ты могла?!
– Он уже знал! – крикнула Гермиона. – Он все о них знает! И он может помочь нам. Он сказал, что в библиотеке Блэков полно информации о хоркруксах. Нам придется вернуться на площадь Гриммо, потому что там есть почти все подсказки. А тебе, Гарри, придется вызвать туда Кричера. Почему-то это очень важно. Но я не знаю, почему.
– Мисс Грейнджер, – перебила ее Макгонагалл, – он сказал вам, на чьей он стороне? Почему он убил Альбуса?
– Нет, – Гермиона наклонилась к Живоглоту и сосредоточенно его гладила, стараясь не смотреть на окружающих.
– Вы спрашивали его?
Девушка молчала.
– Есть что-то, чего ты не можешь рассказать? – тихо спросил Ремус.
– Он нам поможет, – прошептала она, не отвечая на вопрос, – разве этого недостаточно?
Неожиданно Люпин схватил Гермиону за руку, отпихнув Живоглота, и прижал ее ладонь к столу.
– Спешиализ Ривелио! – произнес он, направив палочку на руку молодой ведьмы. Появилась красная лента, скользнула вокруг ее запястья, и исчезла.
– Ты дала нерушимую клятву, – ошарашено протянул оборотень. Едва он выпустил руку девушки, как она вновь схватила кота и принялась исступленно его гладить.
– Гермиона, – прошептала Тонкс, – что ты наделала…
Девушка встала, прижимая Живоглота к груди.
– Я должна была это сделать. Нам нужны его знания. Нам нужна его помощь. Теперь, когда профессора Дамблдора с нами больше нет, остался только он. – Она повернулась к сидящим за столом, переводя взгляд с одного на другого.
– Мисс Грейнджер, – покачала головой Макгонагалл, – вы его несколько переоцениваете. В Ордене много людей, более могущественных и надежных, нежели Северус Снейп.
– Ну разумеется. Например, Наземникус, да? Или миссис Фигг? Да, уж они-то действительно способны на большее, чем профессор Снейп!
Слова прозвучали со злостью, но Гермиона была в отчаянии. Ей нужно было верить, что Снейп окажется полезен Ордену, что он нужен им, что ее жертва была не напрасной.
– Успокойся, Гермиона, – велел мистер Уизли, также поднимаясь со стула. – Мы ценим твои усилия, но вот давать Нерушимую Клятву, это, знаешь ли… Ладно, хотя нам сейчас не помешает любая помощь, все же ты слишком дорого за нее заплатила.
– Да что вы! – завизжала девушка. – А если я скажу вам, что знаю, где один из хоркруксов?! Р.А.Б. – это Регулус Альфред Блэк! Медальон – настоящий! – в доме на площади Гриммо, а еще там книги, в которых написано, как его уничтожить! Вы все еще думаете, что я слишком дорого за это заплатила?!
И Гермиона рухнула на колени, заливаясь слезами, а ее любимец бросился к ней и принялся быстро слизывать со щек ведьмы соленые капли. Чья-то рука коснулась ее спины. Подняв голову, девушка заглянула в красивые изумрудные глаза Гарри.
– Гермиона, спасибо тебе, – сказал он, – ты молодец.
Примечание:
* Название главы – строка из стиха о Морже и Плотнике. Л. Кэрролл Приключения Алисы. Пер. А.А. Щербакова.

Глава 7. Незабываемая ночь *
Как обычно, Северус Снейп понятия не имел, где оказался. Едва аппарировав, он быстро осмотрелся и увидел небольшую поляну, со всех сторон окруженную деревьями.
По крайней мере, не кладбище. Хоть какое-то разнообразие, с мрачной иронией подумал Снейп.
Он быстро отбросил эти мысли, стоя перед змееподобным существом.
– Северус, – прошипел Волдеморт, – Малфоевский щенок умер?
Снейп упал на колени и склонил голову, пока не коснулся ею земли.
– Нет, мой Лорд. – Ответ был приглушен маской.
– Нет? – удивленно протянул Волдеморт. – Твои способности еще больше, чем я предполагал. Скажи же, мой верный слуга, что еще ты от меня скрываешь?
– Ничего, мой Лорд, – ответил Северус, подавляя внезапно вспыхнувшую панику, грозившую охватить все его существо. Он почувствовал, как его левитируют, заставляя подняться на ноги. Взмахнув рукой, Темный Лорд сорвал маску Снейпа, сверкающие красные глаза оказались прямо перед лицом зельевара.
– Легилименс!
Снейп расслабился, позволяя хозяину ворваться в свой мозг. Из прошлого опыта он знал, что воспрепятствовать – значит подвергнуть себя более агрессивному и болезненному вторжению, и не только в мозг, и не одному человеку. Для себя он давно решил, что предпочтет отдаться одному сознанию, нежели подставиться растерзанию группы. Он с интересом отмечал, какие воспоминания заинтересовали Волдеморта.
Драко, жалко скорчившийся на кровати.
Дракучая Ива, сквозь ветви светит полная луна.
Мать учит его играть в плюй-камни.
Лицо умирающего Дамблдора.
Запретная Секция в библиотеке Хогвартса.
Гермиона Грейнджер, нахмурившаяся над кипящим котлом.
Дьявол! – подумал он, стараясь не дать выплеснуться эмоциям.
– И кто это был? – спросил Волдеморт, прервав мысленную связь между ними.
– Гермиона Грейнджер, мой Лорд, – смиренно произнес Снейп, раздумывая, как бы отвлечь Волдеморта. – Зануда-грязнокровка, подружка Поттера.
– Я прочувствовал твои мысли, Северус, – Волдеморт знаком подозвал Нагини, – ты был счастлив. Почему эта девчонка вызывает у тебя приятные эмоции?
– Мой Лорд, она была одной из самых надоедливых учениц, какие у меня когда-либо были. – Снейп вновь преклонил колени. – Ее зелья всегда были идеальны, и она не уставала демонстрировать свое превосходство перед другими учениками. Поэтому мне нравится это воспоминание – единственный раз, когда я смог придраться к результату ее работы.
Осторожно, стараясь не двигаться, он поискал глазами змею.
– Последний год ты не мог учить ее зельям, – заметил Темный Лорд. – И она слишком взрослая, чтобы подходить для года позапрошлого, раз она подруга Поттера. Ты лжешь мне, Северус. Ты видел девчонку не так давно? Предан ли ты мне так, как хочешь показать?
Снейп был в замешательстве. Он собрался ответить что-то необязательное, но другой голос перебил его.
– Мой Лорд, девчонки взрослеют быстрее мальчиков.
Снейп едва не застонал. Только этого ему и не хватало – Люциуса-черт-бы-его-побрал-Малфоя собственной персоной.
– Люциус… – По рядам Упивающихся пронесся шепот. – Как неожиданно. Ты вернулся, когда твоя семья уже понесла наказание за твою ошибку.
Люциус опустился на землю недалеко от Снейпа, на коленях подполз к Волдеморту и коснулся губами полы его мантии.
– Мой хозяин, – прошептал он и вернулся к Северусу. Оба не решались подняться с колен, легкая дрожь сотрясала их, пока они ожидали решения своих судеб.
– Сегодня мы потратили достаточно времени, – прошелестел Волдеморт. – Северус, твоя преданность под сомнением. Но сейчас мы постараемся исправить досадное положение дел. Люциус, займи свое место.
Люциус поднялся и отошел в круг. Снейп прикрыл глаза, безмолвно проклиная само существование Гермионы Грейнджер.
– Белла, подойди.
Снейп не вздрогнул от неожиданности лишь благодаря годами вырабатываемой привычке скрывать свои эмоции. Возможно, он спасен.
Беллатрикс Лестранг опустилась на колени рядом со Снейпом. Как и Люциус, она подползла к Волдеморту поцеловать полу его мантии.
– Вормтейл, приведи свою… игрушку.
Снейп почувствовал, как напряглась склонившаяся рядом с ним Беллатрикс. Да и сам он без маски не осмеливался посмотреть, на что стала похожа Нарцисса.
– Стань на колени перед Северусом, – скомандовал Нарциссе Темный Лорд. – Северус, оставайся на месте. Белла, встань.
Все они подчинились, не выказывая эмоций, Снейп взглянул на Нарциссу.
Ее нос был одним распухшим, фиолетовым синяком, как и подбородок. Из уголка рта тонкой струйкой вытекала мутная белая жидкость. Бездумный взгляд женщины не выражал никаких эмоций. Северус слегка склонил голову. Она равнодушно повторила приветственный жест.
– Поднимите правые руки. Нарцисса, я уверен, ты готова отказаться от своей клятвы.
Ведьма коротко вздохнула и ответила хриплым голосом:
– Да, мой Лорд.
– Белла, ты была Хранителем их клятвы?
– Да, мой Лорд.
– Приступай.
Руки Северуса и Нарциссы соприкоснулись, взгляды встретились. Беллатрикс встала над коленопреклоненными фигурами и коснулась кончиком палочки соединенных рук.
– Я, Нарцисса Малфой, освобождаю Северуса Снейпа от данной им Нерушимой Клятвы.
Вспыхнул яркий свет, проявивший магические ленты их Клятвы. На глазах Снейпа ленты охватило пламя, и они исчезли. К облегчению зельевара, клятва, данная Гермионой, никак не проявилась.
– Обязательство снято, – провозгласила Беллатрикс.
Волдеморт улыбнулся.
– Что ж, Северус, ты вновь только мой. Пусть жизнь малфоевского мальчишки отныне не заботит тебя. Ступай и прерви его страдания.
– Да, мой Лорд. Благодарю вас, мой Лорд. – Снейп медленно двинулся назад, кланяясь и продолжая выискивать взглядом Нагини. Покидая круг, он услышал, как Волдеморт подозвал к себе Люциуса. Довольный данной ему отсрочкой, Снейп дисаппарировал.
Оказавшись дома, он рухнул в кресло и нахмурился. Маг был зол на самого себя. Сцена, которую Волдеморт извлек из его памяти, имела место день назад, когда Гермиона наблюдала за антиликантропным зельем, которое он варил для Люпина. Северус задумался об обвинении Волдеморта, что он был счастлив, и попытался вспомнить, о чем он тогда думал. Неожиданно он усмехнулся, вспомнив свою фантазию о мисс Грейнджер – она стоит на коленях, во рту ее кляп, а он входит в нее сзади, до изнеможения. Снейп тяжело откинулся на спинку кресла. Может, все время заклеивать ей рот, пока она с ним? Хотя в этом нет нужды; она не слишком разговорчива, если забыть о ее речи за завтраком.
Стук в дверь прервал размышления Снейпа о том, как еще можно занять рот мисс Грейнджер. Поднявшись, он подошел к двери и приоткрыл ее. Увидев, кто за ней стоит, распахнул ее настежь и позволил гостю войти. Бросив на профессора испуганный взгляд, Гермиона проскользнула мимо Снейпа, сжимая в руках без конца орущий кусок рыжего меха. Войдя в заполненную книгами комнату, девушка обернулась, смотря, где ее главная неприятность, и очутилась с ней лицом к лицу. В руке зельевар сжимал какой-то флакон.
Он выхватил у нее полуниззла и сбросил его на пол. Девушка было запротестовала, но Снейп это предвидел и не дал ей такой возможности. Воспользовавшись преимуществом неожиданности, он вылил жидкость из флакона в полуоткрытый рот Гермионы, после чего быстро заткнул ей рот и сажал нос, отчего она была вынуждена проглотить зелье.
– Афродизиак, – любезно проинформировал он бывшую ученицу. – Очень сильный, действие длится более двух часов. Блокирует все мысли и моментально вступает в действие.
Рука Снейпа, придерживающая ее подбородок, расслабилась, и Гермиона приоткрыла рот, но зельевар вновь сжал ей челюсти.
– Ни слова, мисс Грейнджер, – предостерегающе прошипел он. – Или сегодняшняя ночь окажется для вас более долгой, чем вы могли предположить. У меня большой запас этого зелья, а я, – он сделал паузу, окинув жадным взглядом стройную фигурку девушки, – голоден. – Его руки резко рванули мантию на ее спине, разрывая ткань. Подчиняясь действию зелья, тело Гермионы инстинктивно подалось навстречу мужчине. Девушка дрожала, потрясенная охватившим ее возбуждением. Снейп быстро стянул с гриффиндорки оставшуюся одежду.
– Не бойтесь, мисс Грейнджер, – прошептал он. – Вы будете наслаждаться этой ночью. Как и я…
Он наклонился и прижался губами к ее губам, жадно вторгаясь языком в податливый рот. Отчетливо чувствовался мускусный запах ее возбуждения. Снейп сделал шаг назад, готовый избавиться от своей мантии, но в этот момент раздался стук в дверь. Его глаза недовольно сверкнули. Гермиона в своем наркотическом возбуждении нетерпеливо опустилась на колени и облизала губы, недвусмысленно давая понять, что собирается делать. Наклонившись, Снейп поднял девушку на руки, открыл дверь и направился вверх по лестнице. Жалобно мяукающий Живоглот ринулся за ним. Оказавшись в спальне, Снейп бросил Гермиону на кровать и, приподняв мантию, вошел в нее. Девушка застонала от наслаждения. Снейп двигался очень быстро, пытаясь как можно скорее избавиться от эрекции. Снизу продолжали стучать, но это заглушалось стонами молодой ведьмы. Закончив, Снейп оттолкнул Гермиону к стене. Пробормотав заклинание, не дающее ей покинуть кровать, профессор поправил мантию и, выкинув их комнаты шипящего кота, поспешил вниз. Наложенное по дороге заклинание гарантировало, что из комнаты, в которой осталась девушка, не донесется ни звука. Пригладив волосы, зельевар приоткрыл входную дверь.
При виде посетителей его брови поползли вверх от изумления, и он распахнул дверь, позволяя пришедшим войти.
Примечание:
* Незабываемая ночь (‘A Night to Remember’) – фильм о Титанике.

Глава 8. Этот кошмар не закончится никогда
В дом Снейпа вошли Нарцисса и Люциус Малфой.
– Где он? – требовательно спросил Люциус, обшаривая взглядом комнату, будто ожидая, что его сын прячется на полке, среди книг.
– Люциус, Нарцисса, добро пожаловать. Не желаете ли выпить? – Изобразив милую улыбку, Снейп прошел мимо пары.
– Мой сын, Северус, – процедил Люциус сквозь стиснутые зубы. – Где он, черт побери?!
Снейп пристально посмотрел на него.
– Неплохо выглядишь, Люциус. Тебя что, вообще не наказали?
Зарычав, Люциус бросился на Снейпа и, схватив его за грудки, отбросил на книжные полки.
– Где. Мой. Сын?!
Зельевар ухмыльнулся.
– Северус, прошу тебя… – жалобно прошептала Нарцисса.
Повернувшись к ней, Снейп приподнял бровь.
– Люциус, отпусти его, – продолжила женщина тем же тихим, надломленным голосом. Малфой подчинился и отступил от бывшего друга. Северус аккуратно расправил помявшуюся мантию.
– Я задал тебе вопрос, Люциус, – требовательно повторил он. – Никакого наказания?
Отвернувшись, Люциус направился к кушетке, на которой уже сидела его жена, и устало опустился рядом с ней. Провел рукой по лицу и тяжело вздохнул. Затем, собравшись с силами, взглянул в глаза Снейпу.
– Волдеморт показал мне в думосбросе, как были наказаны Нарцисса и Драко. Думаю, смотреть, как над твоим сыном издевается оборотень, а жена вынуждена отдаваться любому Упивающемуся, пришедшему в гости к Хвосту, само по себе достаточное наказание. Видеть это, да еще и знать, что совсем недавно тебе был отдан приказ убить моего сына…
Профессор молча смотрел на него. Люциус не выдержал первым и отвел глаза.
– Северус, прошу тебя. Ради той дружбы, которая некогда существовала между нами, – отдай нам тело нашего сына, чтобы мы могли кремировать его, как принято в роду Малфоев.
Снейп по-прежнему молчал.
– Северус, пожалуйста, отдай нам Драко, – тихо попросила Нарцисса. – Темный Лорд не говорил, что ты не должен отдавать нам его тело.
Снейп смотрел на сломленную ведьму и задумчиво изучал ее избитое, но пока еще не изувеченное лицо. Затем решительно направился к тайной двери, легким движением руки распахнул ее и быстро двинулся вверх по лестнице. Вернулся в комнату, держа в руках раздраженно шипящий комок рыжего меха. Ударом ноги закрыв дверь, он выпустил недовольного полуниззла.
Рыжее чудовище немедленно бросилось на зельевара, шипя и пытаясь оцарапать ему ногу. Снейп отступил, но Гермионин любимец упорно следовал за ним, явно собираясь отомстить за хозяйку. Северус отпрянул к книжным полкам и быстро вытащил палочку, приготовившись наложить на приставучего кота заклинание, но Живоглот неожиданно оставил его в покое. Кот напряженно принюхивался. Снейп и Малфой, нахмурившись, следили за действиями рыжего мехового шара, а тот, не обращая на них ни малейшего внимания, развернулся и грациозно отпрыгнул к противоположной стене. Послышалась возня, довольное урчание кота и жалобный писк пойманной крысы. Нарцисса и Люциус обменялись понимающими взглядами.
Снейп быстро покинул комнату, прошел в соседнее помещение – свою лабораторию – и немедленно вернулся, неся флакончик с зельем и небольшую клетку.
– Нарцисса, возьми полуниззла, – скомандовал он, – Люциус, отбери у него Хвоста.
Малфои подчинились – Люциус схватил анимага, Нарцисса подняла с пола упирающегося, недовольно ворчащего кота. Малфой сунул крысу с серебряной лапкой в подставленную Снейпом металлическую клетку. Сжав пальцами челюсти незадачливого гриффиндорца, Северус влил ему в пасть несколько капель зелья, дабы быть уверенным, что Питер не сможет вернуться в человеческое обличье в течение как минимум двух недель. Приподняв клетку вровень с глазами, Люциус, усмехаясь, смотрел на плененную крысу.
– Сев, что это было за зелье? – лениво спросил он.
– Состав его заставляет сохраняться то обличье, в котором анимаг находился, принимая зелье, – скучающим тоном ответил Снейп.
– Отлично… – протянул Люциус. – У тебя найдется лишний флакончик?
– Вообще-то да, – вежливо ответил Снейп. – Но могу ли я поинтересоваться, зачем оно тебе?
– Я, к сожалению, в настоящий момент несколько стеснен в средствах, – пожал плечами Малфой, – однако…
– Найдите для ваших глупых игр более подходящий момент! – взвизгнула потерявшая над собой контроль Нарцисса. – Верните мне моего сына!
Снейп посмотрел на нее. Нарцисса все еще держала кота, на вытянутых руках, отодвинув его от себя так далеко, как только возможно. По распухшему лицу женщины стекали слезы.
– Разумеется, Нарцисса. Отпусти это рыжее чудовище, и мы пойдем в комнату Драко. – Снейп указал на лестницу, ведущую на второй этаж. Малфои замерли.
– Он не умер? – недоверчиво спросил Люциус. – Темный Лорд приказал тебе…
– Облегчить его страдания, – закончил Северус. – Он крепко спит и не испытывает ни малейшей боли. Уходя сегодня, я напоил его сонным и заживляющим зельем.
Люциус и Нарцисса изумленно смотрели на него. Даже Хвост повернул голову и не сводил с Северуса взгляда. Снейп надменно выпрямился и скрестил на груди руки.
– Я никогда бы не причинил вреда ребенку, оставленному на мое попечение, – надменно произнес он. Быстрая тень пробежала по его лицу, когда он вспомнил, как совсем недавно обошелся с Гермионой Грейнджер. – Я ни за что бы намеренно не причинил вреда ребенку, находящемуся под моей опекой, – поправился он, в следующую секунду осознав, что нарушал и это правило. Отогнав непрошеные мысли, зельевар постарался сосредоточиться на главном. Обнаружив, что оба Малфоя продолжают ошарашено смотреть на него, он нахмурился. – Так вам нужен ваш сын или нет?
Быстрым шагом он поднялся по лестнице, Малфои следовали за ним. Люциус все еще держал в руке клетку с Петтигрю.
Драко по-прежнему спал, но Снейп отметил, что его привычная поза эмбриона стала менее скованной. Он сомневался, что Люциус или Нарцисса заметят крохотный прогресс, но сам был рад этому проблеску надежды.
Вскрикнув, Нарцисса бросилась к кровати и прижала к груди находящегося без сознания мальчика. Не переставая дрожать, она гладила волосы сына. Над ними возвышался Люциус, напряженно изучающий увечья своего отпрыска.
– Его речь должна восстановиться, как только все заживет и уйдет боль, – пояснил Снейп. Если его раны вообще когда-нибудь заживут, – мысленно добавил он.
Люциус кивнул. У Нарциссы вырвался протяжный стон. Пытаясь отстраниться от жалкого зрелища, представшего перед ним, Снейп подумал, как там Гермиона справляется с действием афродизиака. Он хотел бы оказаться сейчас рядом с ней, в своей постели, а не любоваться на крах некогда столь гордого старинного рода.
– Дети? – хрипло спросил Люциус, заметивший инстинктивный жест Драко, закрывающего свои гениталии.
Северус посмотрел на него, пораженный и встревоженный, не смог ли Малфой прочесть его мысли. Но взгляд Люциуса не отрывался от сына.
– Нет, – ответил Снейп.
Люциус вновь резко кивнул.
– Итак, он уничтожил Малфоев. Уничтожил моего сына, осквернил мою жену и истребил один из старинных родов чистокровных волшебников этой страны. Неплохо для полукровки, не так ли, Снейп?
Северус молча ждал.
– А тебе это, может, и нравится, не правда ли, мой Принц? Смотреть на падение сильнейшего рода, наблюдать весь этот упадок. Что от нас осталось? Отец уголовник, мать шлюха, а сын – евнух. Ты счастлив, мой Принц? – Он ткнул клетку Северусу в грудь.
– Нет, Люциус.
Перестав рыдать, Нарцисса посмотрела на мужа. Не убирая одной руки с плеча сына, другой она пожала ладонь Люциуса. В ответ он нежно сжал ее пальцы и присел рядом, обнимая свою семью. Прижался щекой к макушке жены и стал медленно покачиваться, убаюкивая обоих и что-то нашептывая им. Напрягшись, Северус с трудом разобрал слова бывшего друга.
Это я во всем виноват. Я виноват. Простите, я во всем виноват...
Снейп глубоко вздохнул.
– Что ты собираешься делать?
Люциус медленно поднял голову, злая усмешка исказила благородные черты его лица.
– Друг мой, я думаю, это очевидно. Нам нужно отыскать остальные хоркруксы.

***
Сидя на первом этаже, Люциус и Северус потягивали огневиски. Малфоя переполнял безмолвный триумф, тогда как Снейп был погружен в унылые раздумья.
– Как ты справился с Обливиэйт? – внезапно спросил он.
– Можешь за это поблагодарить наших друзей авроров и Министерство, они экспериментировали с различными зельями, призванными сломать любой ментальный блок, магически установленный на людей. Для того, разумеется, чтобы добыть информацию у тех, кем манипулировали Упивающиеся Смертью. – Люциус остановился и сделал очередной глоток огневиски. Взгляд его скользнул по ступенькам лестницы, ведущей наверх, туда, где Нарцисса пожелала остаться с начавшим приходить в себя Драко. – Им понадобился подопытный кролик, а кто мог подойти на эту роль больше, чем их комнатный Упивающийся? Мне пообещали, что, если я соглашусь, приговор пересмотрят.
Северус усмехнулся.
– Вот именно, и я выпил зелье. Представь же мое удивление, когда я вспомнил правду о смерти Регулуса Блэка. Конечно, я выкрутился, и авроры ничего не узнали. Решили, что они оскорблены в своих лучших чувствах, ну и подобную чепуху. Кажется, после этого эксперимента я насчитал пару сломанных ребер. – Еще один глоток и вновь взгляд на лестницу.
– Ты знаешь, что Хвост с ней сделал? – Внезапно спросил он Снейпа.
– Нет, – откликнулся зельевар. – Я вежливо отклонил его приглашение прийти унижать и оскорблять твою жену.
– У них там был целитель, – объяснил Люциус. Снейп почувствовал подкатывающую тошноту. Он не имел ни малейшего желания слушать дальше. – Крысеныш объявил ей, что раз она больше не может иметь детей, то и соответствующие органы ей не нужны. Другими словами объяснил, естественно. Он же тупой гриффиндорец, – Люциус сделал очередной глоток огневиски, наклонился вперед, и его вырвало на пол. Снейп убрал все быстрым Эванеско!, мимоходом мрачно подумав, сколько еще людей придет к нему на этой неделе пачкать его полы.
Люциус выпрямился и прополоскал рот водой из бокала, сотворенного Снейпом. Он вновь посмотрел на лестницу.
– Как ты думаешь, она уже это сделала? – спросил он старого друга.
– Сделала что? – переспросил Снейп, удивленный вопросом.
– Убила Драко и себя, – казалось, Люциус говорит о вещах, само собой разумеющихся. Снейп с ужасом смотрел на него.
– Что тебя удивляет? – поморщился Малфой. – Ты оставил там кучу своих зелий. Я думал, ты сразу понял.
Но разговаривал он с пустым креслом. Перескакивая через ступеньки, Снейп помчался наверх. До затуманенной головы Малфоя донесся взбешенный крик: Энервейт! Он терпеливо ждал, допил огневиски и вновь наполнил стакан, пока в дверном проеме не появился ошеломленный Снейп.
– Это не должно тебя удивлять, – продолжил он, будто бы Северус только что не пытался спасти его семью, – Нарцисса всегда была слабой, а это существо… – Он сплюнул и ударил ногой по клетке с Хвостом. Взяв себя в руки, Люциус с прежним хладнокровием продолжил, – он ее уничтожил. Но ты дал ей то, в чем она так нуждалась. Она хотела умереть вместе с Драко, и ее желание исполнилось.
Северус, внешне спокойный, хотя внутри у него все бурлило от ярости, смотрел, как Малфой одним глотком опустошает стакан.
– Итак, – произнес Люциус, – как мы собираемся уничтожить Хозяина?
Прежде чем Снейп смог ответить, Хвост неожиданно начал вопить и безнадежно пытаться выбраться наружу и предупредить Темного Лорда о предательстве. Снейп заметил, как крошечная серебряная лапка пытается перепилить толстый металлический прут. Обведя взглядом комнату, в углу он заметил то, что искал, но Люциус оказался проворнее. Он уже подхватил оранжевого монстра под живот и возвращался к креслу. Усевшись, он приподнял кота и заставил его смотреть себе в глаза.
– Извини, не знаю, как тебя зовут, – начал он, – но у меня есть для тебя ответственное задание. – Усмехнувшись, Снейп смотрел, как Люциус подносит кота к клетке с Петтигрю. – Видишь эту крысу? Я хочу, чтобы ты ее съел. Медленно, очень медленно, и причиняя как можно больше боли. – Он аккуратно опустил отмстителя своей жены на пол и, открыв клетку, тряс ее, пока дрожащий анимаг не плюхнулся на пол.
Долгие годы Живоглот ждал этого момента. Он прыгнул и сбил лапой предателя-гриффиндорца на пол, наслаждаясь его визгом и пресекая отчаянные попытки сбежать. С грациозным изяществом он откусил серебряную лапку, а затем продолжил мстить за смерть женщины, которой не знал.
Северус откинулся на спинку стула и прикрыл глаза, когда серебро было сорвано с лапы Хвоста. Это был единственный момент, который его волновал, а остальное он полностью доверил этому рыжему монстру. Открыв глаза и стараясь не смотреть на расправу на полу, зельевар взглянул на Малфоя, жадно впитывающего каждую секунду расчленения Питера Петтигрю. Вздохнув, Снейп позволил волне боли за смерть Драко захватить себя. Именно в этот момент Люциус посмотрел на него.
– Северус, брат мой, а я и не знал, как много значит для тебя моя семья, – насмешливо прокомментировал Малфой. Лишь дрожащая рука и несколько пролившихся на стол капель огневиски выдавали истинные чувства.
Снейп медленно покачнулся и закрыл руками лицо. Теперь нет никакой надежды для него и Гермионы. Драко, Хранитель их клятвы, мертв. Его собственные планы разрушены.
Доверься Люциусу Малфою – и он пустит твою жизнь под откос.

Глава 9 – Душа моя не знает страха
Гермиона бессмысленно металась у невидимой преграды. Она не могла покинуть кровати Снейпа.
Профессора Снейпа, - поправил насмешливый голос. Гермиона зарычала и рухнула на помятые простыни. Она оказалась в ловушке.
Но ты могла бы, по крайней мере, прикрыться, - заботливо напомнил ей все тот же внутренний голос. Девушка потянула на себя простынь, и, осознав, что скользнувшая по напряженным соскам мягкая ткань не принесла очередной оргазм, облегченно вздохнула. Эффект зелья был ужасен. С уходом Снейпа Гермиона напоминала сама себе суку во время течки. Разорванный матрац и мятые простыни, плюс эта противная горячая влага между ног.
Как он посмел!, - кипятилась она. Опоил, на руках отнес наверх (что в глубине души показалось ей весьма романтичным), грубо трахнул и бросил ее. Оставил одну. Предоставил самой себе. Хотя мысль о том, что обязательный секс на сегодня окончен, успокаивала, девушка чувствовала себя странным образом обманутой. Не то чтобы она вообще хотела этого мужчину, но если ему так уж нужно было ее использовать, он мог бы побеспокоиться и о ней! От злости она заскрежетала зубами, и, пытаясь успокоиться, несколько раз глубоко вздохнула.
Неожиданно девушка расхохоталась, вспомнив угрозу Снейпа как следует использовать ее этой ночью. Наконец-то в ее руках оказалось оружие, и уж она не побоится применить его!
- Что вас так рассмешило, мисс Грейнджер? – раздался свистящий шепот Снейпа. Обернувшись, Гермиона увидела входящего в комнату профессора, сжимающего в руке еще один флакон с афродизиаком.
Гермиона усмехнулась.
Остановившись в футе от кровати, Снейп взмахом палочки убрал невидимый барьер.
Гермиона ухмыльнулась.
Снейп нахмурился.
- Быть может, вы все же расскажите мне, и мы посмеемся вместе, мисс Грейнджер? – спросил он, угрожающе взмахнув флаконом.
- Вы не сможете больше спать со мной, - торжествующе объявила она.
Он сощурил глаза.
- Уверяю вас, мисс Грейнджер, смогу, если только захочу.
Гермиона засмеялась.
- Не сможете! Секс как таковой отнюдь не являлся частью Нерушимой клятвы. Я должна помогать вам, что, по вашему настоянию, означает родить вам ребенка. - Гермиона приподнялась на кровати и продолжила лекторским тоном: - А чтобы повысить вероятность зачатия, вам не следует кончать в меня чаще одного раза в два дня. В противном случае вашей сперме не хватит времени на созревание. Помимо этого, нам нужно заниматься сексом между одиннадцатым и шестнадцатым днями моего цикла. И знаете что? Сегодня как раз-таки шестнадцатый день! Позвольте напомнить вам, что сегодня вы уже кончали. Так что теперь целый месяц никакого секса, а если я уже забеременела, то секса между нами вообще никогда больше не будет, - ликующе закончила она.
Снейп внимательно изучал девушку, будто она была редким животным, которое он собирался замариновать.
- С чего вы это взяли?
- Сегодня я была в библиотеке, и просмотрела все книги по зачатию и беременности, какие мне только удалось найти. Потом поговорила с Миссис Уизли об уровне рождаемости среди ведьм. Вы же не станете возражать, что Молли настоящий специалист в магической контрацепции? А если вы все же настоите на половом акте со мной, то, учитывая вышесказанное, это не будет попыткой заставить меня забеременеть. Следовательно, Нерушимая клятва теряет власть, а значит, я смогу рассказать кому угодно, что вы меня изнасиловали! Так что я предлагаю вам забрать этот флакон и засунуть его себе в задницу!
Резко засмеявшись, Снейп присел на край кровати.
Занервничавшая Гермиона отодвинулась к стене. Это была отнюдь не та реакция, на которую она рассчитывала.
- Вы ожидали большего, не так ли, мисс Грейнджер? – проницательно спросил зельевар. – Мне жаль вас разочаровывать. После событий сегодняшнего вечера ваши прелести меня не слишком прельщают.
Он протянул ей флакон, и девушка машинально приняла его.
- Попробуйте определить, что это, - усмехнулся Снейп.
Придерживая обернутую вокруг тела простыню, она осторожно вытащила пробку и принюхалась. Знакомый запах отсутствовал. Гермиона подняла флакон и посмотрела его на свет. Жидкость оказалась чистой и прозрачной, как вода.
- Веритасерум, - уверенно произнесла она. Ставшая привычной за школьные годы процедура поглотила эмоции.
Снейп поднял бровь и взмахом руки велел девушке продолжить.
- Это сильное зелье Правды, временно отнимающее у принявшего его способность лгать. Трех капель достаточно, чтобы человек, не готовый к этому, выдал свои самые сокровенные секреты. Но эффект Сыворотки можно обойти, если человек хорошо разбирается в зельях или же является квалифицированным окклюментом, - она смолкла, заметив грустную улыбку Снейпа.
- Я разбираюсь в зельях и являюсь окклюментом, не так ли, мисс Грейнджер? – спросил он.
Прижав простыню к груди, Гермиона молча кивнула.
- И вы бы отвергли мое предложение о перемирии, если бы не были уверены в моей искренности, правильно? – он забрал у девушки флакон и поставил его на тумбочку рядом с кроватью.
Гермиона осторожно кивнула.
- Я не понимаю, о чем вы? – неуверенно спросила она, вновь отодвигаясь от Снейпа под сомнительным прикрытием тонкой простыни.
Профессор задумчиво смотрел на пленницу, блестящие темные глаза ничего не выражали. Неожиданно поднявшись, он направился к стоящему в углу комнаты шкафу и, порывшись в нем, вытащил серую фланелевую ночную рубашку. Гермиона никогда ее не видела, но вспомнила, как на четвертом курсе Гарри рассказывал о том, что он видел, когда застрял в сломанной ступеньке. Потрясенная, девушка осознала, что Снейп дает ей свою одежду.
- Раз уж вы столь стыдливы – оденьтесь, мисс Грейнджер, - приказал он, бросая ей рубашку и вновь присаживаясь на кровать. Снейп отвернулся к двери, и Гермиона быстро натянула фланель, вновь надежно прикрывшись простыней. Зельевар вновь повернулся к девушке.
- Теперь вы, наконец, способны рассуждать здраво? – насмешливо поинтересовался он и, дождавшись ее торопливого кивка, продолжил: - Я собирался принять Сыворотку Правды, дабы дать вам возможность задать мне все те вопросы, которые вас мучают, однако теперь понимаю, что вы все равно не поверили бы мне. Наверняка вы уверены, что я принял какой-либо антидот, чтобы противостоять действию зелья и таким образом защитить себя. Так что я не вижу ни малейшего смысла напрасно утруждать себя.
Он замолчал. В очередной раз отодвинувшись подальше от бывшего учителя, Гермиона притянула колени к груди и задумалась. Что же произошло, что заставило его так измениться? Она была готова выносить Снейпа саркастичного, насмешливого, жестокого, наконец – но Снейп кающийся?!
- М-мм… Спасибо? – Гермиона понадеялась, что он все же расскажет ей о случившемся.
- Что вы знаете о Нерушимой клятве? – спросил профессор, игнорируя ее сомнительную благодарность.
- Она нерушима, и если я не буду ее выполнять, я умру, - в ее голосе слышалась скука.
- Не о нашей клятве, мисс Грейнджер, а о Нерушимых клятвах вообще?
Гермиона пожала плечами и опустила голову. Ремус пытался рассказать ей о таких клятвах, но она была слишком занята изучением книг о беременности, и не слушала его. Краем глаза девушка заметила, что Снейп с усмешкой смотрит на нее.
- И вновь я оказываюсь прав, - заявил он.
- Прошу прощения?
- С тех самых пор, как вы прибыли в Хогвартс, я был уверен, что вы не столь умны, как принято считать. Да, вы прилежно учили ваши уроки. - Взмахом руки он заставил замолчать запротестовавшую было Гермиону. – Как любая прилежная зубрилка, вы даже не пытались узнать что-либо, что не касалось домашних заданий и не было связано с вашими друзьями.
- Я прочла все книги, какие только мне попадались! – яростно защищалась Гермиона, забыв, что именно эта жажда знаний и привела ее к Снейпу.
- Да неужели? – недоверчиво переспросил он. – А вы читали Смертельные заявления и незаконные соглашения?
Гермиона покачала головой. Она видела эту книгу в библиотеке, но ярко-зеленый переплет с серебряными буквами показались девушке отвратительными. Как раз перед этим она в очередной раз столкнулась с Драко Малфоем, и чувствовала неприязнь ко всему слизеринскому.
- Так я и думал. – Усмехнулся Снейп. – Очевидно, обложка книги оскорбила вашу гриффиндорскую гордость. Странно, что в итоге вас привлек мой учебник – наименее подходящее чтение для истинной гриффиндорки.
- Может быть, вы объясните мне, в чем дело, вместо того чтобы оскорблять меня? – вздохнула Гермиона.
- Как пожелаете, мисс Грейнджер, - обворожительно улыбнулся Снейп.
А затем он неожиданно скинул ботинки и растянулся на кровати рядом с ней. Прикрыв глаза, профессор начал свою лекцию
- История Нерушимой клятвы насчитывает многие века. Первоначально она использовалась для подчинения слабых магов более сильному, превращая их в верных слуг или же в армию. Немного напоминает маггловский феодальный строй. Поскольку я наполовину маггл, я был вынужден посещать их школу, - напомнил он. – Недостатки Клятвы быстро выявились, нарушив ее, слуги умирали десятками и сотнями. Далее Клятва широко использовалась женами и мужьями, которым приходилось хранить верность супругу или же умереть. Однако Клятва, как правило, заключала в себе столь много условий (как наша, например), что смертность от нее превысила все возможные пределы. Применение ее пошло на убыль, и в настоящее время она используется главным образом представителями чистокровных семейств для обеспечения уверенности выполнения мелких дел и поручений. Вот в чем сущность Клятвы. Как вы сами сказали, ее нарушение влечет за собой мучительную смерть. Выполнение условий Клятвы освобождает участников. Это главный способ освободиться от наложенных обязательств. Однако в нашем случае условия Клятвы неопределенны и размыты.
- Родить вам ребенка, - прошептала девушка.
- В этом вы не клялись, мисс Грейнджер, - напомнил Снейп. – Вы обещали сделать все, что окажется в ваших силах, дабы помогать мне, не говорить и не совершать ничего, что может мне повредить и не говорить никому о Клятве, пока дело не будет завершено. Строго говоря, мисс Грейнджер, вы привязали себя ко мне на весь остаток своей жизни.
- Нет, - решительно возразила девушка. – Только до тех пор, пока Волдеморт не будет побежден. Именно это я имела в виду.
- Но я имел в виду отнюдь не это, - парировал Снейп. – Это не я дал вам Клятву, а вы – мне, и именно мое мнение является определяющим.
- Так о чем же вы думали тогда? – потребовала она ответа.
- О своей жизни.
Воцарилась тишина. Ошеломленная, Гермиона уставилась в одну точку. Снейп не двигался, глаза его были прикрыты.
- Когда я умру, вы будете свободны от своих обязательств. Кстати, если вас угораздит скончаться первой, вы все равно будете вынуждены служить мне.
- О чем это вы?!
- Я получу в свое распоряжение личное привидение, - мрачно ответил профессор. – Вы будете связаны со мной после смерти так же, как и при жизни. И даже когда я умру, ваш дух будет вынужден скитаться по земле.
Внезапно открыв глаза, он повернулся к сидящей рядом девушке.
- Понимаете ли вы, мисс Грейнджер, что я могу решить, что ваша смерть для меня предпочтительнее, и таким образом навсегда лишить вашу душу покоя?
Ее потрясенное лицо заставило Снейпа против воли улыбнуться.
- Расслабьтесь, я не рассматриваю подобное положение дел. Пока не рассматриваю.
Гермиона с трудом удержалась от желания ударить его кулаком по носу.
- Я бы не волновался о неопределенности, заложенной в нашей с вами Клятве, поскольку при согласии обеих сторон ее можно было бы снять. К сожалению, для этого необходимо присутствие хранителя.
- Великолепно, - выдохнула Гермиона. – Немедленно приведите Драко!
- Даже если бы и мог, зачем мне это нужно? – отозвался Снейп.
- А зачем бы вам было рассказывать о подобной возможности, если вы не собирались бы снять с меня обманом наложенные обязательства?! Если вы хотите быть уверенным, что я никому не расскажу о… - внезапно смысл его слов дошел до девушки. – Что вы имели в виду, говоря …даже если бы я мог?.. – испуганно спросила Гермиона.
Снейп отвернулся.
- Драко мертв.
- Что?!
- А вас не удивило, что я покинул вас, вместо того чтобы насладиться вашим обществом? – Гермиона в бешенстве смотрела на бывшего преподавателя. – Кто-то постучал в дверь. Это оказались милейшие мистер и миссис Малфой. Пока я беседовал с Люциусом, Нарцисса, оставленная с Драко, убила сына, а потом и себя.
Он пошевелился, укладываясь поудобнее. На лице Гермионы ужас сменился отчаяньем.
- Ну почему вы не заставили меня дать более определенную Клятву?..
- Я хотел напугать вас, - спокойно признался Северус. – Именно поэтому и использовал Нерушимую клятву. – Заметив ее разъяренный взгляд, он ухмыльнулся. - Вы были так самоуверенны… Считали, что вам удастся уговорить меня вернуться и помогать Ордену… что я желаю помогать Ордену! Я решил, что вам необходимо показать, как опасны могут оказаться последствия необдуманных действий и поиски знаний в опасных местах. Вам следовало бы по-прежнему увлекаться чтением книг. Но этого вам оказалось мало, и в результате вы заманили в ловушку нас обоих!
- Я ЗАМАНИЛА?! – закричала Гермиона. – Так вы обвиняете меня! Вы только что показали мне, как я была глупа, увлекаясь лишь чтением книг, а сейчас что вы утверждаете?!
- Лучше бы вы читали, а не пытались отыскать убийцу! – Закричал Снейп в ответ. Приподнявшись на колени и нависая над девушкой, более всего он напоминал разъяренную пантеру. – Кто оказался той ИДИОТКОЙ, что принимает спиртное от человека, годящегося ей в отцы?! Кто стал той кретинкой, способной вверить себя в расположение человека, подобного мне?!
Гермиона сердито вытерла с лица плевок, сорвавшийся изо рта Снейпа, и тоже поднялась на четвереньки, неосознанно копируя его позу.
- Значит, я идиотка! – прокричала она. – Потрясающе, замечательно – ВЫ ВЫИГРАЛИ – а я все испортила! Но я НЕ заманила нас в ловушку! Это сделали ВЫ! И кстати я не просила вас насиловать меня, но вы сделали это! Я не…
- ЭТО НЕ БЫЛО ИЗНАСИЛОВАНИЕМ! – Прогремел Северус. Подавшись вперед, он схватил девушку за запястья. – Возможно, вы этого не хотели, но… ЭТО. НЕ БЫЛО. ИЗНАСИЛОВАНИЕМ!
- Замечательно! – взвизгнула она. – Но я не… не… Не идиотка, позволившая убить Драко, единственного хранителя Клятвы! А если я такая уж кретинка, зачем вам понадобился мой ребенок?! Должно быть, я…
Он смолкла, почувствовав у своего живота затвердевший член Снейпа. Сузив глаза, девушка молча смотрела на профессора.
Потянув ее за руки, Северус неожиданно нежно поцеловал Гермиону в лоб.
Смущенная ведьма попыталась вырвать руки.
Снейп улыбнулся.
Гермиона нахмурилась.
Он засмеялся, слез с кровати и направился к двери.
- Поспите, мисс Грейнджер, - посоветовал он, не оборачиваясь. – Мне нужно позаботиться о трупах, заботливо оставленных Люциусом на мое попечение.
- Что? Эй! Мы еще не закончили! – Соскочив с кровати, она подбежала к двери, которая захлопнулась у нее перед носом. Напрасно попытавшись открыть ее, девушка обернулась, взглядом ища свою палочку. Нигде ее не обнаружив, она со злостью ударила ногой по двери.
- Это еще не все, Снейп! – прокричала она.
Возвращаясь к кровати, она услышала его далекий ответ.
- Для вас я профессор Снейп, мисс Грейнджер.

Глава 10. Раздави мое сердце, трехликий Снейп
Следующим утром Гермиона проснулась в объятиях Северуса Снейпа. Она подозревала, что так могло произойти: в доме всего две спальни, и было ясно – Снейп не ляжет в постель, в которой умерли Нарцисса и Драко. Перевернувшись на спину, девушка украдкой рассматривала лежащего рядом мужчину.
Прошлой ночью, когда он ушел, Гермиона обдумала свое положение. Она понимала, что оказалась в очень опасной ситуации - ситуации, в которую попадали многие женщины. Подумав, она пришла к выводу, что сможет выбраться из сложного положения, более того, сможет стать сильнее. Да, останутся шрамы – на душе, а не на теле, но Гермиона была уверена, что будет закалившейся сталью, а не выжженной оболочкой.
Значит, вместо того, чтобы бороться с ситуацией, она должна использовать ее для собственной выгоды. Причина, по которой она сблизилась с этим человеком, все еще в силе: знания, которыми он обладал, на исходе войны являлись ключевыми. И девушка была полна решимости узнать как можно больше, пока находится в плену. И всем, что узнает, поделиться с Орденом. А когда война закончится, она освободится от Северуса Снейпа. О том, какая жизнь ее ожидает, если победит Волдеморт, Гермиона старалась не думать.
Посмотрев на лицо лежащего рядом с ней человека, расслабленное во сне, руки, обнимающие ее, Гермиона подумала, что в этой постели она – не единственная жертва войны. Невозможно простить его, но можно попытаться понять его поведение. Откровенно говоря, Снейп заинтересовал ее. Его настроение было таким переменчивым – от злобы и сарказма до неожиданной заботы. Не говоря уж о его чувственности, хотя оба раза, когда это качество проявлялось, она была опьянена зельями, так что вряд ли могла объективно оценить собственные наблюдения.
Гермиона перевела взгляд на потолок. Это позволило, не отвлекаясь, перейти к главному вопросу: зачем ему нужен ребенок? Нахмурившись, Гермиона вспомнила несколько самых темных заклинаний, написанных в его учебнике зелий. В рецептах требовалась либо кровь только что родившегося ребенка, или плод ведьмы, или кровь только что родившей ведьмы. И хотя ей не нужен был ребенок, и она не хотела его, но не могла допустить, чтобы его использовали столь варварским способом. Вздохнув, она решила расспросить профессора об этом вопросе.
Выбравшись из его объятий, она поднялась с кровати, радуясь, что никакое заклинание больше не препятствует этому.
- Куда вы направились? – спросил сонный голос за ее спиной.
- В ванную, - ответила она. Закусив губу, обернулась и взглянула на мужчину. – Мне нужно кое о чем спросить вас.
Снейп откинулся на спину, театрально вздохнул и закрыл рукой лицо.
- Мерлиновы яйца! – простонал он. – Только после завтрака. - Убрал руку и взглянул на нее.
- После завтрака, – согласилась девушка и молча вышла из комнаты.

***
Когда Гермиона спустилась по ступенькам, Снейп уже накрыл завтрак на двоих – блинчики с клубничным сиропом.
- Очаровательное одеяние, - прокомментировал он, глядя, как Гермиона подворачивает слишком длинные рукава мантии, одолженной в шкафу профессора.
- Если бы у меня была палочка... - спокойно протянула девушка, даже не спрашивая, где ее собственная мантия. Она подозревала, что Снейп просто выбросил ее. Поскольку ответа не последовало, девушка пришла к выводу, что он даже доволен, что она надела его одежду. Еще одна странная причуда загадки по имени Северус Снейп.
В ответ он жестом пригласил ее к столу, на котором, рядом с тарелкой с блинчиками лежала ее палочка. Она села и заметила лежащую у тарелки ленту, на которой висел изящный серебряный кулон. Гермиона взяла его в руки, чтобы рассмотреть. В комнату вошел Живоглот и вспрыгнул девушке на колени. Гриффиндорка рассматривала кулон – он напоминал лапу.
- Это... - начала она.
- Напоминание о Петтигрю, – закончил Снейп.
- Он...
- Уверяю вас, мисс Грейнджер, на этот раз он действительно мертв, – ответил зельевар на невысказанный вопрос. – Думаю, вы догадываетесь, где он нашел свое последнее пристанище?
Гермиона с ужасом смотрела на своего любимца, обнюхивающего кулон. Девушке было дурно. Однако Живоглот выглядел таким довольным собой, что ведьма нехотя повязала ленту вокруг его шеи. Кот спрыгнул с ее коленей и с гордым видом прошелся по комнате. Гермиона улыбнулась. Снейп же, игнорируя их обоих, молча завтракал.
- Итак, мисс Грейнджер, - оживленно произнес профессор, едва лишь их тарелки опустели, - кажется, у вас были вопросы?
Он небрежно взмахнул рукой, и стол опустел, остались лишь две чашки, наполненных ароматным чаем. Снейп пересел в кресло, оставив в распоряжении девушки кушетку.
Глубоко вздохнув, Гермиона выпалила вопрос, более всего ее занимающий:
- Зачем вам мой ребенок?
Снейп откинулся на спинку кресла и прижал ладони к лицу.
- Насколько я помню, я собирался объяснить вам это еще несколько дней назад.
- Собирались, – кивнула девушка. – Теперь я готова выслушать ответ.
Снейп с интересом рассматривал собеседницу сквозь пальцы.
- А вы как думаете? – неожиданно прозвучал вопрос.
Гермиона смело выдержала этот испытующий взгляд.
- Единственная причина, пришедшая мне в голову: вы собираетесь использовать его для одного из зелий из своего учебника, - невозмутимо ответила она.
Брови Снейпа удивленно взлетели вверх, но в следующую секунду он все понял. Взметнувшись с кресла, зельевар схватил девушку за плечи и грубо встряхнул ее.
- Да как вы смеете? – прошипел он с искаженным от гнева лицом. – Как вы могли подумать, что я использую своего ребенка?.. убью своего собственного ребенка... За кого вы меня принимаете?!
Отбросив девушку на кушетку, Снейп нервно заходил по комнате, рукой судорожно сжимая палочку в попытках успокоиться. Когда, наконец, он вновь сел в кресло, Гермиона невозмутимо произнесла:
- Не думаю, что вам понравится мой ответ.
Сжав зубы, Снейп прорычал:
- Не все заклинания из книги были придуманы мной, мисс Грейнджер.
- Хорошо, - пожала она плечами, - так зачем вам нужен ребенок?
- Ну уж не для того, чтобы убить его или причинить ему вред! – ответил Снейп и умолк.
Гермиона вздохнула. От сидящего напротив мага не последовало никакой реакции.
- Может, хоть намекнете? – сердито спросила она.
- Что вы знаете о происхождении Темного Лорда? – небрежно спросил профессор.
- Его мать была ведьмой из старинного чистокровного рода, последним потомком Салазара Слизерина, - сказала Гермиона.
Снейп потрясенно смотрел на нее.
- Откуда вы знаете?..
- Директор рассказал Гарри, – ответила она. – Вообще-то мы всегда знали, что он – полукровка.
- Значит, вы в курсе, что его отец...
- Был магглом.
- Вот и ваша подсказка, мисс Грейнджер. Темный Лорд – полукровка.
Сдвинув брови, Гермиона напряженно размышляла.
- Вы тоже полукровка, да, сэр? – наконец спросила она.
- Да, – коротко ответил Снейп и вновь замолчал.
Они одного происхождения, - думала Гермиона, вспоминая статью в Ежедневном пророке. И это подсказка для нее. Девушка вяло размышляла, что раз у Волдеморта и Снейпа в данном вопросе есть нечто общее, то и зельевар может вести свое происхождение от одного из Основателей. Со стороны матери. И тут все встало на свои места.
- Хоркрукс, - выдохнула она и улыбнулась при виде исказившегося от удивления лица профессора. – Вам нужен ребенок... Что-то должно произойти с Волд... С хоркруксами Темного лорда.
- Я поражен, мисс Грейнджер, - протянул Снейп.
Самодовольно усмехнувшись, Гермиона расправила плечи: отчаянное желание разгадать следующую часть загадки охватило ее.
- Дайте мне еще подсказку, и я попробую предположить, как вы собираетесь использовать ребенка.
- У нас мало времени, - грубо вернул ее на землю Снейп.
Гермиона нахмурилась и скрестила руки на груди, а Северус профессорским тоном начал свою лекцию.
- Для одного из хоркруксов необходима ведьма, зачавшая от мага-полукровки, мать которого была ведьмой, в которой...
- Течет кровь одного из основателей Хогвартса, - нахально перебила Гермиона.
Снейп одарил собеседницу изумленным взглядом.
- Я права? – требовательно спросила девушка.
- Да, - буркнул он. – Откуда вы знаете?
Гермиона беспечно пожала плечами:
- Догадалась. И от кого же из Основателей вы происходите? Это не Слизерин, - уверенно добавила она.
- Это действительно не Слизерин, но кто именно – не важно. Так вы хотите узнать о хоркруксе?
Внезапно Гермиона поняла: был только один Основатель, в родстве с которым Снейп не захотел бы признаваться.
- Гриффиндор, - насмешливо протянула ведьма, не осознавая, как громко прозвучали ее слова.
Зельевар покраснел и непроизвольно потянулся к палочке.
- Извините, - поспешно произнесла Гермиона. – Я больше не буду перебивать вас. Она скромно потупила взгляд, а все внутри нее пело, плясало и истерически смеялось.
Сделав над собой усилие, Снейп взял себя в руки и продолжил лекцию:
- Как вы знаете, Темный Лорд установил ловушки, за неимением лучшего слова, которые необходимо преодолеть, дабы добыть хоркрукс. И один из хоркруксов может восстановить лишь ведьма, носящая ребенка полукровки, мать которого ведет свой род от одного из Основателей. Насколько мне известно, лишь Темный лорд и я отвечаем данному условию, и искренне надеюсь, что Темный Лорд не в курсе родословной моей матери. Таким образом, вы должны забеременеть от одного из нас, и думается мне, что моя кандидатура – наименьшее из двух зол.
- Касательно этого хоркрукса – я могу лишь приблизительно догадываться, чем он может оказаться. В прошлом у меня была возможность заглянуть в разум Темного Лорда, пока он не ворвался в мой, и... - Снейп остановился и кашлянул. Глядя на Гермиону, он, похоже, пытался принять решение. – В общем, скажем так – кое-что его отвлекло. Так я впервые услышал о хоркруксах. Нет, - предупредил он вопрос Гермионы, - Дамблдор никогда не говорил мне, что знает о них. Итак, получается, что получить информацию я смог бы лишь через вашего мистера Поттера.
- Но думосброс... - прервала его Гермиона, непроизвольно нарушая собственную клятву не перебивать Снейпа.
Северус покачал головой.
- Все воспоминания, которые он показал Поттеру, были удалены. Поверьте, мне пришлось просмотреть все остатки. Это не слишком приятно.
Оба замолчали.
- Гарри – полукровка, - неожиданно заявила Гермиона, - и я почти уверена, что он потомок одного из Основателей. Почему я не могу родить ребенка от него?
Хотя мысль о ночи, проведенной с Гарри, и не доставляла ей особого удовольствия (Гермиона считала его братом, которого у нее никогда не было), все же этот вариант казался не таким противным, нежели необходимость продолжения отношений со Снейпом. Кроме того, Гермиона предполагала, что Рон будет не так возмущаться, когда узнает, что она трахалась с его другом, а не с ненавистным профессором.
- Глупая девчонка, ты меня вообще слушаешь? – зашипел Снейп. - Или же пресловутое всезнайство вновь лезет на первый план? Я объяснял: бабушка ребенка по линии отца должна происходить от одного из Основателей! А кем была мать Гарри? Отвратительной грязно... - ах, прошу прощения – магглорожденной!
У Гермионы мелькнула мысль: неужели он считает, что грязнокровка может обидеть ее, после всего того, что он сделал ей? Хотя, может, для Снейпа подобное обращение и было бы самой обидной вещью. Ублюдок.
- А зачем он создал хоркрукс, для которого понадобится ребенок? – спросила девушка, полностью игнорируя неубедительную попытку унизить ее. – Он не похож на человека, желающего обзавестись семьей.
- Неужели ваша светлая головка, мисс Грейнджер, не в состоянии разгадать подобного замысла? – устало спросил зельевар, чья злость быстро сменилась безразличием.
- Он мог оплодотворить ведьму, использовать ее, чтобы добыть хоркрукс, а
потом... потом...
- При случае воспользоваться и жизнью – или смертью – ребенка, например, для одного из темных заклинаний, - закончил Снейп. – Использование единокровного потомка многократно возвысило бы силу любого подобного заклинания. Оно воздействует намного эффективнее, чем вы можете себе вообразить. - На лице Гермионы яснее ясного читалось отвращение. - Итак, теперь вы знаете, зачем мне нужен ваш ребенок, - подытожил профессор.
Эти слова повлекли Гермиону затронуть следующую волнующую ее проблему.
- Что произойдет, когда он родится? Я имею в виду – что будет с самим ребенком?
- Это будет мой отпрыск, - пафосно заявил Снейп. – Я буду отвечать за него. Я отнюдь не предполагаю, что вы станете его воспитывать, если, конечно, сами того не захотите. Если вы сочтете нужным стать частью его жизни, я не стану препятствовать вам. Откровенно говоря, я предпочел бы, чтобы вы хоть как-то присутствовали в его окружении. Но, в конечном счете, все будет зависеть от вашего решения. Каким бы оно не оказалось, ребенок будет моим наследником. Он будет... желанным. – Задрав подбородок, Снейп вызывающе посмотрел на Гермиону, будто пытаясь доказать всю ошибочность ее предположений, что он не захочет возиться с малышом.
- А если вы умрете? – прямо спросила девушка, игнорируя этот вызов. – И что тогда? Вы же не думаете, что в этом случае я стану за ним присматривать.
- Это будет вашим долгом, - с некоторым смущением нахмурился зельевар.
- Нет, - возразила девушка, - не будет. Я не хочу ребенка, тем более вашего, и я не собираюсь посвящать ему жизнь. Не воображайте, что на меня нахлынут материнские чувства, как только я возьму его на руки. И даже если так и произойдет, будет не честно по отношению к младенцу оставлять его. Лучший подарок, который я могла бы сделать своему ребенку – любящая семья, а не мать-одиночка, к тому же подросток, не окончившая школу и не желающая его рождения. Так что лучше подыскивайте семью, которая согласится усыновить вашего ребенка, если вы умрете. Семью, которая вызовет мое одобрение.
- Да уж, странно, что с такими материнским инстинктом вы не просите меня сварить зелье, позволяющее избавиться от плода, как только мы найдем хоркрукс, - фыркнул Снейп.
- Полагаю, любой ребенок достоин стать даром, - возразила Гермиона. – Пусть не для тех, кто его породил, а для чужих людей. Я не настолько жестока, чтобы использовать плод, а затем убить его. Это было бы неправильно.
- Хорошо, мисс Грейнджер, - наконец уступил профессор. – Я приму необходимые меры на случай своей внезапной смерти, и, так уж и быть, ознакомлю вас со своим выбором.
- Благодарю, - коротко ответила девушка. Этот груз был снят с ее души. Теперь она сможет действовать. И как только война закончится, она будет свободна. Ну, если забыть про Клятву. Но об этом она подумает завтра.
- На этом все? – покорно спросил Снейп.
- Есть еще кое-что... - нерешительно протянула Гермиона. Тяжело вздохнув, она продолжила: – Я хочу, чтобы вы перестали давать мне наркотики перед тем, как заняться со мной сексом.
Снейп вздрогнул.
- Я же знаю, что мы обязаны заниматься этим, - добавила гриффиндорка. – Не скажу, что в восторге от этого, но я и в здравом уме в состоянии выполнять свои обязанности.
- Делай что должен... - насмешливо начал Снейп.
- ...И будь что будет, - закончила Гермиона. Заметив удивление на лице собеседника, недовольно пояснила: - Всякий английский ребенок выучивает эту фразу, едва закончив начальную школу, пусть и не понимая стоящей за ней двусмысленности.
- Кстати об обязанности, раз уж мы затронули эту тему. Что же в точности говорила вам миссис Уизли, обсуждая проблемы зачатия среди ведьм?
Гермиона покраснела.
- Я ее не расспрашивала, - пробормотала девушка. – Как я могла? Она бы решила, что я собираюсь соблазнить Рона и заставить его жениться по залету, или еще что!
Ухмыльнувшись, Снейп призвал с полки толстую книгу. Наклонился к спящему в углу Живоглоту, поднял его и бросил кота на кушетку рядом с девушкой. Протянул ей книгу.
- Читайте и просвещайтесь, мисс Грейнджер, - велел он. – И умоляю вас, оставайтесь здесь, да и своего любимца не отпускайте.
- Почему? – рассеянно спросила она, отмечая, что у книги нет названия. Перелистывая страницы, Гермиона поняла, что том состоит из отдельных эссе целителей и колдомедиков. Все они посвящены одной теме – зачатию и беременности.
- Мне нужно собрать вещи, - лицо Снейпа озарила безмятежная улыбка. Тем временем книги срывались с полок и укладывались в наколдованные коробки. - Нам стоит покинуть дом, пока чертов Люциус Малфой не решил вернуться сюда.
- А зачем ему возвращаться? – озадаченно спросила Гермиона.
- Чтобы решительно потребовать моей помощи в свержении Темного Лорда, разумеется. Знаете ли, в последнее время Малфой несколько недоволен хозяином.
- И почему же вы не хотите помочь ему?
- Мисс Грейнджер, я не желаю всю оставшуюся жизнь быть обязанным Малфою.
- Даже если ваше сотрудничество приведет к падению Темного Лорда?
- Особенно если оно приведет к падению Темного Лорда.
Гермиона пристально посмотрела на Снейпа.
- На чьей же стороне вы на самом деле?
- Ну, мисс Грейнджер, я-то думал, это очевидно, - удивленно приподнял бровь зельевар. – На своей.
И он улыбнулся.
Примечание:
Название главы – немного измененная строка из Священного сонета №15 Джона Донна. Ниже приведен оригинал в переводе Якова Фельдмана (http://members.tripod.com/poetry_pearls/Poets/Donne.htm#14)
Раздави мое сердце, трехликий Господь,
Постучи, подыши, посвети, посмотри,
Разломай и сожги мою пыльную плоть,
И сотри в порошок, и опять сотвори.
Я как город, захваченный силой твоей,
Не могу покориться тебе до конца.
И склоняю лицо к колеснице твоей,
И неверен, и слаб - в половину лица.
Я любил бы тебя, и тобой был любим,
Если б не был я предан врагу твоему.
Откажись от меня, от моей любви,
Разведись со мной, посади в тюрьму!
…Примеряя по утру парик напудренный,
Сформулирую особенно красиво:
Я не стану, Боже, целомудренным,
Если ты меня не изнасилуешь…

Глава 11. В нем стало музыкой дыханье, а голос – ароматом роз...
Гарри Поттер откинулся на спинку стула и негромко икнул. Он находился в доме №12 на площади Гриммо в окружении семейства Уизли, Ремуса и Тонкс. Все они переселились сюда после откровений Гермионы, обнародованных девушкой, когда она последний раз была здесь. И хотя Гарри, безусловно, был рад их видеть, он был отнюдь не против, если бы хоть кто-нибудь спросил разрешения на переезд в его дом. От этих предательских мыслей он покраснел: в конце концов, ему же совсем не хочется жить одному.
Он потер живот, мимоходом подумав, что третья порция пудинга миссис Уизли была явно лишней. Вновь икнул, посмотрел через стол и встретился с осуждающим взглядом Джинни.
- Говорила же тебе, двух кусков будет довольно, - чопорно произнесла девушка, весьма напомнив этим тоном Гермиону.
Нахмурившись, Гарри обвел взглядом сидящих за столом - все продолжали есть и пить, громко переговариваясь и смеясь - и наклонился через стол к Джинни:
- Ее нет почти неделю. Я начинаю беспокоиться.
Джинни скривила губы.
- Гермиона взрослая девочка, - наконец отозвалась она, безнадежно пытаясь подавить вспыхнувшую ревность. Она знала, что Гарри и Гермиона всего лишь друзья, но ее раздражало, что Гермионе в последние дни удалось завладеть мыслями Гарри. Если уж он думает о девушке, этой девушкой должна быть она! Может, стоит начать с кем-нибудь встречаться, чтобы переключить на себя внимание Гарри?
- Но это же Снейп! – Гарри беспокойно нахмурился. – Мы не знаем, на что он способен. Мне кажется, и Ремус ему не доверяет. Ну или почти не доверяет, - торопливо закончил он, осознав, что беседа вокруг них затихает.
Джинни не выказала ни малейшего сочувствия.
- Слушай, Гарри, если уж ей удалось зачаровать почти всех сидящих за этим столом, да еще и Грозного Глаза, то со Снейпом-то она, тем более, справится! – Джинни вскочила, собрала тарелки и направилась к раковине.
Остальные сидящие за столом повернулись к Гарри.
- Эй, Гарри! Все волнуешься? – Тонкс радостно улыбалась ему. – А я согласна с Джинни – Гермиона может за себя постоять!
- Эх… - вздохнул Рон. – Она такая робкая.
- Ей всего восемнадцать, - раздраженно напомнил Ремус, - Северус на столько старше ее, и он - могущественный маг. Гарри беспокоится не зря.
- Почему? – От неожиданности Рон проглотил очередную ложку пудинга, не прожевав его. – Он же ничего ей не сделает, правда же?
- Честно? – Фред нахмурился. – Даже не знаю. Сальноволосый ублюдок заполучил прелестную, юную, желанную Гермиону в свое безраздельное владение... Черт, я бы не выдержал.
Джордж кинул на брата недоумевающий взгляд. Фред кивнул в сторону Рона, чье лицо стремительно багровело.
- Даже не… оставь ее… ты… - от злости Рон не мог связно говорить.
- Тебе не из-за Фреда надо беспокоиться, - усмехнулся Джордж, всегда готовый преподать урок младшему брату, – а из-за Снейпа, не забыл? Из-за одинокого, могущественного, сексуально озабоченного Снейпа.
- Ооо… - эхом пронеслось над столом, а затем последовал смех.
Наверху хлопнула входная дверь, немедленно проснулся портрет миссис Блэк.
- Подлые грязнокровки! Как вы смеете осквернять дом моего отца! Убирайтесь! – ее визг разносился по дому.
Снова хлопнула дверь, и на кухню ворвалась Гермиона.
- Где миссис Уиз… Так вот вы где! – Гермиона подскочила к Молли, ткнула ей под нос какую-то книгу. – Это правда?!
- Гермиона, дорогая, - Миссис Уизли чуть не задохнулась. – Ты в порядке?
- Просто замечательно, - прошипела девушка, - так это правда? – она вновь сунула книгу миссис Уизли. Ведьма робко взяла протянутый том и под пристальным взглядом молодой гриффиндорки прочла выделенный абзац. Глаза ее расширились, она ошеломленно взглянула на растрепанную собеседницу.
- Зачем тебе это?.. – еле слышно пробормотала Молли. Окружающие замерли, взгляды прикованы к Гермионе, которая выдернула том из рук ведьмы.
- Не важно, - коротко буркнула она. – Так это все правда?
- Ну... Да, но я не понимаю… - начала было Молли, но девушка перебила ее.
- Ах он ублюдок, мать его! – взвизгнула Гермиона и развернулась, чтобы выбежать из кухни, но Ремус схватил ее за руку.
- Гермиона, что происходит? – настойчиво спросил он.
- Оставь меня! – Гермиона попыталась вырваться.
- Там написано о беременности, - смущенно пояснила Молли.
- ЧТО?! – выкрикнул Рон.
Неожиданно вспыхнул свет, Ремус оказался подвешенным в воздухе, а Гермиона выбежала с кухни. Гарри выхватил палочку, крикнул: "Liberacorpus!" Ремус упал, но сразу же вскочил и погнался за девушкой.
Гарри повернулся к ошеломленным товарищам.
- Она даже палочку не достала… - пораженно отметил он.
Ремус распахнул входную дверь в тот момент, когда Гермиона аппарировала.
- Черт! – буркнул обычно безупречно вежливый и хорошо воспитанный бывший преподаватель Защиты от Темных Искусств. Развернулся и вошел в дом, который раз задаваясь вопросом, поделиться ли с остальными своими опасениями.

*~*~*~*
Хренов ублюдок, кипятилась Гермиона, вышагивая по Кенсингтон Гарденс. Она честно пыталась взять себя в руки. Ей пришлось притормозить, чтобы пропустить толпу туристов, направляющихся к статуе Питера Пена. Чертовы любопытные черепахи! Она едва удержалась от соблазна выхватить палочку и превратить их всех в клубок извивающихся змей. Девушка круто развернулась и поспешно направилась в нижнюю часть парка. Протискиваясь сквозь толпу, она спешила к своему убежищу – поляне под деревом, чьи ветви опускались до самой земли, надежно укрывая сидящего под ними от любопытных взглядов. Только бы там не оказалось какой-нибудь проклятой сюсюкающей парочки!
Под деревом никого не было. Девушка опустилась на траву и открыла книгу, чтобы еще раз прочитать абзац, который выделила для миссис Уизли.
"Дабы ведьма могла зачать от волшебника, должно быть регулярное смешение их магии в форме сексуального сношения, иначе же ведьма сразу отринет чужеродное магическое вмешательство в свое тело. Советуем вам взаимодействовать не реже каждой недели, а лучше каждые пять дней, если подобное возможно".
Она сама, пожалуй, во всем виновата – забросила книгу. Только сегодня вновь открыла. Да и вообще забыла бы о ней, если бы профессор Снейп не напомнил за завтраком. Он спросил, дочитала ли она книгу, и все ли поняла правильно. Понятное дело, его слова заставили девушку разыскать том и вновь им заняться.
Грязный ублюдок знал, о чем говорил. Ну да ладно. Ей придется этим заняться, и она сделает это. Решившись, Гермиона поднялась и направилась в сторону домика в викторианском стиле, в котором они сейчас жили. Девушка понятия не имела, как профессору удалось снять это жилище, да ее это и не заботило. Главное, чтобы он продолжал ее учить.
Когда она проходила витрину на Вейсвотер Роуд, зеленая вспышка неона напомнила Гермионе об ее успехах в беспалочковой магии. Даже Снейп не мог сотворить Levicorpus без палочки. Настроение начало улучшаться, а самодовольство так и вовсе расцвело пышным цветом.
Она сможет пережить это.
У нее просто нет выбора.

*~*~*~*
Тихонько приоткрыв дверь, Гермиона вошла в дом. По каким-то причинам, известным ему одному, напротив двери профессор Снейп водрузил большое, высотой в человеческий рост, зеркало. Завидев свое отражение, девушка поморщилась. Одетая в первое попавшееся платье, с волосами, торчащими во все стороны, она весьма напоминала сбежавшую пациентку психбольницы. Пожав плечами, Гермиона направилась в гостиную, однако, заслышав донесшийся из дальней части дома звон посуды, передумала и повернула на кухню.
- Итак, - объявила она, - я ее прочитала. Так что пошли, побыстрее закончив со всем этим.
Снейп обернулся через плечо и хмуро посмотрел на собеседницу.
- Как вы, несомненно, могли заметить, я немного занят, и не расположен в данный момент идти ублажать вас. Лучше возьмите полотенце и вытирайте.
Гермиона изумленно смотрела на него.
- Что это вы делаете?
- Объясняю специально для идиоток: мою посуду.
Глаза Гермионы сузились от гнева.
- Почему бы вам, идиоту, не использовать магию? - невозмутимо поинтересовалась она.
Северус поспешно отвернулся, его губы непроизвольно изогнулись в улыбке.
- Верите ли, мисс Грейнджер, рутинная работа неплохо успокаивает. Тем не менее, я терпеть не могу мыть посуду, так что отныне это ваша забота.
Покачав головой, Гермиона вышла из кухни.
- Я буду наверху, - довела она до сведения собеседника. - Поторопитесь, я хочу побыстрее покончить со своими обязанностями.
Он наблюдал за ее отражением в зеркале, пока девушка не скрылась из виду.
- Поторопиться, мисс Грейнджер?.. – пробормотал он себе под нос. – Вот уж не думаю…
Хищно улыбнувшись, профессор вернулся к своему занятию, мимоходом раздумывая, как бы выполнить задуманное, не опаивая Гермиону зельем. Он не обладал достаточным опытом соблазнения женщин - обычно роль искусительницы доставалась его партнершам. Если, конечно, они, увидев его лицо, не обращались в паническое бегство. Однако что-то в нем пробуждало их интерес. Внезапно Снейп замер.
Ну конечно же.
Бросив тарелку в раковину, он быстрым шагом направился в комнату. На ходу выхватил палочку и махнул ею через плечо. Посуда послушно начала сама мыться и вытираться.
Зельевар взлетел по ступенькам и ворвался в спальню. Усмехнулся, припомнив, как визжала Гермиона, узнав, что он и не собирается выделять ей отдельную комнату. Они тогда громко спорили, обсуждая его объяснение, что он-де должен позаботиться о ее безопасности – вдруг среди ночи в дом заявятся Упивающиеся Смертью – и в итоге он победил. Как обычно.
Девушка сидела на краешки кровати. Подняла на него глаза, полные слез.
- Я не могу… - прошептала она.
Что-то пробурчав, Снейп направился к комоду. Открыв один из ящиков, он вытащил черную повязку и протянул Гермионе, мерно покачивающейся из стороны в сторону.
- Мисс Грейнджер, - он замолчал, внимательно посмотрел на гриффиндорку, и предложил: – Я могу дать вам афродизиак.
Гермиона с ужасом посмотрела на учителя.
- Нет! – Вскрикнула она. – Я не хочу пить всякую гадость.
Северус кивнул, наклонился к ней и неожиданно завязал девушке глаза.
- Эй, вы чего?! – запротестовала она, пытаясь стянуть повязку. Перехватив ее руку, Снейп сказал:
- Доверьтесь мне, мисс Грейнджер, так вам будет проще. Постарайтесь расслабиться и выслушайте меня.
Она услышала тихий шорох, и ее одежда исчезла.
- Какого дьявола?!
- Одежда нам не понадобится, - сердито пояснил Снейп.
Почувствовав его руки на плечах, девушка инстинктивно отпрянула. Снейп вздохнул.
- Ложитесь на кровать, и устраивайтесь поудобнее, - попросил он.
Гермиона поспешно подалась назад и легла, руками судорожно прикрыв грудь. Послышался скрип выдвигаемого ящика комода, и внезапно девушка почувствовала, как ее руки схватили и, подняв за голову, привязали к спинке кровати. Ткань врезалась в кожу на запястьях.
- Развяжи меня, ублюдок! – дрожащим голосом приказала она.
Северус бесстрастно наблюдал за ее попытками освободиться.
- Это поможет вам, - в конце концов, произнес он.
- Поможет мне? Как беспомощность может помочь?! – выкрикнула Гермиона.
- Вам не придется отвечать за то, что произойдет, приятное или нет, - коротко пояснил зельевар. – А теперь слушайте меня, я расскажу вам, что будем делать.
И Северус Снейп заговорил. Шепот бархатного голоса рисовал соблазнительные видения. Он говорил, что собирается сделать с ее телом, как будет прикасаться к ней, возбуждать, целовать, пока она не взмолится, чтобы он взял ее. С каждой новой откровенной сценой, описываемой им, дыхание Гермионы сбивалось и учащалось. Она начала извиваться на кровати, натянула ткань, связывающую ее руки, отчаянно желая прикоснуться к своему телу.
- Что ты хочешь, чтобы я сделал? – шептал Северус, сосредоточенно наблюдая, как лежащая перед ним нагая молодая ведьма лихорадочно облизывает губы. Он ласкал свой напрягшийся член с того самого момента, как привязал девушку к кровати, размазывая сочащуюся из головки жидкость. Другой рукой покачивал яички, прижимая к чувствительному месту под ними.
- Прикоснись ко мне, - потребовала девушка.
Последнее сжатие, и вот его руки поднимаются вверх и ложатся поверх привязанных запястий Гермионы, скользят вниз, по ее телу, касаются грудей, легонько обводят их. Внезапно его ладони сжимаются, стискивают нежные округлости, заставляя ее соски сжаться и выскользнуть меж его пальцев. Не в силах устоять, он наклоняется и ласкает их языком.
- О, господи… - простонала Гермиона.
Он обвел рукой ее грудь, шире открыл рот, норовя вобрать полушарие целиком. Ничего не получилось, и он захватил сосок и стал энергично его посасывать. Другая рука продолжала ласкать девушку, опускаясь все ниже, к плоскому животу, еще ниже, до шелковистых завитков волос. Проскользнула между ног, раздвинула половые губы, и один палец вошел внутрь.
Она изогнулась. Одновременное ощущение его проникающего внутрь пальца и влажного рта на груди толкнули девушку невероятно близко к самому краю.
- Пожалуйста, о, боже, прошу тебя!.. – простонала она. Ее голова раскачивалась из стороны в сторону.
- Ты будто попала на небеса, - продолжал шептать Северус, оторвавшись от ее груди и убрав руку от влагалища. – Наслаждение полностью захватывает тебя, – добавил он, слизывая с пальца ее влагу. Глядя сверху вниз на ее пылающее лицо, вновь ввел в нее палец – неожиданно и резко. И в ту же секунду извлек руку и поднес к ее губам: - Попробуй себя на вкус, – приказал он.
Гермиона бездумно подчинилась – стала облизывать и сосать его палец.
Снейп не смог сдержать стона, когда язык Гермионы коснулся его руки. Он раздвинул девушке ноги и устроился между ними.
- Где ты… ДЬЯВОЛ! – вскрикнула Гермиона, когда он наклонил голову и погрузил лицо между ее ног. Его нос потирал клитор, язык прокладывал дорожку все глубже. Одной рукой он помогал себе, открывая ее шире, помогая языку еще больше проникнуть внутрь. Другой рукой он крепко прижимал ее бедра, не давая отстраниться, уйти от сладкой пытки. Он упивается ее соком, чувствуя, как капли стекают по подбородку. Почувствовав, что девушка близка к оргазму, Снейп резко отстранился.
- Нет, - жалобно застонала Гермиона, когда он прекратил свои ласки. И в следующий момент захлебнулась своим стоном, потому что Снейп вошел в нее. Одной рукой он приподнял ее бедра, придерживая их навесу, и резкими толчками двигался в ней. От смены угла Гермиона вновь оказалась почти на вершине наслаждения и кончила, издав слабый вскрик и судорожно сотрясаясь. Внутренние мышцы сократились, почти ощутимо сжимая член Северуса, и он, издав подобие рычания, обессилено упал на девушку.
Они лежали, потные и запыхавшиеся, руки Гермионы все еще привязаны к спинке кровати, а ладони Северуса оставались внизу под их телами. Медленно пульсирующее влагалище Гермионы вновь заставила Снейпа стонать. Медленно, он приподнялся на колени, извлекая моментально ослабший пенис и убирая руки из-под ягодиц Гермионы. Потянувшись, отвязал руки девушки, бережно помассировал запястья, восстанавливая кровообращение. Гермиона не произнесла ни слова. Он переложил девушку на ее сторону кровати и, обняв, прижался к ней. Мимолетно вспомнил о повязке на ее глазах, но, услышав негромкое сонное сопение своей любовницы, решил не беспокоить ее. Тихая Гермиона Грейнджер в последнее время стала почти раритетом.
Он уже засыпал, когда почувствовал, как запылало предплечье. Зашипев, сел и, схватившись за левую руку, соскользнул с кровати.
Северуса Снейпа вызывал Волдеморт.
Примечание:
Название главы – немного измененная строка отсюда:
Шарль Бодлер. Цветы зла
XLI. Вся нераздельно. Перевод Эллиса
Сам Демон в комнате высокой
Сегодня посетил меня;
Он вопрошал мой дух, жестоко
К ошибкам разум мой клоня:
"В своих желаниях упорных
Из всех ее живых красот,
И бледно-розовых, и черных,
Скажи, что вкус твой предпочтет?"
"Уйди! - нечистому сказала Моя
влюбленная душа. - В ней все -
диктам, она мне стала
Вся безраздельно хороша!
В ней все мне сердце умиляет,
Не знаю "что", не знаю "как";
Она, как утро, ослепляет
И утоляет дух, как мрак.
В ней перепутана так сложно
Красот изысканная нить,
Ее гармоний невозможно
В ряды аккордов разрешить.
Душа исполнена влиянья
Таинственных метаморфоз:
В ней стало музыкой дыханье,
А голос - ароматом роз!"

Глава 12. Влачась к Вифлеему*
В этот раз он очутился на вересковой пустоши.
Северус торопливо занял место в кругу собратьев — Пожирателей Смерти. Стараясь не встречаться взглядом с хозяином, он уставился в землю, и это дало ему время осознать, полагаясь исключительно на слух, что же происходит в центре круга. Как только он сконцентрировался, то мгновенно понял, что означают эти шлепающие звуки. Северус украдкой бросил взгляд по сторонам — остальные Пожиратели были порядком возбуждены. Быстро установив ментальный блок, он переключил внимание на представление, развернувшееся у него перед глазами.
Беллатрикс Лестрейндж, абсолютно голая, стояла на четвереньках. Ее удерживали на месте муж Родольфус и зять — Люциус Малфой. Позади нее на коленях стоял Вольдеморт. Вколачиваясь в женское тело, он сосредоточенно смотрел куда-то поверх глазеющих последователей. Снейп с облегчением заметил, что Темный Лорд одет. И хорошо — иначе от вида обнаженного господина его бы точно пробил озноб. Лицо Беллатрикс исказилось в агонии, в то время как Вольдеморт явно скучал. Он ускорил темп и наконец замер, изливаясь в свою прислужницу с тихим шипением. Затем стремительно поднялся на ноги. Люциус и Родольфус перевернули Беллатрикс на спину и высоко подняли ее ноги, чтобы ни грамма семени Темного Лорда не пропало впустую. К Беллатрикс скользнула Нагини, ее язык быстро замелькал над промежностью женщины, пробуя воздух. Затем змея что-то прошипела Вольдеморту, тот кивнул и, отступив, обратился к скоплению людей:
— Добро пожаловать, Пожиратели смерти, — раздалось его шипение. — Как видите, сегодня вечером я приблизил к себе одну из вас. Моя самая преданная слуга стала сосудом. Она выносит в себе то, что дарует мне вечную жизнь. — Лорд умолк и оглядел собравшихся. — Наконец-то, — негромко добавил он.
Темный Лорд развернулся и плавно двинулся к большому креслу, побуждая остальных следовать за ним. Люциус, Родольфус и Нагини остались с Беллатрикс. Пожиратели окружили сидящего господина.
— Я заметил, что кое-кто из моих последователей сегодня отсутствовал. — Вольдеморт с напускным безразличием оглядел толпу. — Снейп, подойди.
Скрывая страх, Северус приблизился к господину, упал на колени и поцеловал краешек мантии Лорда. Мельком он увидел, что Люциус вернулся в круг, оставив свояченицу на попечение мужа. По позвоночнику скользнул холодок ужаса.
— Как видишь, я уже готовлюсь к тому, чтобы вернуть себе хоркрукс, — прошипел Вольдеморт. Он встал с кресла и оказался прямо перед Северусом. Зельевар заслонил страх тщательно созданной ментальной стеной. — Перед смертью тот старый дурак лишил меня одного из них, правда, потом поплатился за это, — Темный Лорд повысил голос, чтобы слышали все Пожиратели. — Мальчишка Поттер уже уничтожил один, и все из-за невообразимой глупости Люциуса. Однако, полагаю, урок усвоен, не так ли?
— Да, господин, — пробормотал Люциус.
— А еще он рассказал мне кое-что интересное о тебе и Регулусе Блэке, — равнодушно заметил Вольдеморт. — Желаешь что-нибудь добавить, Снейп?
— Мой господин, — начал Северус, отчаянно пытаясь придумать способ пережить эту ночь, — я использовал Блэка, чтобы добраться до хоркрукса, потому что беспокоился из-за подслушанного мной пророчества. Это было единственное средство, какое я смог придумать, чтобы обеспечить вам выживание — спрятать хоркрукс в надежном месте.
— Ты сомневаешься, что я способен сохранить свою собственность? — Вольдеморт наотмашь ударил коленопреклоненного Снейпа по лицу, и тот упал на землю.
Северус лежал неподвижно, борясь с желанием выплюнуть кровь, наполнявшую рот.
— Где он? — Темный Лорд был в ярости. — Где медальон?
Снейп попытался ответить, но не смог. Дамблдор наложил на него дополнительное заклинание, чтобы тот никогда не упоминал о доме 12 на площади Гриммо в присутствии Вольдеморта или кого-то из его соратников.
— Мой господин, — начал Снейп, — я не могу…
— Не можешь? НЕ МОЖЕШЬ? Я разочарован, Северус. Я позволил тебе снова войти в мой круг, и чего ты добился с тех пор? Дал двум моим последователям убить себя и даже не принес мне их тела. Люциус рассказал, как просил у тебя разрешения доставить их мне, но ты отказался. И это тот, кто лучше других знает, как я мог бы использовать их останки.
Северуса подхватили под руки и поставили прямо. Повернув голову, он увидел крупного блондина — Яксли. Тот изменил захват, прижал руки Снейпа к бокам и вытащил у него палочку, которую передал Пожирателю, стоящему позади. Им оказался ухмыляющийся Фенрир Грейбэк.
— Еще Люциус сообщил мне, что ты обзавелся котом, — лениво заметил Вольдеморт, снова усаживаясь в кресло. — И этот кот съел Хвоста. Не то чтобы я расстроился, однако неприятно лишиться такого усердного слуги.
— Мой господин, — Северус заговорил, и кровь, скопившаяся во рту, потекла по подбородку. — Мне очень…
— …жаль? — шепнул Вольдеморт и наклонился вперед: — Северус, меня это уже не волнует.
Он выпрямился и махнул рукой Пожирателям, которые держали Снейпа.
— Уведите и проследите, чтобы он усвоил урок. Но на этот раз, Фенрир, сделай так, чтобы он остался в сознании, и чтобы нам хватило для продолжения веселья.
Северус осознал — все кончено. Остался единственный шанс на спасение. Как только Яксли склонился в поклоне, повинуясь приказу Темного Лорда, Снейп вывернулся из его хватки, сунул руку в маленький кармашек — такие были скрыты в складках каждой из его мантий — и выхватил оттуда спрятанный плюй-камень.
За миг до исчезновения он заметил, как Люциус Малфой улыбнулся ему и кивнул.

*~*~*~*
Гермиону разбудили громкие ругательства. Перекатившись на кровати, она увидела Снейпа — зельевар расхаживал по комнате, открывая все шкафы и ящики, по его подбородку струилась кровь.
— Куда-то выходили? — сонно спросила девушка и села, отбрасывая волосы с лица. Не получив ответа, она посмотрела на Снейпа и поняла, что тот уставился на ее грудь. Покраснев, Гермиона дернула простыню на себя и нахмурилась. Безучастно скользнув взглядом к ее лицу, Снейп словно стряхнул с себя наваждение:
— Вставайте, мисс Грейнджер, — приказал он. — Мы должны уходить.
— Вставать? Да я чувствую себя так, словно из меня высосали все соки!
— Пока что нет, — пробормотал под нос Снейп.
— Что? Что вы сказали?
— Мисс Грейнджер, Темный Лорд в данный момент очень мной недоволен, так что мы должны уйти, прежде чем он до нас доберется. Он не только прикончит меня, но еще и с вами… — Снейп запнулся на полуслове и, зашипев, схватился за левое предплечье.
Осознав, что Вольдеморт ищет Снейпа, каким-то образом используя Темную метку, Гермиона вскочила с постели и бросилась в лабораторию, которую профессор оборудовал в подвале. До нее смутно донеслись слова Заморачивающего заклинания — видимо, Снейп накладывал его на метку в отчаянной попытке скрыть их местонахождение. Гермиона промчалась по комнатам, уворачиваясь от пролетающих мимо книг и журналов, которые деловито упаковывали сами себя в коробки. Наконец она отыскала Бальзам онемения, состав которого разработала, опираясь на неоконченные записи в книге Снейпа, и бросилась вверх по лестнице. И только теперь Гермиона вспомнила, что еще не одета, — когда почувствовала, как по ноге стекает результат их предыдущего занятия. Стиснув зубы, она ворвалась в комнату и, схватив Снейпа за руку, щедро плеснула бальзам на Метку.
— Пожалуйста, скажите, что это не ваш Бальзам онемения, — взмолился Северус. — Я только что избежал участи Драко и определенно не хотел бы сгореть заживо.
— Такое было всего один раз, — ледяным тоном сообщила Гермиона. Она подошла к кровати, вытащила ночную рубашку из-под подушки, пока та не успела самоупаковаться, и натянула ее через голову. — После того случая я убрала из состава неразбавленный гной бубонтюбера. Вряд ли бы вы сгорели заживо — вскочила бы пара волдырей и все. Тем более, вы бы этого даже не почувствовали.
— Та мышь определенно что-то чувствовала, когда горела в огне, — Северус поднял руку, чтобы рассмотреть мазь, и осторожно втянул носом воздух. — Я и не думал, что такое крошечное животное может визжать так громко.
— Что ж, мы выяснили интересную вещь: мыши и люди реагируют на неразбавленный гной бубонтюбера по-разному, — Гермиона явно воодушевилась. — Я могла бы написать об этом научную статью. Ну как, работает?
— То место, на которое вы наложили бальзам, полностью онемело, — признал Снейп. — И раз Пожиратели смерти не гремят ботинками по лестнице, могу сказать, что наши старания увенчались успехом — пока что. Однако я не желаю полагаться только на это средство, чтобы избежать встречи с Темным Лордом.
Гермиона пожевала губу, наблюдая за тем, как одежда сама укладывается в сундук. Крышка захлопнулась с треском, эхом прокатившимся по всему дому, и сборы на этом закончились. У девушки были соображения насчет того, как выбраться из их затруднительного положения, но они ей нисколько не нравились.
— Есть идеи, куда бы нам податься? — наконец спросила Гермиона в надежде, что у Снейпа имеется ответ. В груди появилось легкое жжение, и девушка рассеянно потерла больное место.
— Пока нет, — признался Снейп. — С помощью Метки меня найдут где угодно. Нам нужно попасть туда, куда не сможет добраться Темный Лорд.
Гермиона молчала, пока жжение не сменилось настоящим пожаром. Она испуганно ахнула и схватилась за левую грудь, словно пытаясь вырвать боль. Снейп шагнул к ней и недовольно спросил:
— Мисс Грейнджер, что с вами?
— Сердце, — она задыхалась, левая рука начала неметь.
Снейп выругался. Гермиона упала на пол, корчась от боли.
— Вы нарушаете клятву, да? — завопил он. — Вот что с вами происходит! Вы поклялись делать все, что в ваших силах, чтобы помочь мне, помните? Что вы знаете?
Слабое эхо его голоса доносилось до Гермионы, словно с конца длинного туннеля. Неизмеримая, всепоглощающая боль охватила все ее тело и полностью уничтожила мысли. Девушка хотела лишь одного — чтобы все прекратилось.
— ГЕРМИОНА! — прокричал Северус и, схватив ее за руки, рывком поставил на ноги. — СКАЖИТЕ МНЕ! — Глаза у него были совершенно дикие.
Она с трудом его расслышала. Боль исчезала, на смену ей приходили умиротворение и покой. Какая-то часть Гермионы все еще помнила последствия смерти под клятвой. И эта малая часть заставила ее выдохнуть название убежища.
Внезапно она почувствовала, как Снейп обнимает ее, услышала, как бешено колотится его сердце. Моргнув, Гермиона осознала, что зельевар сидит на полу, а она — у него на коленях, и тут же отпрянула, стараясь не думать о том, что от него пахнет, как от зелья Амортенции в классе профессора Слагхорна.
— Простите, — пробормотала она, расправляя ночную рубашку на ногах. Снейп встал и отвернулся.
— Мисс Грейнджер, — у него был хриплый голос. — Сейчас не время для ваших ученических экспериментов. Если вы знаете что-то, что может помочь мне в дальнейшем, говорите. Если, конечно, не хотите вечно служить моим личным привидением.
— Да, сэр, — донеслось неразборчиво.
— Я наложу на вас модифицированное Муффлиато, чтобы быть уверенным — если вы когда-либо решите нарушить клятву и рассказать о нас, ваши слова услышим только мы двое.
— Зачем вам это? — сердито спросила Гермиона. — Я не собираюсь никому рассказывать.
Снейп приподнял бровь.
— Моя дорогая мисс Грейнджер, — констатировал он. — Неужели вы думаете, что вас никто не будет расспрашивать, когда мы вернемся?
— Вернемся куда? — Гермиона в замешательстве нахмурилась.
— Как же, туда, где, как вы сказали, мы будем в безопасности, — с ухмылкой отозвался Снейп.
На ее лице отразился ужас, и Снейп кивнул.
— Да, мисс Грейнджер, мы возвращаемся на площадь Гриммо, 12.
Примечание:
*Название главы – парафраз строки из поэмы Уильяма Батлера Ейтса Второе пришествие:
Кружась все шире в ветреной спирали,
Сапсан услышит властный зов едва ли.
Все рушится; не держит середина,
Анархия – в миру; и, как лавина,
Безудержен прилив кровавотемный,
И чистота повсюду захлебнулась.
В безверии всё лучшее, и в страстном
Всё худшее трепещет напряженье.
Конечно, откровенье недалёко;
Пришествие Второе – недалёко.
Пришествие! Едва лишь это слово
Произнеслось, как необъятный образ,
Рожденный Людским Духом, взор встревожил:
В пустыне – львинотелая фигура,
С обличьем человеческим, со взглядом
Пустым, безжалостным, как солнце, водит
Медлительными бедрами; вокруг
Неё мелькают тени злобных птиц.
И снова тьма. Но мне теперь известно,
Что двадцать в дрёме каменной столетий
Превращены в кошмар у колыбели;
И что за страшный зверь, чей час уж пробил,
Влачится к Вифлеему быть рожденным?

Глава 13. Ну надо же! Люди снуют туда-сюда!*
Две фигуры в черных мантиях неподвижно стояли в полосе света, льющегося из окна дома №13 на площади Гриммо. Оба не сводили глаз со стыка домов №11 и №13.
— Не работает, — пробормотал тот, что был пониже ростом.
— Видимо, нас что-то не пускает, — ехидно сообщил высокий.
— Ну и что нам теперь делать? — сердито поинтересовался его спутник, когда первые лучи восходящего солнца позолотили крыши домов.
Хлопок аппарации разорвал тишину зарождающейся зари, не дав второму ответить. Переглянувшись, оба наблюдателя поспешили спрятаться в тени. Из своего укрытия они увидели, как на том месте, где они только что стояли, появилась еще одна пара.
— Это будет нелегко, — негромко пробормотала девушка. — Мне придется приложить все усилия, чтобы уговорить их не убивать вас сразу, как только вы попадетесь им на глаза.
— Отлично, — с сарказмом процедил ее собеседник. — Как показывает прошлое, господа Поттер и Уизли не слишком-то внимают вашим советам. Следовательно, я умру в ближайшие несколько минут.
Девушка подсадила повыше на плечо огромного рыжего кота.
— Не стоит быть таким заносчивым, — прошипела она.
— Правда? — собеседник явно сомневался. — Не вы ли недавно сообщили мне, что в последнюю встречу со здешними домочадцами вы разругались с ними, послали в оборотня проклятье и вылетели вон безо всяких объяснений?
— Да, — выдавила сквозь зубы она. — Но это все из-за вас!
— Да что вы, меня даже там не было.
— Вы поставили меня в это нелепое положение, а потом сделали так, чтобы я не смогла никому об этом рассказать! — Голос девушки звенел от возмущения.
— Не орите, мисс Грейнджер, — предостерег ее спутник. — Вы разбудите не только портреты.
— Пошли вы в жопу, Снейп, — огрызнулась она.
— Для вас я профессор Снейп, мисс Грейнджер, — надменно ответил тот.
Двое в тени обменялись удивленными взглядами. Парочка, продолжая ругаться, скрылась из виду. Наблюдатели бесшумно активировали портключи и исчезли, стремясь поделиться новостями.

***
Гермиона наклонилась, чтобы отпустить кота, и Снейп, скользнув по ней изучающим взглядом, отметил, что маггловские джинсы выгодно подчеркивают изгибы ее ягодиц. Видеть девушку одетой подобным образом было почти так же приятно, как наряжать ее в его собственную одежду. Пожалуй, стоит и себе прикупить джинсы, а потом заставить Гермиону их одеть.
Девушка выпрямилась, и Снейп оглядел коридор. Губы насмешливо изогнулись. Если бы он явился, не имея плана, то попался бы в ловушку, как Блэк. Ну, не совсем как Блэк, подумал Северус, снова посмотрев на Гермиону. У профессора были кое-какие преимущества.
— Еще очень рано, — прошептала Гермиона. — Наверное, все еще спят.
Северус хмыкнул и быстро шагнул к подставке для зонтов в форме ноги тролля. Подняв ее, он резко дернул за самый длинный ноготь на ноге, открывая маленькое потайное отделение. Профессор что-то прошептал — из подошвы вылетела палочка и скользнула ему в ладонь. Улыбнувшись, он поставил ногу тролля на место и для пробы взмахнул рукой. Из кончика палочки плеснула струйка воды и облила Косолапа, отчего тот зашипел.
— Профессор, — шепотом возмутилась Гермиона, — оставьте моего кота в покое!
Вскинув бровь, зельевар посмотрел девушке в глаза и кивнул в сторону библиотеки. Сердито покосившись на него, Гермиона направилась к двери. Северус последовал за ней, не отрывая взгляда от ее покачивающихся при ходьбе бедер. Дверь закрылась и тут же вспыхнула зеленым светом. Косолап, оставшись в коридоре, начал метаться под дверью и скрестись, пытаясь пробраться к хозяйке. Получив в ответ сноп искр, кот с рычанием попятился и шмыгнул вниз по лестнице, где, как он помнил, можно было раздобыть поесть.
Дом по-прежнему спал.

***
— Проснись, соня!
Джинни Уизли открыла глаза и увидела брата и его лучшего друга. Оба широко ухмылялись.
— Ой, Гарри, ну до чего же мила малютка Джинни, когда спит, правда? — Рон плюхнулся на постель, чуть не раздавив Арнольда.
Джинни села, схватила своего карликового пушистика, пересадила его подальше от Рона и ущипнула брата за руку.
— Еще бы, — хрипло выдавил Гарри, уставившись на ее грудь.
Джинни опустила глаза и заметила, что несколько пуговичек расстегнуты, открывая взгляду Гарри довольно интересную картину. Не поднимая головы, она обольстительно взглянула на юношу из-под ресниц. Гарри шумно сглотнул и быстренько прикрыл руками стремительно увеличивающийся бугор на джинсах.
— Что за… фу, Джинни! — рассердился Рон. Наклонившись, он ловко застегнул ее пижамную рубашку, затем схватил Гарри за руку и вытянул того за дверь. — Мама просила передать, что завтрак готов, — бросил он через плечо и потащил друга вниз по лестнице.
Джинни быстро оделась и поспешила следом. На кухне все как обычно с энтузиазмом поглощали еду, приготовленную Молли. Джинни скользнула на свое место и посмотрела на Гарри, сидящего напротив, — тот явно избегал ее взгляда. Вздохнув про себя, она занялась яичницей с беконом и тостом. Почувствовав, как кто-то пушистый привычным движением трется о ее ноги, девушка схватила со стола сосиску и бросила ее Косолапу, прежде чем осознала, что означает его присутствие на кухне.
— Эй! — воскликнула Джинни. — А где Гермиона?
Все обернулись. Молли недовольно поджала губы.
— О чем ты, Джинни? — подал голос Ремус.
— Косолап здесь, под столом, — объяснила она. — Значит, Гермиона вернулась прошлой ночью или что-то вроде того.
— В твоей спальне ее не было, — заявил Рон, подкладывая на тарелку еще яичницы.
— Я знаю, — фыркнула Джинни. — Тогда где она?
— Прямо за вашей спиной, мисс Уизли, — послышался свистящий шепот.
Все сидящие за столом потянулись за палочками, но было, конечно, слишком поздно.
— Вам обязательно было так делать? — услышала Джинни недовольный голос Гермионы. Младшая Уизли попыталась повернуть голову, но обнаружила, что не может даже шевельнуться. Покосившись по сторонам, она увидела, что остальные тоже застыли в неподвижных позах.
— Лучше прекратите, мисс Грейнджер, — приказал Снейп, не ответив на вопрос. — Если я их отпущу, это...
— ...помешает моим намерениям, знаю, — устало оборвала его Гермиона. — Знаете что? Пошли вы на хуй.
— И в жопу, и на хуй за одно утро? Мисс Грейнджер, ваш словарный запас меня изумляет.
Внезапно Снейп обошел стол и, оказавшись возле Молли Уизли, наклонился и понюхал содержимое сковородки, которую та держала в руках.
— Господи, женщина. Вы окончательно испортили эти яйца. Для человека с утонченным вкусом они совершенно несъедобны. Не желаете ли омлет, мисс Грейнджер?
Гермиона вздохнула и села на свое привычное место рядом с Гарри. Сообразив, что не все могут ее видеть, она перебралась во главу стола. Присутствующие смотрели то на нее, то на Снейпа, который занимался тем, что готовил завтрак на двоих.
— Я прошу у вас прощения, — Гермиона рассеянно погладила запрыгнувшего к ней на колени Косолапа. — Не только за него, — она кивнула на Снейпа, со знанием дела готовящего завтрак, — но и за прошлый вечер. Я сильно перенервничала, но это не извиняет мою грубость, миссис Уизли, или то, что я наложила на вас заклинание, профессор Люпин. Простите меня, пожалуйста.
— Ну конечно, — ответил Люпин и сам удивился тому, что способен говорить. Он перевел взгляд на Снейпа и открыл было рот, но не смог выдавить ни звука.
— Вы можете говорить все что угодно, но никаких бессмысленных нападок на меня, — высокомерно сообщил Снейп. — И, разумеется, никаких заклинаний.
— В смысле, не ругаться, Рон, — перевела Гермиона, правильно истолковав замешательство, отразившееся в глазах друга. — Не раздражай и не оскорбляй его.
— А тебе, похоже, можно, Гермиона, — зло сказала Джинни. — Чем это ты заслужила такую привилегию?
Девушка покраснела и уставилась на урчащего питомца, запустив руки в его мех. Заметив краем глаза, как Джинни окутало облако темно-красного света, Гермиона подняла голову и увидела, как Снейп прячет палочку в рукав. Зельевар быстро переложил огромную порцию омлета на тарелку, призвал еще один стул, сел рядом с Гермионой и начал есть.
— Ешьте, мисс Грейнджер, — приказал он, передавая ей вилку. Гермиона была голодна и потому подчинилась, пряча глаза, чтобы не видеть осуждающих взглядов тех, кто сидел за столом. После того, как с омлетом было покончено и тарелка отправилась в раковину, были призваны чашки с чаем.
— А теперь, — начал Снейп, — прежде чем мы продолжим, думаю, стоит предупредить вас, чтобы никто не смел обижать или расстраивать мою ученицу.
Гермиона удивленно взглянула на него.
— Разумеется, кроме меня, — ухмыльнулся он. Гермиона раздраженно закатила глаза.
— Сейчас, мистер Поттер, полагаю, вы последуете совету мисс Грейнджер и позовете сюда Кричера. Нет? Вот так сюрприз! Мне начинает казаться, что вы были правы, мисс Грейнджер. Они действительно не слушают ваших мудрых советов.
Снейп лениво поднял руку и прищелкнул пальцами. Тотчас же появились два домовых эльфа.
— Профессор Снейп! — изумленно взвизгнул один из них.
Северус вытащил палочку, наложил на обоих Силенцио и Импедименту на Добби.
— Кричер, — распорядился профессор, — принеси медальон, который пыталась выбросить вон та надоедливая ведьма.
Все Уизли аж задохнулись от возмущения, услышав, как оскорбили главу их семейства. Молли смерила Снейпа свирепым взглядом и надменно отвела глаза. Гермиона оглядела людей, сидящих за столом, и поежилась под обращенными к ней взглядами, полными ненависти.
— В этом не было необходимости, — зло выпалила она.
— Ох, да заткнитесь наконец, мисс Грейнджер. Вы меня утомляете, — отозвался Снейп, с кислой миной прихлебывая второсортный чай.
— Ладно, — прошипела она. — Надеюсь, я утомлю вас настолько, что вы отправитесь на тот свет или хотя бы оставите меня в покое!
— О, я оставлю вас в покое, но только на ближайшие пять дней, — лениво протянул Снейп.
Гермиона униженно огляделась. Судя по глазам Ремуса и старших Уизли, те прекрасно поняли, на что намекает Северус — совокупление по меньшей мере раз в неделю, а лучше — раз в пять дней. Всхлипнув, Гермиона встала, скинула Косолапа на пол и поспешила вон из кухни. До неподвижной компании за столом донесся негромкий хлопок закрывшейся двери. Снейп не спеша сделал еще глоток чая, ожидая Кричера.
Наконец угрюмый домовик бочком подобрался к профессору, сжимая в руках медальон.
— Я запрещаю тебе отдавать ему медальон, — внезапно приказал Гарри.
Кричер остановился на полпути, но Снейп только ухмыльнулся и наложил на Гарри то же заклинание, которое заставило замолчать Джинни.
— Неплохая попытка, Поттер, но недостаточно хорошая, — пробормотал он, и медальон под действием магии перелетел из руки Кричера к Снейпу. Профессор внимательно изучил предмет, кивнул, затем встал и раскланялся.
— Ну что ж, мне пора. Пожалуйста, сообщите мисс Грейнджер, что ей запрещено покидать дом, иначе последствия будут плачевными. Я заберу ее через пять дней. За это время она должна прочесть книги, указанные в этом списке. — Снейп положил на стол свиток пергамента, вытащил из кармана уменьшенные чемоданы и оставил багаж Гермионы на столе.
— Ах да, дружеское предупреждение: не пытайтесь поймать меня, когда я вернусь, — предостерег он. — На дом наложены кое-какие сильные защитные заклинания, и ни один из вас не сможет их снять. Спасибо всем за помощь и занимательную беседу. Всего хорошего.
С этими словами он повернулся и стремительно направился к выходу. Секундой позже хлопнула входная дверь, и заклинание, удерживающее всех, прекратило действовать. Молли рухнула на стул рядом с мужем, Артур обнял ее, успокаивая. Ремус спрятал лицо в ладонях. Джинни откинулась на спинку стула и зло уставилась на Гарри, который в свою очередь свирепо разглядывал Кричера. Кричер же, напротив, довольно ухмылялся. Добби обхватил себя руками и тихонько всхлипывал.
— Что ему нужно от Гермионы через пять дней? — недоуменно поинтересовался Рон.
Ремус поднял голову и обратил свое длинное изможденное лицо к Молли и Артуру. Те отвели глаза.
Рону никто не ответил.
Примечание:
*Фраза из старого американского фильма Волшебник страны Оз

Глава 14. Каким сплетеньям слов под силу в опустошенье свет вернуть?*
Конечно же, первым нарушил ее добровольное уединение Ремус.
Он вошел в комнату, в которой Гермиона так старательно пряталась ото всех, и поморщился — в нос ударила застарелая вонь гиппогрифа.
— Гермиона? — тихо позвал Ремус.
Девушка развернулась к нему спиной.
— Гермиона, мы должны об этом поговорить.
— Нет, — решительно ответила она.
— Да, — продолжал настаивать на своем оборотень. Он присел на кровать и вздрогнул, когда Гермиона быстро передвинулась, стараясь оказаться как можно дальше от него. — Должны.
Сердито фыркнув, Гермиона выпрямилась, отбросила волосы с лица и повернула к нему заплаканное лицо.
— Что у тебя с Северусом?
Гермиона закатила глаза и помотала головой.
— Как он уже сказал, я его ученица.
— Это правда? — Ремус нахмурился.
Девушка ответила безразличным взглядом.
— Гермиона, — Ремус умолк и глубоко вздохнул. — Мы знаем, что он пытается зачать с тобой ребенка.
— Знаете? — недоверчиво переспросила она. — Или вы просто сложили два и два и получили двадцать два?
Ремус разочарованно потер лоб.
— Гермиона…
— Кроме нас, здесь никого нет. Вам не обязательно все время называть меня по имени, — огрызнулась она, скрестив руки на груди.
Оборотень ошеломленно уставился на нее. Девушка вздернула бровь, зловещим образом напомнив Снейпа.
— Ты не в себе, — тихо констатировал Ремус.
Бровь опустилась, и вдруг старательно удерживаемая маска слетела с ее лица. Из глаз хлынули слезы, Гермиона сердито вытерла их ладонью.
— О, моя девочка, — сокрушенно прошептал он, раскрывая ей объятия и молчаливо предлагая утешение.
Покачав головой, Гермиона свесила ноги с кровати и встала спиной к Ремусу. Ей отчаянно хотелось, чтобы бывший учитель обнял ее, хотелось, снова побыть ребенком, которого он все еще видел в ней. Но то время давно прошло.
— Оставьте все как есть, профессор. Пожалуйста, — попросила она, плечи удрученно поникли.
— Остальные будут спра…
— Тогда сделайте так, чтобы они не спрашивали, — перебила она. — Если вы правда хотите мне помочь, просто… не знаю… остановите их, или сделайте что-нибудь. Я не могу…
— Ладно, — успокоил ее Ремус. — Но все-таки спустись, пожалуйста, вниз. Обед ты пропустила, так хотя бы поужинай. Я пойду первым и… отвлеку их. Хорошо?
Гермиона кивнула, и Ремус, выйдя из комнаты, бесшумно закрыл за собой дверь.
Тонкс и мистер Уизли встретили его в коридоре обеспокоенными взглядами. Ремус обреченно покачал головой. Тонкс и Артур отправились в кухню – преподнести остальным заранее придуманную историю, а Ремус остался у двери Гермионы. С тяжелым сердцем он прислонился головой к стене, по щеке скатилась одинокая слеза.

~*~
Гермиона вошла в кухню и тихо проскользнула на свое место, с облегчением заметив, что Джинни не пришла. За столом продолжали переговариваться — неестественно оживленно, старательно обходя опасные темы. Поймав на себе косые взгляды близнецов, Гермиона жадно зачерпнула ложкой густое рагу и стала есть. Рон и Гарри, напротив, демонстративно не обращали на нее внимания. Девушка повернулась к близнецам:
— Разве вы не должны быть в магазине?
— Его закрыли, — выговорил Фред с набитым ртом. — Министерство решило, что наши изобретения слишком легко повернуть против авроров.
— Ага, они просто пришли и все забрали, — проворчал Джордж.
— Да ладно вам, — вмешалась Тонкс. — Вам же все компенсировали!
Мальчишки презрительно фыркнули, и Гермиона вопросительно взглянула на Тонкс.
— Министерская программа по трудоустройству, — пояснила та и с видом крайней сосредоточенности превратила свой нос в пятачок, чтобы рассмешить Гермиону.
Гермиона лишь слабо улыбнулась.
— Похоже, у каждого появилась новая работа, — буркнул Рон.
Гермиона подняла глаза и обнаружила, что лучшие друзья смотрят на нее с неприкрытой злобой.
— Рон! — шикнула Молли.
— Да, Рон, — невозмутимо ответила девушка. — У меня и правда есть новая работа. Вообще-то, я работаю с тем, кто ценит мой ум и заинтересован в расширении моего кругозора.
— Готова поспорить, что не только кругозора, — послышалась ехидная реплика от двери.
— Джинни, — Гермиона не стала оглядываться, — до чего приятно слышать твой нежный голос.
— Ты даже говорить начала, как он, — процедила Джинни.
Не обращая на нее внимания, Гермиона доела рагу и встала, намереваясь вернуться к себе в комнату.
— Гермиона.
На этот раз Гарри. Гермиона вздохнула и встретилась взглядом со сверкающими зелеными глазами.
— Прости, что не выслушали тебя, — продолжил Гарри.
На лице девушки отразилось недоумение. Она ожидала чего угодно, только не этого.
— Я психую от одной мысли, что ты работаешь с… ним, но ты права — он и правда нам нужен. Хотя, скорее всего я прибью его, как только все закончится, — решительно заявил парень.
Гермиона ухмыльнулась.
— Прости, Гарри, но черта с два я уступлю тебе эту возможность. Я первая его прикончу.
Оба прыснули. Рон в замешательстве покрутил головой.
Вы оба психи, — наконец объявил он.
Но Гермионе было все равно. Похоже, у них троих появился новый козел отпущения.

~*~
Спустя несколько часов Гермиона, свернувшись калачиком на кровати Гарри, предавалась раздумьям. Мальчишки сидели рядом и беспокойно ерзали.
— Гермиона, — начал Гарри, — когда мы узнали о клятве, Ремус предположил, что ты, наверное, ничего не сможешь рассказать, но Снейп… он… ты…
— У вас еще сохранилась та записка, которая была в медальоне? — перебила его Гермиона, не желая обсуждать эту тему.
Гарри скривился, словно от боли. Не говоря ни слова, он потянулся было к Гермионе, но та внезапно отпрянула.
— Гермиона? — встревоженно окликнул он.
— Простите. Эээ… Профессор Снейп… он наложил заклинание… понятия не имею, зачем… но когда люди дотрагиваются до меня… один из его экспериментов. Он, должно быть, забыл снять заклинание, — уверенно закончила она.
— Не умеешь ты врать, Гермиона, — оборвал ее Рон. Гарри не сводил с нее взгляда. — Так бы и сказала, что напичкана заклинаниями.
— В точку, — радостно ответила она.
Нахмурившись, Гарри запустил руку под подушку, на которой лежала Гермиона, пошарил там, вытащил письмо и передал его девушке. Внимательно его изучив, Гермиона вытаращила глаза.
— Гарри, — пробормотала она, — посмотри сюда!
— Я знаю, что там написано.
— Да я не про то, — фыркнула она, — смотри на письмо!
Гарри посмотрел.
Моргнул.
Посмотрел внимательнее.
— Мерлиновы яйца! — выдохнул он.
— Гарри! — укоризненно произнесла Гермиона.
— Что там? — нетерпеливо спросил Рон.
— Почерк, — Гарри сглотнул. — Это почерк Снейпа.
Рон схватил письмо и уставился на него.
— Не-а, — наконец заявил он.
— Не его нынешний почерк, а из книги, — пояснила Гермиона.
— Какой книги? — Рон недоуменно наморщил лоб.
— Моей… я имею в виду книгу зелий Снейпа, — разъяснил Гарри.
— Вот бля, — присвистнул рыжий.
— Но что все это значит? — Гарри растерянно обратился к Гермионе.
Та задумчиво пожевала губу.
— Понятия не имею.

~*~
На следующий день Джинни, к облегчению Гермионы, вернулась в Хогвартс. Школа все-таки открылась — пусть с опозданием на месяц, да и число студентов значительно сократилось, но, по крайней мере, уроки снова начались. Джинни громко возражала, не желая уезжать, но просьба Гарри, высказанная на ушко, решила дело.
Следующие три дня Гермиона провела в библиотеке. Вместе с Ремусом они прошлись по всем книгам из списка Снейпа, собирая информацию о Хоркруксах, темных заклинаниях и различных формах контроля и защиты сознания. Собранные сведения записывали в общих чертах, а потом передавали Гарри.
Еще было собрание Ордена Феникса в полном составе, на которое Гермиону не пригласили.
Она пыталась не обращать внимания, но ничего не вышло.

~*~
Впервые за очень долгое время (во всяком случае, так ей казалось), Гермиона позволила себе отдохнуть. Она снова была в штаб-квартире Ордена, со своими друзьями, проводила время за учебой, и три последние недели начали казаться просто дурным сном. Вздрогнув, она села, книга, лежавшая на коленях, свалилась на пол. Всего каких-то три недели… Гермиона ощутила что-то сродни ужасу. Неужели теперь ей придется жить вот так до конца своих дней — привязанной к Северусу Снейпу? Девушка попыталась сдержать слезы, но в конце концов расплакалась.
Разрыдалась.
Она оплакивала крушение планов на будущее, оплакивала девочку, какой была раньше. И молилась, молилась всем богам, которые могли ее услышать, за женщину, в которую она превратилась.
Слезы застилали глаза, и Гермиона вздрогнула от неожиданности, когда кто-то ее обнял.
— Гермиона… — сбивчиво прошептал Рон, — я так хочу тебе помочь.
Случайно или намеренно, он накрыл ладонью ее грудь. Не раздумывая, Гермиона вырвалась из его рук, развернулась и заехала ему кулаком по носу.
— Ааааай! — взвизгнул парень, руки взметнулись к больному месту. — Ёп тфою мать, ты фто фытфоряф?
Гермиона в ужасе уставилась на кровь, сочащуюся сквозь его пальцы.
— Рон, прости, — прошептала она, вытирая слезы с глаз, и потянулась к нему.
Рон в ужасе выпучил глаза и предостерегающе выставил вперед руки.
— Не подходи ко мне, — всхлипнул он и попятился к двери. — Лаванда была права. Большинству девчонок нравится, когда их лапают, но только не заучке Гермионе.
— Ты обсуждал меня с Лавандой Браун? — недоверчиво спросила Гермиона.
— Ага, — буркнул Рон, стирая кровь с лица и осторожно ощупывая нос.
— Когда? — девушка скрестила руки на груди.
Рон тут же отвел глаза.
— Когда, Рональд? — прошипела Гермиона.
— На прошлой неделе, когда ты была с этим сальноволосым ублюдком, — вызывающе заявил он.
— И она посоветовала тебе меня облапать, — констатировала Гермиона. — Желательно тогда, когда я буду чувствовать себя менее уверенно, чем обычно.
— Вот именно, — признался Рон. — И любой нормальной девчонке это бы понравилось!
Гермиона хотела было ответить, но передумала. Она села и уткнулась лицом в ладони
— Рон… Хватит, ладно? Давай просто… оставим все как есть. Ты знаешь, в начале…
Тишина. Гермиона подняла глаза и увидела, что Рон смотрит на нее с жалостью.
— Гермиона, — осторожно начал он. — Ты же знаешь, мы не можем вернуться назад, мы можем двигаться только вперед.
— Нет никакого вперед, — ответила она надтреснутым голосом.
Они уставились друг на друга. Наконец Рон кивнул и, вытерев струйку крови, стекающую из носа, вышел из комнаты.
Гермиона осталась одна.
Но слез не было — словно она все их выплакала.

~*~
Ночь перед предполагаемым возвращением Снейпа Гермиона провела в библиотеке. Она читала книгу по темной магии, посвященную тому, как разбить Нерушимую клятву. Хотя все эксперименты автора привели к страшной мучительной смерти волшебников, разбивавших клятвы, что совсем ей не помогало, однако кое-что полезное все же удалось обнаружить. Умерший не возвращается в виде привидения, чтобы вечно прислуживать своему хозяину. Это хоть немного успокаивало.
Она не обратила внимания на открывшуюся дверь, решив, что Ремус опять пришел проверить, как у нее дела. Все взрослые в доме время от времени приглядывали за ней после болезненного разрыва отношений. Гермиона услышала шорох страниц — вошедший просматривал ее записи, в которых она пыталась составить рецепт зелья, увеличивающего способности к Окклюменции.
— Что ж, мисс Грейнджер, кажется, в конце концов вы хоть чему-то у меня научились.
Девушка в ужасе посмотрела на ухмыляющегося Снейпа.
— Я думала, вы не появитесь здесь до завтра, — выдавила она.
— Я знаю, мисс Грейнджер. Однако, я решил пропустить торжественную встречу, запланированную Орденом. — Северус прошелся вдоль полок, вытянул пару книг, уменьшил их и спрятал в карман мантии.
— О чем это вы? — Гермиона растерянно наморщила лоб.
— Ах, моя маленькая бедная гриффиндорка — как всегда в неведении, — глумливо произнес Снейп. Он небрежно взмахнул палочкой. Сверху донесся грохот, дверь резко распахнулась. — Идем, — приказал профессор, шагнув к двери.
Последовав за ним, Гермиона обнаружила в коридоре живописную застывшую сцену. Ремус и Тонкс были обездвижены во время страстного поцелуя.
— Что же вы наделали? — обреченно спросила Гермиона.
Он не успел ответить — с лестницы донесся нарастающий вой. Гермиона подняла голову — Живоглот плыл по воздуху в ее сторону, растопырив лапы и выпустив когти в безумной попытке уцепиться за что-нибудь на своем пути. Гермиона подхватила кота на руки.
— Не волнуйтесь, я всего лишь обездвижил домочадцев на время моего визита, — заверил ее Снейп, отбрасывая волосы с лица.
— К счастью, я не домочадец, — послышался голос откуда-то сзади.
Снейп крутанулся с палочкой наизготовку, но было слишком поздно.
Примечание:
* вольный перевод строки стихотворения Сильвии Плат "Разговор среди руин":
Through portico of my elegant house you stalk
With your wild furies, disturbing garlands of fruit
And the fabulous lutes and peacocks, rending the net
Of all decorum which holds the whirlwind back.
Now, rich order of walls is fallen; rooks croak
Above the appalling ruin; in bleak light
Of your stormy eye, magic takes flight
Like a daunted witch, quitting castle when real days break.
Fractured pillars frame prospects of rock;
While you stand heroic in coat and tie, I sit
Composed in Grecian tunic and psyche-knot,
Rooted to your black look, the play turned tragic:
Which such blight wrought on our bankrupt estate,
What ceremony of words can patch the havoc?

Глава 15. Забылись обо мне и верные друзья
Гермиона увернулась от заклятия, которое в то же мгновение отшвырнуло Северуса Снейпа к стене. Звук удара разбудил портрет мамаши Блэк, и дом огласили привычные ругательства.
Обернувшись, Гермиона увидела, как на нее несется Билл Уизли с палочкой наизготовку; его изуродованное шрамами лицо было перекошено от ярости. Он проскочил мимо нее, слегка задев, и угрожающе навис над Снейпом, который тряс головой, оглушенный ударом.
— Секту… - начал Билл.
— Нет! - вскрикнула девушка и метнулась вперед, чтобы заслонить Снейпа. Косолап, стиснутый в ее руках, истошно взвыл, вырвался на свободу и, спрыгнув на пол, кинулся Биллу под ноги, отчего тот зашатался, теряя равновесие.
— Гермиона, прочь с дороги! – приказал Билл, и в то же мгновение его отбросило назад невербальным заклинанием Снейпа.
Опираясь на плечо девушки, Северус поднялся на ноги.
— Держитесь позади меня, мисс Грейнджер, - пробормотал он. Его зрачки были расширены, взгляд расфокусирован.
— Профессор, — встревоженно шепнула она, когда Снейп занес руку для следующего проклятия.
Сорвавшаяся с потолка люстра упала совсем рядом. Снейп, еще не вполне пришедший в себя, продолжал загораживать собой Гермиону.
— Хватит геройствовать, используйте меня как прикрытие! — услышал он ее яростный шепот.
Шокированный, Северус обернулся, подставляя Биллу спину.
— Не валяйте дурака… — внезапно профессор покачнулся и повалился на девушку, придавив ее к полу. И вдруг тяжесть исчезла. Гермиона подняла голову и увидела, что Билл держит Снейпа за воротник.
— В отключке, — небрежно встряхнув профессора, констатировал Билл и швырнул его в угол.
Не обращая внимания на Гермиону, Билл снял заклинание, которое Снейп наложил на дом, и ко всем вернулась способность двигаться. Гостиную тут же заполонили домочадцы, жаждущие расправиться с предателем. Увидев Снейпа, лежащего в углу без сознания, они попрятали палочки и обступили Билла, поздравляя его и похлопывая по плечу. Никем не замеченная, Гермиона поднялась на ноги, потирая затылок, и рассеянно отметила, что на пальцах кровь.
— Здорово ты уделал этого ублюдка!
— Да уж, он-то думал, что круче всех!
— Может, связать его?
— Да ну, он и так вырубился.
— Сальноволосому мерзавцу ни разу не доводилось иметь дело с настоящим съемщиком заклятий! — Сияющий Билл наслаждался триумфом и обожанием. — Не волнуйтесь, его палочка у меня.
Гермиона осторожно прислонилась к стене. Ее обеспокоенный фамилиар выполз из-под стула, где прятался до сих пор, и принялся тереться об ее ноги, тревожно мяукая. Девушка нагнулась и сгребла кота в охапку.
— Гермиона, как ты? — Гарри мельком глянул на подругу. Увидев ее стоящей с котом на руках, он счел, что все в порядке, и снова переключился на обсуждение того, что делать со Снейпом. Предложение Фреда и Джорджа использовать зельевара в качестве подопытного кролика для новых экспериментов пришлось ему по душе.
— Лучше доставить его прямиком в Министерство, — непривычно веско заявила Тонкс.
— Что? — у Гермионы перехватило дыхание. — Нет! Тонкс, он нужен нам для…
— Хоркруксов, — самодовольно вмешался Билл. — Вовсе нет, Гермиона. Орден отлично справляется с поисками и без него.
Эффектным жестом он извлек палочку из сапога из драконьей кожи — и комната взорвалась криками и смехом.
— Что это? — спросила Гермиона, отчаянно пытаясь удержать взгляд на предмете в руке Билла.
— Палочка Ровены Равенкло. Она лежала в витрине у Олливандера.
Внезапно Билл раздвоился, и обе фигуры подернулись рябью, как морские волны на ветру.
Последним, что она запомнила, был выложенный плиткой пол коридора, неудержимо мчащийся ей навстречу.

***
— Какого черта?
— Куда он подевался?
— Отсюда нельзя аппарировать!
— Ищите предателя!
Гермиона осторожно приоткрыла глаза и напрягла слух, пытаясь разобрать, о чем говорят за дверью. Что-то толкалось ей в руку — это был бешено мурлычущий Косолап. Гермиона бережно взяла его на руки и погладила по большой голове. Очевидно, ее перенесли сюда после того, как она потеряла сознание. Она понятия не имела, как долго была без чувств. Медленно привстав, Гермиона сообразила, что лежит на диване в библиотеке, и никто не озаботился накрыть ее одеялом.
— Гермиона! — воскликнул Ремус, заглянув в комнату. — Как ты?
Как мило с твоей стороны вспомнить обо мне сейчас, — пришел на ум ответ в духе Снейпа. Вместо этого она просто кивнула.
— Она проснулась? — послышался голос Билла. — Значит, пора задать парочку вопросов. — Он вошел в комнату, а за ним по пятам следовали Тонкс, Артур и Молли.
— Мальчики, подождите за дверью, — велела Молли Рону, Гарри, Фреду и Джорджу. Они молча кивнули, и по раздавшемуся за тем топоту Гермиона предположила, что они побежали на второй этаж. Тем временем Билл начал допрос:
— Итак, не могла бы ты сообщить нам, где Снейп?
— Профессор ушел? — слабо выдавила она, почесывая кота.
— Да, — рявкнула Молли. — Без палочки, должна заметить. Одному богу ведомо, как он это сделал. Нам следовало его связать. — Она одарила Билла выразительным взглядом.
На исчерченном шрамами лице Билла промелькнул испуг.
— Ну мааам, — заныл он.
— Что сделано, то сделано. — Ремус вздохнул и повернулся к девушке:
— Гермиона, мы здесь не для того, чтобы судить тебя или допрашивать, — он покосился на Билла. — Мы хотим помочь тебе.
— Помочь мне? Как? — Гермиона уставилась на них, всем своим видом выражая замешательство.
— Освободить тебя от Снейпа, — пояснил Артур. — Мы позвали Билла, чтобы он разбил клятву, которую ты дала Снейпу. — Артур ласково улыбнулся старшему сыну. — А еще он вернулся к нам с подарком.
— Артур, — предостерегающе прошипела Молли, — она не должна знать!
— Прости, дорогая, — пробормотал тот.
Поздно спохватились, подумала Гермиона, припомнив, как Билл крутился возле одного из найденных хоркруксов. Она устало потерла пульсирующий болью затылок, пальцы нащупали засохшую кровь. Ее мнение об умственных способностях Молли Уизли, и так невысокое, теперь упало ниже некуда.
— Вы не понимаете, — попыталась объяснить она.
— Конечно, понимаем, — заверил ее Ремус. — И знаем, что ты не можешь об этом говорить. Не волнуйся, мы все уладим.
— Нет! — расстроенная, Гермиона попыталась объяснить, подбирая слова, чтобы не нарушить клятву. — Профессор Снейп и я… мы нужны вам… эээ… чтобы продолжить ваши… поиски.
Она поморщилась от своей неубедительной тирады, хотя сам факт, что она смогла выдать хоть мало-мальски связное объяснение, несказанно ее удивил.
— Вообще-то он нам не нужен, — мягко прервала ее Тонкс и тут же поправилась: — Ну, только чтобы вернуть медальон.
— Он был бы у нас, если бы мы связали мерзавца, — заявила Молли. — И вообще, как от него сейчас прок? Все, что он сделал – это забрал один из хоркруксов и превратил в шлюху…
— Мама, — предостерег ее Билл.
Молли всплеснула руками и принялась наводить в комнате порядок, сбивая в кучу тщательно рассортированные записи Гермионы.
— Пожалуйста, не трогайте их, — слабо запротестовала Гермиона.
Молли смерила ее взглядом, потом присмотрелась к бумажкам в своих руках, и ее лицо ожесточилось.
— Что это? — вопросила глава семейства Уизли.
Тонкс и Ремус подошли посмотреть. По их застывшим лицам Гермиона могла точно сказать, что им попался не листок с вычислениями и не рецепт зелья, усиливающего способность к окклюменции. Нет, по закону подлости они наверняка читали перевод дневников Медичи — главным образом о том, как на званом ужине отравить всех гостей, а самому остаться в живых.
— Я просто практиковалась в итальянском, — попыталась оправдаться она. — Тема просто потрясающая.
Они смотрели на нее во все глаза. Неверие на их лицах сменялось отвращением.
— Гермиона, — в ужасе прошептал Ремус, — зачем тебе это?
— Это знания, — ответила она, потирая раскалывающуюся от боли голову. — Важно научиться всему, чему только возможно.
— Что, ради всего святого, ты собираешься с этим делать? — недоуменно поинтересовался Артур.
— Что? Да ничего. Я просто изучала, — объяснила Гермиона, переводя взгляд с одного собеседника на другого. — Для ясного понимания нужно знать все.
— Она начинает нам мешать, — подал голос Билл. — Мы не можем позволить… — он вдруг запнулся.
— Мисс Грейнджер, давайте поскорее уйдем, — прозвучал усталый голос Снейпа, — пока сюда не заявилась его чертова невеста и не начала бросаться в меня проклятиями.
Снейп, безоружный, стоял, привалившись к косяку. Под глазами были темные круги, а на скуле расплывался огромный синяк. Все присутствующие снова застыли как статуи. Он подошел к Биллу Уизли и, быстро его обыскав, вернул себе палочку. Спрятав ее в рукав, он наклонился и пошарил рукой в сапогах Билла. Через секунду он торжествующе выпрямился, сжимая в кулаке палочку Равенкло, и ухмыльнулся обездвиженному противнику.
— Идиот, — он с деланным разочарованием покачал головой.
Гермиона сидела совершенно ошарашенная, не способная поверить, что они дважды попались на одну и ту же уловку. Ничего удивительного, что я хочу у него учиться, отметила она про себя.
Столкнув Косолапа на пол, Гермиона встала и направилась к застывшим членам ордена; у них в руках действительно был перевод Медичи. Вздохнув, она собрала листки и вернулась к Северусу. Обведя взглядом застывшую компанию, Гермиона осознала: они и правда считали, что она им мешает, в точности как сказал Билл. Конечно, они хотели ей помочь, освободив ее от Снейпа и от клятвы, но не желали дать ей то, чего она действительно хотела: знания и понимание. Гермиона начала осознавать — даже если бы ей и удалось объяснить, зачем нужен Снейп, они бы все равно не стали слушать — поскольку недостаточно уважали и доверяли ей. Поэтому вместо того, чтобы уговорить Северуса оставить ее здесь, Гермиона молча встала рядом с ним, опустив глаза.
Снейп повел себя странно — не отрывая взгляда от обездвиженных противников, он наклонился и провел ладонью у нее по затылку. Нащупав корку запекшейся крови, он брезгливо фыркнул и достал из потайных карманов мантии флакончики.
— Выпейте эти два. Нет, сначала желтое. А вот этим смажьте голову. — Он подал зелья Гермионе.
Девушка молча подчинилась. Головная боль сразу утихла, и затылок саднить перестало.
— А теперь, мисс Грейнджер, если вы готовы, предлагаю удалиться.
Гермиона кивнула, взяла на руки Косолапа и вышла за Снейпом в коридор. Подняв глаза, она увидела Гарри и Рона, застывших на лестничной площадке, в руках они держали Уши-растягуши, спускавшиеся до двери библиотеки.
— Стойте, — потребовала она, схватив Снейпа за руку.
Он обернулся, вопросительно вздернув бровь.
— Можете сделать так, чтобы они говорили? — девушка кивком указала на Рона и Гарри.
Мрачно ухмыляясь, Снейп подошел к подслушивавшей парочке. Гермиона следила за ним с нарастающим беспокойством. Косолап улучил момент, вывернулся из ее рук и помчался на кухню. Гермиона догнала его, взяла на руки и вернулась в прихожую как раз вовремя, чтобы заметить, как Снейп прячет в карман мантии какой-то флакончик.
— Что это? — резко спросила она.
— Веритасерум, — самодовольно ответил Снейп. — Вы себе не представляете, как давно мне хотелось напоить этим Поттера.
— Я всего лишь хотела, чтобы вы изменили заклинание, позволив им разговаривать, — выпалила она звенящим от гнева голосом.
— Вы такого не говорили, — с ухмылкой парировал Снейп. — Вы сказали…
— Да, я знаю, — оборвала его Гермиона. — Держите, — она впихнула ему в руки Косолапа. — И смотрите, чтобы не сбежал.
Она поднялась по лестнице, не обращая внимания на шипящего кота и того, кто его держал, и села на ступеньку у ног своих лучших друзей.
— Простите, — начала она. — Я не ожидала, что он так сделает. Вы мне верите?
— Конечно, — тут же ответил Гарри и улыбнулся.
— Я никогда в жизни не поверю ни единому твоему слову, грязная шлюшка.
Гермиона потрясенно уставилась на красное сердитое лицо Рона.
— Рон! — воскликнул Гарри, не способный повернуться и взглянуть на друга. — Что ты несешь?
Гермиона опустила голову, пряча слезы от того человека, за которого надеялась однажды выйти замуж.
— Она трахается со Снейпом! Ты до сих пор не сообразил, чудо-мальчик? Блин, вы все считали меня придурком, а я догадался. Гермиона — мерзкая проститутка, не заслуживающая даже дерьмового… АААААЙ!
Гермиона вскинула голову и увидела, как кулак Снейпа отдергивается от разбитого носа Рональда Уизли.
— Я, кажется, уже предупреждал, что только я могу оскорблять свою ученицу, — прошипел зельевар. — Вытащив палочку, он быстро взмахнул ею над Роном. — Поторопитесь с Поттером, мисс Грейнджер. Ожидание начинает меня утомлять.
Он прошествовал вниз и сгреб в охапку рыжего кота, связанного заклинанием. Нахмурившись, он попытался пригладить его пушистый мех, подчеркнуто игнорируя Гарри и Гермиону.
— Вот это да, — выдохнул Гарри. — Как бы я ни ненавидел ублюдка, это было блестяще! Только что он был внизу с Косолапом, а через секунду – бац! – и Рон заткнулся. Хорошо, что я сейчас не могу шевелиться.
— Почему? — удивилась Гермиона.
— Мне не хочется убивать его в данный момент. Хотя… подожди-ка! Момент прошел. Мне снова хочется.
Гермиона закатила глаза. Затем, пожевав губу, она посмотрела на Гарри в упор и спросила:
— Ты считаешь, что я вам мешаю?
— Да, — правда вырвалась сама. В глазах Гермионы заблестели слезы, и он поспешил уточнить: — Но я знаю, что ты нужна нам. Ты нужна мне, Гермиона. Я без тебя не справлюсь.
— Ты мне доверяешь? — прошептала она.
На лице Гарри было ясно написано, что он рад бы соврать, да Веритасерум не позволяет.
— Я не могу, — вырвалось у него против воли. — До тех пор, пока ты связана с ним магическими обязательствами.
Гермиона глубоко вдохнула и медленно произнесла:
— Гарри, ты хочешь, чтобы я снова сюда вернулась? Или ты предпочел бы, чтобы я ушла насовсем?
— Я хочу, чтобы ты вернулась, Гермиона, и всегда буду хотеть, но возвращайся не раньше, чем освободишься от него. — Глаза Гарри тоже наполнились слезами. — Мне так жаль…
— Тогда мистеру Уизли стоило бы оправдать свою сомнительную репутацию взломщика заклинаний, — донесся от двери голос Снейпа. — В самом деле, пускай попытается придумать, как разорвать нашу связь.
— Он уже знает, как, сальноволосый мерзавец, — огрызнулся Гарри. — Только и нужно, чтобы ты, Гермиона и хранитель клятвы оказались в одной комнате.
Снейп демонстративно вздохнул:
— Мистер Поттер, вы в очередной раз продемонстрировали свою безграничную тупость. Любой, у кого есть хоть капля мозгов, знает, как разорвать клятву.
— Мистер и миссис Уизли не знали, и Ремус тоже, — выпалил Гарри под действием Веритасерума.
— Я же сказал, любой, у кого есть хоть капля мозгов, — ехидно отозвался Снейп. — Впрочем, неважно. Просто не забудьте сказать мистеру Уизли, что наш хранитель мертв. А теперь, мисс Грейнджер, если вы уже закончили душещипательный допрос мистера Поттера, подойдите и освободите меня наконец от этого кота!
Гермиона бросилась к Снейпу, выхватила у него Косолапа и прижала кота к груди.
— Последний вопрос, мистер Поттер, — Снейп в два шага преодолел расстояние, отделяющее его от Гарри, и угрожающе навис над неподвижным парнем.
— Нет! — протестующе воскликнула Гермиона.
Щелкнув пальцами, Северус заставил ее замолчать заклинанием Силенцио.
— Расскажите мне все, что вы знаете об оставшихся хоркруксах, — приказал он.
Гарри снова попытался воспротивиться действию зелья, но безуспешно.
— Один из них — определенно чаша Хаффлпаффа, но о последнем ничего не известно. Дамблдор считал, что это Нагини, но мы почти уверены, что он ошибался. Он, как известно, во многом ошибался, — выдал Гарри.
Снейп скрестил руки на груди.
— Вы дурак, мистер Поттер. Безрассудный, бестолковый дурак. Очень жаль, что вы не унаследовали даже толики ума своей матери, но это лишь подтверждает, что грязная кровь – слабая кровь. Надеюсь, у вас хватит ума не забыть передать этому наглому взломщику заклинаний то, что я вам сообщил.
Он развернулся, быстро спустился по лестнице и вышел за дверь, его черная мантия взметнулась за спиной. Снаружи донесся резкий окрик, и сундук Гермионы, упаковываясь в бешеном темпе, прогрохотал по ступенькам, едва не задев обездвиженных юношей.
Грустно улыбнувшись Гарри, Гермиона повернулась и вышла вслед за чемоданом на улицу. Она успела заметить, как Северус уменьшил ее багаж, сунул его в карман мантии, после чего схватил ее за руку и в то же мгновение дисаппарировал. Они оказались на очень живописной лесной поляне, достойной самого Ланселота Брауна*.
Снейп быстро зашагал вперед.
— Профессор! — позвала его Гермиона.
Он остановился и развернулся к ней.
— Почему? — коротко спросила она.
— Что почему, несносная вы гриффиндорка?
— Почему вы рассказали Биллу о клятве? Хочу сказать, я знаю, что, заставляя меня принять клятву, вы хотели меня припугнуть, но разве вы не опасаетесь, что, получив свободу, я не стану помогать вам… ну, вы понимаете — заполучить хоркрукс?
Северус устало потер лоб:
— Нет, мисс Грейнджер, не опасаюсь. Не хотите ли сами объяснить, почему?
— Что?
— Скажите, мисс Грейнджер, кто еще смог бы справиться с делом, которое мы на себя взвалили?
Гермиона пожала плечами и начала рассуждать вслух, меряя шагами поляну:
— Чтобы добраться до хоркрукса, нам нужна беременная ведьма, а вы — единственный известный нам волшебник с подходящей наследственностью. В Ордене только я, Тонкс и Джинни способны забеременеть. Если бы вы использовали Джинни, Гарри и все Уизли из-под земли бы вас достали и уничтожили. Тонкс… Не думаю, что вам захотелось бы связываться с разъяренным оборотнем. Что касается меня… — Гермиона умолкла.
— Что касается вас? — подбодрил Снейп.
— По поводу меня. Вы исполнили все, о чем я вас просила. В этом отношении вы были честны… и вы сделали меня своей ученицей. Так что я… я не нарушу обещание, будь оно дано по магическому принуждению или без. Я сказала, что сделаю все, от меня зависящее, чтобы вам помочь, и я сдержу свое слово. Кроме того, если я единственная, кто может заполучить хоркрукс, он определенно не попадет в плохие руки. — Гермиона вызывающе вскинула подбородок, ожидая услышать в ответ уничижительную тираду, но вместо этого снова почувствовала руку, которая невесомо и ласково коснулась ее волос.
— Что ж, прекрасно, мисс Грейнджер, — пробурчал Снейп. — Пойдемте, у нас много дел. За последние четыре дня мое положение кардинально изменилось, — продолжил он, быстрым шагом направляясь к стоящим в отдалении деревьям.
Гермиона едва поспевала за ним, крепко держа в руках своего питомца.
— Добро пожаловать в наш новый дом, — Снейп остановился у кромки леса и широким жестом взмахнул рукой.
В долине перед ними располагалось самое красивое здание из всех, что Гермионе доводилось видеть. Золотистый камень стен сиял в свете закатного солнца, большие витражные окна сверкали под его последними лучами. Длинная, извилистая, усыпанная гравием аллея была обсажена деревьями и заканчивалась впечатляющим подъездом. Лестница в два пролета вела ко входной двери. Когда солнце наконец скрылось за горизонтом, почти в каждом окне засветились огни, словно приглашая путников войти.
Снейп посмотрел на ее восхищенное лицо и сардонически усмехнулся. Интересно, как долго продлится ее очарование зданием, подумал он.
— Добро пожаловать в поместье Малфоев, — провозгласил он и ухмыльнулся, глядя на ужас, отразившийся на лице его юной ученицы.
Примечание:
*Ланселот Браун (Lancelot Brown; 1715—1783), прозванный умелым Брауном (Capability Brown), — английский ландшафтный архитектор.

Глава 16. Дождь полон призраков сегодня
Снейп лежал на спине, заложив руки за голову, и разглядывал причудливый узор балдахина, ожидая, когда Гермиона Грейнджер выйдет из ванной. Вслушиваясь в шум дождя, он криво ухмыльнулся и подумал, что ее первоначальные… возражения против того, чтобы остаться в Малфой мэноре, нисколько не помешали ей воспользоваться здешней роскошью. Ухмылка превратилась в широкую улыбку, когда в памяти всплыла ее реакция на то, где они будут жить.
— Вы, должно быть, шутите! — воскликнула Гермиона.
— Уверяю вас, я не шучу, мисс Грейнджер. Поверьте мне, здесь совершенно безопасно.
Он наблюдал за тем, как она пытается сохранить спокойствие и одновременно старается удержать на руках кота.
— Я знаю, что вы умолчали о многом, что связывает вас с Малфоями, — начала она, пытаясь успокоиться, — однако вы ясно дали понять, что Люциусу Малфою доверять не стоит.
— Что ж, мисс Грейнджер, позвольте мне подтвердить ваше наблюдение: доверять Люциусу Малфою – все равно что смаковать дохлую крысу на вертеле.
Снейп ухмыльнулся, глядя на ее попытки сохранить самообладание.
— Однако, — продолжил он, — наше пребывание здесь никак от него не зависит. Поверьте мне, он даже не узнает, что мы здесь.
И зельевар решительно потащил Гермиону в имение, не обращая внимания на дальнейшие протесты. Конечно, до тех пор, пока она не начала орать – тогда он наложил Силенцио.
Перед боковым входом появился домовой эльф и низко поклонился им. Северус кратко распорядился, чтобы ужин подали в его библиотеку. К этому моменту Гермиона сняла с себя заглушающие чары, однако страх оказаться пойманной в имении Малфоев заставил ее молчать.
— Ваше терпение будет вознаграждено, мисс Грейнджер. Дайте мне спокойно поужинать, а потом я вам все объясню. Понятно? — предупредил Снейп, ведя Гермиону вверх по лестнице, которой явно редко пользовались
Гермиона позволила ему спокойно поужинать, и Северус Снейп, как человек слова, решил воздать ей за редкое терпение. Расположившись в кресле с бокалом эльфийского вина, он посвятил ее в события, в результате которых они стали незваными гостями в Малфой мэнор.
В библиотеке на площади Гриммо его осенило, что есть еще одно укромное место, где они с Гермионой могли бы спрятаться, причем, куда более удобное и гостеприимное, чем штаб-квартира Ордена. И все это – благодаря присущей Люциусу Малфою паранойе.
Много лет назад, после того, как Малфой мэнор подвергся многочисленным министерским обыскам, Люциус (с неохотной поначалу помощью Северуса) глубоко погрузился в изучение Темной магии и обнаружил малоизвестное, но могущественное Подавляющее заклинание. Стоило наложить его на дом лишь однажды, и заклинание обездвиживало всех, кто находился внутри, будь то эльфы, портреты, упыри или люди, позволяя узнать, что происходит в стенах дома. Люциус экспериментировал с заклинанием до тех пор, пока не изменил его таким образом, чтобы только он мог узнать, что происходит в доме в любой момент времени. Однако он не принял во внимание двуличную натуру Северуса Снейпа.
Снейп ухмыльнулся, наслаждаясь воспоминаниями о поправках, которые он внес в Подавляющее заклинание Люциуса. Малфой и в самом деле мог узнать обо всем, что происходило в его доме, но только если это не касалось Снейпа или любого, кто находился под его защитой. После того как заклинание было наложено на имение, Северус был очень осторожен и старался не появляться там, если Люциус мог об этом узнать. В первый раз нарушив это правило, Снейп покрылся холодным потом от ужаса, что его план может провалиться. Однако ум и знания в очередной раз помогли ему с легкостью обвести Малфоя вокруг пальца. За исключением этих первых набегов, Снейп никогда больше не появлялся в Малфой-мэноре и никогда не говорил Дамблдору об этой возможности шпионить за Люциусом: он берег ее для себя, а не для крестовых походов Дамблдора.
Покинув родовое поместье Блэков, Северус под покровом ночи проскользнул в Малфой мэнор, и все заклинания Люциуса против врагов, которые Снейп изменил, приняли его как друга. Оказавшись внутри, он убедился, что Люциус находится в западном крыле, и прокрался в портретную галерею. Набравшись смелости, он принялся нагло прогуливаться взад-вперед перед портретами малфоевских предков. Их нарисованные глаза провожали его подозрительными взглядами, однако никто не поднял тревогу. Затем Северус проверил эффективность заклинания на домашних эльфах, приказав им подать ужин в нежилом восточном крыле. Они с готовностью исполнили приказание.
Убежденный в успехе, Снейп занялся обустройством крыла для своих нужд. В мансарде над спальней, которой он пользовался, он устроил лабораторию. Прилегающая к спальне детская была переоборудована в библиотеку, куда с помощью магии эльфов, которую невозможно засечь, он перенес все книги из Тупика прядильщиков.
Северус не сказал Гермионе, как рискнул однажды наведаться в крыло, где жил Люциус. Радуясь как ребенок, он тестировал свое заклинание, разыгрывая своего врага по мелочам: передвигал книги, которые Люциус читал перед тем, как выйти из комнаты, прятал одежду и тому подобное. Мелкие, пустяковые шалости, от которых Малфой ужасно бесился, а у Северуса на сердце становилось немножко теплее.
Еще он нашел миниатюрный портрет Драко, который был написан как раз перед тем, как мальчик в первый раз отправился в Хогвартс.
Северус мельком глянул на портрет, стоящий на прикроватном столике. Нарисованный Драко тихо посапывал. Сожаление зазубренным лезвием полоснуло по сердцу, и Северус поспешил отвернуться от портрета невинной жертвы. Отогнав печальные мысли, он вернулся к размышлениям о своей юной ученице.
Уверившись, что Люциус Малфой не нарушит их уединения, девушка, казалось, успокоилась. Она была не такой молчаливой, как в Тупике прядильщиков, но и не такой многословной, как во время их недолгого пребывания возле Кенсингтонского парка. Это было необычайно приятно. Снейп решил взять на заметку, что предательство заставляет ее хранить молчание. Интересно, можно ли будет устроить что-то подобное еще раз, если она опять станет слишком много болтать.
Однако существовал еще один весьма важный аспект их отношений, который уже начинал его беспокоить: секс. Как и большинство мужчин, он хотел женщину, которая воспринимала бы его член как источник наслаждения, а не наказания; для которой секс с ним был бы радостью, а не мукой. Мисс Грейнджер, тем не менее, никогда не делала попыток доставить ему удовольствие или проявить инициативу во время их совокуплений. Северус вполне осознавал, что по доброй воле она бы не выбрала его в качестве сексуального партнера (он содрогнулся, представив голого Рона Уизли), но и она должна понимать, что девочка, которая по существу все еще является его студенткой, не предел его мечтаний в постели. Хотя, он вынужден был признать, что у нее поистине великолепная задница.
Таким мыслям предавался Северус Снейп, лежа на кровати и разглядывая балдахин.
Дверь ванной открылась, и появилась та, о ком он размышлял, одетая в одну из его ночных рубашек. Он снова усмехнулся, припомнив, как разозлилась Гермиона, обнаружив, что из чемодана исчезли все ее пижамы. Помимо этого краткого воспоминания, зацепиться глазу было не за что; ее вид совершенно не возбуждал. Северус хмуро уставился в потолок и не удостоил Гермиону вниманием, когда она забралась на кровать и легла рядом в ожидании.
Снейп не шелохнулся.
Гермиона слегка поерзала. Никакой реакции. Снова поерзала.
— Проблемы, мисс Грейнджер? — наконец поинтересовался он.
— Сегодня последняя благоприятная ночь для зачатия в этом цикле, — зло ответила она. — Вы хоть что-то собираетесь делать?
Снейп резко приподнялся и навис над ней:
— Делать что, мисс Грейнджер? Вдруг взять и возжелать вас безо всякой на то причины? — прошипел он.
— Последние семь недель вам это удавалось без проблем, — огрызнулась она.
Северус снова лег на спину.
— Может, сегодня вечером мне не хочется, — пробормотал он.
— Ах вот оно что! — воскликнула Гермиона. — Да-да, я читала об этом! Это называется боязнь дейст…
Внезапно он снова оказался сверху и зажал ей рот ладонью, не дав закончить.
— Может, это кое-что другое, — отрезал он. — Может, это связано с тем, что вместо женщины в моей постели лежит девчонка! Может, это потому, что мужчина не всегда должен все контролировать.
Снейп демонстративно повернулся к ней спиной и обиженно засопел. Полежав немного, он вздохнул про себя. Никуда не денешься, он должен это сделать. Северус понадеялся, что к афродизиаку прибегать не придется. Рука уже потянулась к паху, как вдруг тихий голос заставил его остановиться:
— Я могу контролировать процесс?
Его рука замерла, а мысли пустились вскачь.
— Поясните, что вы имеете в виду, — осторожно предложил он.
Тишина.
— Я могу… попробовать… сделать… что-то? Что-то, что… что я хочу?
Ее голос был таким тихим и неуверенным, что Снейп едва ее слышал. Он не спеша перекатился на спину.
— Как пожелаете, — медленно ответил он.
К его удивлению, Гермиона подскочила на кровати и радостно воскликнула:
— О, так это же замечательно!
Северус моргнул, не уверенный, что они имеют в виду одно и то же.
— Знаете, я читала про секс в ваших книгах, и это абсолютно потрясающе. Вы знаете, что мужская простата – эрогенная зона? А яички могут увеличиться примерно на 50 процентов...
Член Северуса заинтересованно дернулся.
— Итак, — перебил он ее немного охрипшим голосом и откашлялся. — Итак, вы хотите… поэкспериментировать?
— Ну да, — прямо ответила Гермиона. — Я могла бы заодно учиться во время процесса. Я имею в виду, раз уж это все равно должно случиться. Но вы должны честно сообщать мне, что вы чувствуете. И закройте глаза, — поспешно закончила она.
Без лишних церемоний Северус откинул одеяло со своего обнаженного тела и закрыл глаза.
— Мисс Грейнджер, я разрешаю вам меня потрогать, — произнес он.
Северус почувствовал, как ее ладони не спеша спускаются по его телу, скользят по соскам, очерчивают выступающие кости таза, взлетают к лицу…
— Я разочарован, — сообщил он, когда ее губы добрались до шеи. — Это было мокро и малоприятно. Право, мисс Грейнджер, я думал, вы… — Его тирада оборвалась, когда Гермиона прикусила чувствительную кожу за его ухом. Северус тяжело сглотнул.
— Это уже… интересно, — наконец признался он, когда ее губы переместились ко второму уху.
Он почувствовал, как Гермиона обхватила его запястья и завела руки ему за голову. Северус услышал шорох и чуть-чуть приоткрыл глаза, наблюдая, как она изучает его тело. Она слегка нахмурилась, и он понадеялся, что это признак сосредоточенности.
Внезапно Гермиона протянула руки и положила ладони ему на живот.
— Мисс Грейнджер! — взвыл он, подскочив на кровати.
— Что? — Гермиона отдернула руки как от горячего утюга.
— Ваши руки, — выдавил он сквозь зубы, зло глядя на нее. — Они просто ледяные.
— Ой, — выдохнула она, глядя на его опадающую эрекцию. — Извините, я не подумала.
Северус продолжал прожигать ее взглядом.
— Я не могу это делать, когда вы смотрите, — прошептала она.
Он снова лег и прикрыл глаза, тайком поглядывая на нее из-под ресниц.
Гермиона рассматривала обнаженное тело, вытянувшееся перед ней, и задумчиво покусывала нижнюю губу. Видимо, она пришла к какой-то мысли, потому что на ее лице отразилась решимость. Глубоко вздохнув, словно готовясь ринуться в бой, она наклонилась и начала лизать его соски.
Северус застонал.
— Хорошо, — выдохнул он, помня о ее просьбе. — Это очень приятно.
Когда Гермиона наконец-то начала повторять его собственную технику и, втянув набухший сосок в рот, стала его покусывать, у Северуса вырвался вздох наслаждения.
— Определенно Превосходно, мисс Грейнджер, — пробормотал он.
Ее теперь уже теплые руки снова начали гладить его тело, по-прежнему избегая области паха. Ее губы двинулись вниз, целуя его живот выше пупка, но Северус все еще чувствовал, что девушка колеблется.
Решив положить конец ее нерешительности (и в то же время сознавая, что если в этот раз подтолкнуть ее слишком сильно, другого раза может не быть), Северус быстро передвинулся, опустил руки и стянул с Гермионы ночную рубашку. Уложив ее на спину, он опустил лицо меж ее ног и приятно удивился, обнаружив, что Гермиона потекла. Используя свой опыт и знание ее тела, он почти довел ее до оргазма, но удержал на пике, не позволив кончить.
Он отстранился и лег на спину рядом с ней. Гермиона в замешательстве села и уставилась на него.
— Я думаю, сейчас самое время научиться чему-то новому, мисс Грейнджер, — хрипло выдохнул он.
Усадив ее на себя, Северус стал осторожно подталкивать ее бедра назад, пока не почувствовал членом ее влагалище, затем надавил на бедра ладонями, нанизывая ее на себя до упора. Гермиона сидела на нем, упираясь руками в его грудь, и привыкала к новым ощущениям.
— Если вы не будете двигаться, Превосходно превратится в Тролль, — в конце концов предупредил Снейп.
Гермиона слабо улыбнулась и, закрыв глаза, стала приподниматься, пока его член чуть не выскользнул из нее. Северус направил ее назад и рвано выдохнул сквозь зубы, когда его обхватила ее жаркая плоть. Гермиона повторяла это движение снова и снова, приходя в неистовство от невозможности избавиться от растущего в ней напряжения.
Снейп смотрел, как грудь мисс Грейнджер покачивается над ним, ее соблазнительные ягодицы терлись о его бедра, и это смело последние остатки его самоконтроля.
— По кругу, — процедил он сквозь зубы, отчаянно пытаясь сдержаться.
— Что?
— Наклонитесь вперед и двигайте бедрами по кругу, — проинструктировал он, одновременно считая в уме до ста на древнегреческом в тщетной попытке оттянуть оргазм.
Она в точности последовала его указаниям.
— Нет, — прошипел Северус. – Продолжайте при этом подниматься и опускаться.
— Зачем? – выдохнула она.
— Получите дополнительные баллы, — со стоном выдал он.
Гермиона изменила ритм движения и почувствовала приближение оргазма. Инстинктивно она попыталась остановиться, боясь продолжать. Северус, почувствовав ее колебания, крепче стиснул ее бедра и с силой опустил ее на себя, и у обоих вырвался гортанный вскрик удовольствия от нахлынувшего оргазма.
Все еще тяжело дыша, он быстро перекатил ее на спину и поднял ее ноги вверх, чтобы его семя не вытекало наружу.
— Держите… ваши ноги… вертикально, — выдохнул он.
Ответа не последовало.
Северус опустил взгляд и посмотрел на ее лицо – она спала. Его губы тронула улыбка.
— Во всяком случае, про грязнокровок одно можно сказать точно, — послышался невозмутимый голос из угла комнаты. — Выносливости им не занимать.

Глава 17. Маска и магические регалии
- Тише! - прошипел Снейп. - Хочешь её разбудить?
- Успокойся, друг. - Рудольфус Лестрейндж появился из тени в углу и подошел к кровати. – Или ты действительно думаешь, что она вырубилась от огромного удовольствия?
- Проклятье! - выдавил Снейп, понимая, что Рудольфусу удалось заколдовать ее так, что он и не заметил.
Все еще держа ноги спящей девушки поднятыми вверх, он быстро произнес несколько диагностических заклинаний.
- Если ты сделал хоть что-нибудь, что могло ей навредить, Рудольфус, я убью тебя.
Последний медленно проследовал вокруг кровати и присел рядом со спящей девушкой. Протянул руку и оценивающе пощупал ее грудь, не замечая, как Снейп стиснул зубы от злости.
- Не волнуйся, друг, - заверил мага Лестрейндж, - я не испытываю никакого интереса к твоей маленькой игрушке. Ну, за исключением ее беременности, конечно.
- Естественно, - выплюнул Снейп, скрывая беспокойство из-за раскрытого плана.
- Хотя, если бы она похудела... - лениво продолжил Рудольфус, - тогда да, она могла бы... заинтересовать меня.
- Она вполне устраивает меня и такой, какая есть сейчас. - отрезал Снейп, игнорируя свои недавние размышления о теле мисс Грейнджер.
- Твоя правда. - согласился Рудольфус. - Будь она худее, твое тощее тело точно отбило бы ей все кости. Ей нужен дополнительный защитный слой.
- Тогда мне интересно, почему же ты здесь, раз мы оба настолько тебе отвратительны? Я хочу услышать конкретную цель твоего визита. - Снейп стиснул кулаки.
Пожав плечами, Рудольфус продолжил изучать тело молодой ведьмы, но Северус отпустил ноги Гермионы и перехватил его руку.
- Если ты что-то сделаешь, то я убью тебя и ничто меня не остановит! - предупредил он, сжимая запястье волшебника до зловещего хруста.
Рудольфус поднял брови, ухмыляясь.
Северус застонал.
- Ну же, мой самый... любимый брат. - прошептал Рудольфус, проводя свободной рукой по обнаженной груди Снейпа.
- Нет. - настойчиво отрезал Северус, но не шелохнулся, чтобы остановить волшебника, умело ласкающего его соски.
- Я всегда знал, что ты тайно наслаждался моими прикосновениями, Северус.- соблазнительно прошептал Рудольфус. - Я знаю, ты был так против моего брака именно из-за ревности.
- Нет, Рудольфус. Это всего лишь противоречило моим желаниям. А путь наименьшего сопротивления довольно часто... пресекает те удовольствия, на которые ты намекаешь. - фыркнул Снейп, выпуская его запястье из захвата.
Рудольфусу потребовалось некоторое время, чтобы осознать слова Северуса. После того, как он понял, что он сказал, Лестрейндж нахмурился и отстранился от Снейпа .
- Ты отказывался исключительно из-за нарушенных ценностей, что навязал тебе мир магглов, - продолжил он уже с меньшей неуверенностью. - И только когда ты примирился с… нами… ты перестал сопротивляться.
- Нет, брат. Я сопротивлялся только потому, что не хочу, чтобы ты или любой другой мужчина прикасались ко мне.
Рудольфус сделал глубокий вдох под пристальным взглядом Снейпа, прежде чем снова обратить внимание на мирно спящую между ними девушку.
- А теперь ты получаешь удовольствие, принуждая кого-то другого. Потрясающее лицемерие!
- Я никогда её не принуждал.
- Возможно, - согласился Рудольфус. - но пришла она к тебе не по собственной воле, не так ли?
- Сегодня по своей, - отрезал Снейп с неприкрытым триумфом в голосе.
- Дурак ты, Северус. Слепой дурак! - Рудольфус невесело рассмеялся.
Снейп приподнял девушку заклинанием и перенес ее себе на колени, подальше от Пожирателя смерти.
- Я спрашиваю еще раз – ты пришел с конкретной целью? - он повторил вопрос, убедившись, что Гермиона находится в безопасности.
Внезапно Рудольфус просунул руку между ног Гермионы и собрал немного семени Северуса, стекающего по ногам девушки. Не отводя глаз от Снейпа, Рудольфус дочиста облизал свою руку.
Северус внутренне скривился от отвращения, но вида не подал и лишь ухмыльнулся ему.
- У Беллы сегодня ночью открылось кровотечение, - вдруг сказал Рудольфус, раздосадованный реакцией Снейпа, – так что ее снова вызовут для получения дополнительной... инструкции... от нашего Хозяина. И так до тех пор, пока это будет необходимо.
- Что ты подразумеваешь, Рудольфус?- осторожно спросил Северус, прикрывая одеялом их с Гермионой наготу.
- Не волнуйся, братишка, я не могу рассказать кому-либо о ваших маленьких планах. Я уже пытался сказать Белле, но твои заклинания мне не сломать, ты знаешь. Во всяком случае, даже если бы я мог сказать кому-нибудь, кто будет слушать?
- Я не знаю, что ты имеешь в виду. - замялся на мгновение Снейп, прежде чем ответить.
Воспользовавшись освободившимся на кровати местом, Рудольфус лег, закинув руки за голову, копируя прежнюю позу Снейпа.
- Ты ведь знаешь, я никогда не любил Беллу. То есть я испытывал эмоции, которые не испытывал прежде никогда. Когда у меня был выбор между ней и Нарциссой, я выбрал ее... Мою черную красотку*, - вспоминал он.
У Снейпа промелькнуло мимолетное желание спросить, на самом ли деле он сравнивал Беллатрикс с лошадью, но решил, что чистокровный маг в любом случае не поймет отсылку на маггловское произведение.
- Тогда я еще не понимал, что заполучив ее однажды, я уже не смогу быть с другой.
От такой очевидной лжи Снейп только фыркнул.
- Я имею в виду не только физическую сторону, - пояснил Рудольфус. – я говорю обо всем остальном. Мы с ней связаны на всю жизнь. Навсегда.
Он вдруг замолчал, уставившись пустым взглядом на обнаженную девушку на коленях Снейпа.
- Ты знаешь, она пыталась меня отговорить, - продолжил он наконец.
- Отговорить? – переспросил Снейп.
- Да, присоединяться к Пожирателям. Она всегда говорила, что я лидер, а не чей-то последователь. Сказала, что я пожалею об этом. Но она была моей женой, и я ... я заставил ее ... последовать за мной.
Он повернул голову и посмотрел Снейпу в глаза.
- Я не люблю ее. Я даже не уверен, способен ли на любовь вообще. Но я ... это я довел ее до такого. Я ее создал, сделал ее настолько отчаянной... И теперь она - фаворитка Темного Лорда... - его голос затих. - Ничего. Белла - моя ответственность. И мой провал, - опомнившись, продолжил он бодро. Он отвел взгляд от Снейпа, повернувшись к нему спиной и свесив ноги с кровати.
- Мы рассчитываем на тебя, Снейп. На тебя и твою мерзкую грязнокровку.
Медленно повернув голову, демонстрируя свой идеальный профиль, он просмотрел на Северуса и продолжил говорить.
- Не подведи меня. Информация, которую ты сегодня любезно мне предоставил, подразумевает, что тебе не понравятся последствия, которые я сам с наслаждением обеспечу. Я обещаю.
Он встал, обогнул кровать и направился в сторону, откуда появился ранее.
- О Люциусе не беспокойся, - продолжил Рудольфус. - Он никогда здесь не появится не только из-за твоих заклинаний. Он всегда боялся Беллу. Она убедила его, что его приход в это крыло нанесет серьезный вред его хорошенькой внешности, не говоря уже о здоровье.
- Ее крыло? - Северус ухватился за одну из загадок, всплывших этим вечером.
- Да, - ответил Рудольфус, - после того, как Нарцисса вышла замуж за Люциуса, Белла забрала это крыло для своих потребностей.
- И они были?
- Она нуждалась в месте, где могла бы спрятаться и почувствовать себя в безопасности.
- В безопасности?
- Это не твое дело, братишка. Кстати, поздравляю.
- Подожди! – вскочил Снейп. - Она не может заявиться сюда, Рудольфус.
- Она и не будет, брат. Нарцисса умерла, и теперь Белле ничто не угрожает. Этот дом был единственным местом, где я мог уберечь ее и заставить держатся подальше от Темного Лорда. Но я потерпел неудачу и теперь она полностью в его власти.
После этих слов он ушел.
Северус нахмурился. Это был не первый визит Рудольфуса, но он до сих пор не понимал, как ему удавалось так внезапно появляться и исчезать. Это точно не была аппарация, антиаппарационный барьер был на месте. Как и не тайный ход тоже. Кроме того, Снейп сомневался, что старший Пожиратель смерти вдруг стал анимагом во время своего пребывания в Азкабане. Тем не менее, после рассказа Люциуса об аврорских экспериментах, кто знает, на что Лестрейндж был теперь способен.
Северус быстро проверил свою подопечную, надеясь, что Рудольфус не рассказал кому-либо, особенно Люциусу, о Гермионе. Она была его ученицей, она находится под его опекой и, следовательно, он отвечал за ее безопасность.
Раздосадовано откинувшись на постель, Снейп прокручивал в голове их разговор. Во время прошлых визитов Рудольфуса они чаще обсуждали, как Снейпу вернуть благосклонность Темного Лорда. Вспоминали, смеясь, прошлые ошибки Люциуса и гадали, что он предпримет дальше. Это была одна из основных причин, по которой из всех Пожирателей смерти Северус сблизился именно с Рудольфусом. Ни один из них не допускал ошибок. Но сейчас все было иначе. Северус не мог понять наверняка – или это отлично спланированная ловушка, или он действительно приобрел сильного союзника среди Пожирателей смерти, который при необходимости сможет ему помочь. И сейчас он решил, как обычно, довериться своей интуиции.
Неожиданно в его голове всплыла последняя фраза Рудольфуса. Поздравляю. Он перевернул Гермиону на спину и взмахнул палочкой, рисуя сложный узор над ее животом, тихо бормоча заклинание. Пока он читал заклинание, на кончике его палочки вспыхнул ярко-красный свет, постепенно приобретая глубокий сапфирово-синий оттенок.
Снейп убрал палочку и рухнул обратно на кровать, закинув руки за голову. Он последовал правилу мисс Грейнджер о "удачном периоде", но он хотел подождать, когда закончится ее цикл, прежде чем провести тест на беременность. Тогда он мог бы "оплодотворять" ее в любое время в течение следующих шести дней. Едва заметная улыбка блуждала на его лице, прежде чем снова нахмурился.

***
Освободившись от сонных чар, Гермиона заворочалась и, перевернувшись во сне, удобно устроилась на груди Северуса. Часть ее густых волос упала на его лицо, заставив его выплюнуть пару кудрявых прядей изо рта.
Убрав худые руки из-под головы, он повернулся к своей бывшей ученице и осторожно просунул одну руку под нее, а второй обнял, прижимая к себе.
Ее запах окутал его, и он задремал, успокаивая себя тем, что это лишь холодный ноябрьский воздух подтолкнул его прижаться к ней, ища тепло ее тела.
Легкая улыбка тронула его губы, как только он представил, как он скажет этой молодой ведьме, что теперь они будут заниматься сексом не реже одного раза каждый второй день в течение следующих двух недель.

***
Следующим утром Гермиона проснулась с затекшей шеей, а Северус Снейп тихо сопел ей в ухо. Она устроилась поудобнее, понимая, что любая ее попытка выбраться из его объятий приведет к тому, что его настроение будет еще хуже, чем обычно по утрам. Но если он просыпался сам, то даже отвечал на некоторые ее вопросы. Иногда.
Она осторожно положила свои ноги рядом с его ногами, зная, что он это почувствует. Это не было откровенной попыткой его разбудить, так что он не смог бы ее в этом обвинить. Сопение прекратилось, и он хмыкнул, притягивая ее ближе к себе. Гермиона вздрогнула, когда одна из его тазовых костей впилась ей в ягодицу, но она молча это терпела. Примерно через семь минут он ее отпустит. Северус Снейп никогда не бывает ласков с утра. Через шесть минут и тридцать четыре секунды (да, она считала) Снейп хмыкнул, отодвинул ее, вытянул руку себе за спину, на сколько позволяла растяжка, а второй почесал себя внизу. Нос Гермионы слабо дернулся от отвращения. Он только ухмыльнулся в ответ на ее реакцию.
- Поздравляю, мисс Грейнджер, - его голос был хриплый после сна, - вы станете мамой.
Она закатила глаза.
- Мы уже это обсуждали - вы станете папой, - ответила она резко. – Если не будете убиты еще до этого, конечно. Между прочим, уже образовалась очередь, если вы не в курсе.
- Ах, романтика, - Снейп зевнул.
Гермиона со скрипом сжала зубы.
- Нет, профессор. Не романтика. Не любовь, - поправила она. - Необходимость.
- Что?- он повернулся к ней с притворным ужасом на лице. - Мисс Грейнджер, хотите сказать, вы не ждете, что в один прекрасный день я обнажу перед вами свою
израненную душу, сопровождая все это убеждениями в моей бессмертной любви, прежде чем пройти с вами по дорожке из тюльпанов?
Представив себе эту картину, Гермиона фыркнула.
- Если вы когда-либо это сделаете, я умру от ужаса и застряну с вами навсегда в виде вашего личного призрака, - возразила она.
- Какой ужас! - протянул Снейп. - Как вы думаете, мне было бы проще вас контролировать, будь вы призраком?
- Искренне надеюсь, что этого мы не узнаем никогда, - закончила с шутками Гермиона.
Она наклонилась за своим халатом, и тут ее сознания достиг страшный смысл того, что ей сказал Снейп. Она резко выпрямилась на кровати, ее грудь свободно покачивалась, избавившись от простыни.
- Мерлин. - прошептала девушка, мелко дрожа.
Пара сильных рук обхватила ее за талию, возвращая обратно в теплую постель.
- Мисс Грейнджер, - Снейп тихо заговорил ей на ухо, - не нужно паниковать. Вы знали, что это произойдет, и каждая случайность в будущем для вас и вашего ребенка уже спланирована мной. Я говорил вам - я забочусь о том, что принадлежит мне.
- Я не твоя. - ее голос был приглушен одеялом.
- О, вы моя, мисс Грейнджер. - возразил он настолько мягко, как только мог. - Ты можешь не верить в это и не принимать, но ты моя. И этот ребенок тоже.
Сдавленный всхлип достиг его ушей.
- Между прочим, - продолжил он язвительно, чувствуя, что его терпению скоро придет конец, - я еще даже не сказал вам об увеличении наших усилий, а вы уже ведете себя, как истеричная идиотка.
Повисло тяжелое молчание, прежде чем Гермиона решилась снова подать голос.
- Увеличение наших усилий?
Снейп отпустил ее, перекатываясь на спину.
- Да, мисс Грейнджер, - ответил он ухмыляясь, - теперь мы переходим на один раз в сорок восемь часов, иначе ваше тело будет отвергать плод.
Гермиона высунула голову из-под одеяла и посмотрела на своего Мастера, который явно наслаждался ее унизительным положением, лежа на спине и ухмыляясь.
- Вы не хороший человек. - решительно произнесла она.
Игнорируя свою наготу, она вскочила с кровати и метнулась в ванную, не заметив, как по лицу ее бывшего профессора пробежала тень.
- Нет, - нараспев произнес он, - определенно, нет.
Примечание:
*Black Beauty (Черный красавчик) – роман знаменитой английской романистки Анны Сьюэлл – прим. пер.

Глава 18. Лили танцует на столе
- Нет, Мисс Грейнджер, я не собираюсь рассказывать вам, ни где находится крестраж, ни что он из себя представляет! Когда вы будете готовы, мы его получим.
- Я готова, - возмутилась Гермиона. - Я беременна, не так ли?
- Этого не достаточно, - отрезал Северус, внимательно отмеряя пыль аконита, прежде чем добавить ее в кипящий котел. - Отойдите! Запах не из приятных.
Гермона отшатнулась в тот момент, когда Снейпа окутало тошнотворное зеленое облако. Он начал махать палочкой, напоминая Гермионе кондитеров с Брайтон-Бич, которые похожим способом наматывали сахарную вату на палочки. Благодаря усилиям Снейпа облако превратилось в мини-смерчь и, повинуясь плавной команде Мастера зелий, исчезло в котле с зельем, после чего кипение прекратилось и зелье стало прозрачным. Удовлетворенно ухмыльнувшись, Снейп потянулся за мышью, сидящей в клетке на столе.
- Не советую вам смотреть на это, мисс Грейнджер, - предупредил он.- Это может расстроить ваши беременные чувства.
Гермиона упрямо скрестила руки на груди и хмуро посмотрела на него. Подняв на нее глаза, Снейп поймал ее злой и дерзкий взгляд и, ухмыляясь, бросил мышь в зелье.
Зверек истошно визжал, погружаясь в зелье, но когда его мордочка снова показалась над поверхностью, больше не издал ни звука. С помощью шумовки Снейп вытащил мышь и положил на стол. Зверек не шевелился.
- Поздравляю, профессор, – съязвила Гермиона, – вы сварили мышь.
- Порой меня поражает ваше невежество и отсутствие наблюдательности, мисс Грейнджер. Разве она выглядит мертвой?
Гермиона взглянула на мышь и вскрикнула, когда грызун повернул голову и уставился на нее.
- Ее глаза, - выдохнула девушка, мрачно смотря на волшебника, - что вы сделали?
- Я извлек ее душу, – любезно просветил ее Снейп.
Он поднял мышь и поместил ее в отдельную клетку. Затем он повернулся к Гермионе, приподнимая бровь в немом вопросе.
- Ну, очевидно, зелье для крестража, - она фыркнула, - чтобы извлечь часть... его души, находящейся в них. Я не идиотка.
- Иногда я готов с этим поспорить.
Она рассерженно фыркнула, топнув ногой.
- И это маленькое представление, видимо, должно изменить мое мнение? - пробормотал он, осторожно переливая зелье в маленькие круглые сосуды.
Гермиона, со скрещенными на груди руками, смотрела на него, нетерпеливо постукивая ногой.
Приведя лабораторию в идеальный порядок, Снейп повернулся к рассерженной юной ведьме.
- Мисс Грейнджер, - сказал он, устало, потирая лоб, - две недели еще не про...
- Они истекают завтра, - она прервала его.
- Это все равно опасно!
Отвернувшись от нее, он принялся нервно расхаживать по комнате из стороны в строну.
- Профессор, - медленно начала Гермиона, - мне достаточно быть беременной, чтобы получить крестраж. Если я потеряю ребенка... Вы знаете, несчастные случаи происходят... Я молода и у меня еще будет возможность иметь детей, если…
- НО НЕ У МЕНЯ!
Северус подскочил к Гермионе и схватил ее за плечи, с силой встряхивая.
- Да ПЛЕВАТЬ я хотел на Волдеморта, глупая маленькая девчонка! - прошипел он, брызгая слюной ей в лицо. - Я всего лишь защищаю то, что принадлежит мне!
- А я просто беспокоюсь! – закричала она, пытаясь вырваться. - Я не хочу жить в мире, управляемом этим психопатом! И я уже говорила вам – я вам не принадлежу!
Тяжело дыша, они смотрели друг на друга. Девушка не могла не обратить внимания, что профессор, впервые за все время общения с ним, назвал Волдеморта по имени, а не одним из его "титулов".
- Мы ведь добудем крестраж в любом случае? – спросила она наконец.
- Не просто крестраж, мисс Грейнджер. Средство, которое обеспечит нам выживание, что бы ни произошло. Как и вы.
- Но у вас есть другие крестражи, - запротестовала она. - У вас есть палочка и медальон!
Гермиона смотрела на его прикрытые глаза.
- Они уже у вас, не так ли? - тихо спросила она.
- В данный момент - да, - ответил он. - Тем не менее, нам нужно что-то, что помогло бы мне быть принятым обратно.
- Куда - обратно? – с ужасом прошептала она.
- Не будь глупой, - отрезал он, отпуская ее и продолжая расхаживать по комнате.
Снейп заговорил снова, но Гермиона была слишком потрясена, чтобы слушать. Она вдруг отчетливо поняла, что была именно такой, какой он ее назвал – маленькой глупой девочкой. Ну а он не заботился ни о чем и ни о ком, кроме себя, и того, что он считал своим. Земля медленно уплывала из-под ног.
- И если я вас ослушаюсь - я умру, - вырвалось из ее уст.
Снейп перестал расхаживать и посмотрел на нее, на его лице проступило удовлетворенное выражение.
- Да, мисс Грейнджер, - он ухмыльнулся.
- Если умру я, - продолжила рассуждения Гермиона, – то и ваш ребенок тоже.
Она подняла на него свой решительный взгляд, его глаза чуть расширились от удивления.
- Я думаю, Северус, что если ты действительно так сильно хочешь этого ребенка, то самым верным решением для тебя было бы помочь нам добраться до крестражей и отдать их Ордену Феникса вместе с этим зельем.
В конце ее речи палочка в руках Снейпа слегка задрожала и вена на его виске начала быстро пульсировать. Они смотрели друг на друга молча, не отводя взглядов. Вдруг Снейп сделал шаг к ней, но она не шелохнулась. Он остановился и отвесил ей короткий поклон, прежде чем развернуться и стремительно покинуть комнату. Черная мантия эффектно развивалась за ним от скорости его шагов.
Гермиона устало рухнула на одну из рабочих табуреток и сделала пять глубоких вдохов, пытаясь успокоить сердцебиение. Она выпрямилась, и небольшая улыбка тронула ее губы.
Она начала понимать, почему Снейп так любил контроль. Это было достаточно забавно.

***
Снейп ходил по библиотеке, сжимая и разжимая в руке палочку и зловеще бормоча под нос. Живоглот лениво наблюдал за ним, потом соскочил с дивана и метнулся между ног Мастера зелий. Снейп потерял равновесие, споткнувшись о кота, но из последних сил удержался, чтобы не пнуть эту чертову тушку, так как шрамы на левой лодыжке зельевара все еще напоминали о первой (и последней) попытке разобраться с пушистой проблемой.
Вместо этого он направился к небольшому шкафу и извлек оттуда Омут памяти Дамблдора. Присев на диван, весь покрытый шерстью линяющего Живоглота, он достал палочку и сделал ею круговое движение.
Над поверхностью всплыло изображение. Лили Эванс, со струящимися вокруг лица волосами, стояла, уперев руки в бока, и ругала тощего некрасивого мальчишку напротив нее. Он потупил взгляд, его сальные волосы свисали, скрывая лицо, за исключением, конечно, носа. Лили из Омута памяти посмотрела на сгорбленную фигуру перед ней и вдруг, отняв руки от бедер, прижала его к себе, обнимая.
Изображение вернулось обратно в Омут, но память осталась. Это был их второй год в Хогвартсе, и им было по двенадцать лет.
Со времен смерти матери это было первое объятие Северуса Снейпа.
Маг вздохнул и закрыл глаза, отодвинул Омут в сторону и лениво погладил Живоглота, что запрыгнул обратно на диван. Легкая улыбка тронула его губы.
Гермиона и Лили действительно пугающе похожи, - подумал он.
Не в первый раз.

*~*~*~*~*
Позже ночью Гермиона и Северус лежали в постели абсолютно обнаженные, на спине, закинув руки за голову и смотря на балдахин, пытаясь не касаться друг друга, пока Гермиона наконец не вздохнула и не повернулась на бок, задумчиво изучая Мастера рядом с ней. Протянув руку, она провела пальцем по его переносице.
- Что ты делаешь? - спросил он тихо.
- Первый шаг, - ответила она. - Мы должны сделать это — вы так говорили.
- А если я солгал? - поинтересовался он.
- А вы солгали?
- Нет.
Комнату заполнила тишина.
Гермиона снова перевернулась на спину и продолжила рассматривать балдахин.
- Я не знаю, где он, - соблазнительный голос Снейпа прозвучал из темноты.
- Крестраж?
- Нет, Мисс Грейнджер, ваш клитор. Конечно, проклятый крестраж!
И тишина.
- А что насчет моей точки G? - наконец спросила Гермиона.
Приглушенный хохот прозвучал со стороны ее партнера. Она почувствовала, как матрас прогнулся под его весом, когда он перевернулся на бок и посмотрел на нее.
- Вы флиртуете? - спросил он почти кокетливо, хотя это явно не тот термин, который можно применить к ее бывшему профессору.
- Думаю, нет, - заявила она. - Мне говорили, что в этом я не очень хороша.
- Вы же знаете, что Рон Уизли - идиот, - непринужденно ответил Северус, протянув руку и небрежно погладив ее по груди.
- Ну конечно, - со смешком ответила она.
В качестве награды за согласие с ним, его руки медленно опустились на упругие волоски между ее ног и принялись ласкать, настойчиво показывая, что он точно знал, где у нее клитор.
Когда Гермиона тяжело задышала, отчаянно цепляясь за руку, он отстранился от нее и повернулся на спину.
Издав тихий стон разочарования, Гермиона села на него сверху, проводя руками по его телу. Последние две недели, наравне с другими знаниями, принесли ей и понимание его тела. Она нежно, но страстно укусила его за шею, одновременно лаская его соски, ласково прокручивая их между пальцами.
Он заурчал от удовольствия и она, обнадеженная этим, потерлась своим влажным естеством об его уже эрегированный член, размазывая по нему свою влагу. Его рука зарылась в ее волосы и он, притянув ее к себе, увлек в глубокий поцелуй. Гермиона замерла на секунду, прежде чем жарко ответить ему. Он смутно осознавал, что это был их первый страстный поцелуй, не считая тех раз, когда она была под афродизиаком. В ответ на этот поцелуй его член дернулся, и Гермиона застонала ему в рот. Он оторвался от нее, наблюдая, как слюна растягивается между их ртами. Это была, возможно, самая эротичная вещь, которую он когда-либо видел в жизни.
- Поцелуй меня, - приказал он хрипло.
- Я ведь уже… - удивленно прошептала девушка. Если бы она раньше знала, как он целуется, она бы набросилась на него в первый же день в школе.
- Нет, - ответил он, - поцелуй меня. Его руки слегка подтолкнули его, показывая, ГДЕ он хочет ощутить ее губы. Глаза Гермионы расширились.
- Я не... – неуверенно начала она.
- Я знаю, - сказал он. – Пожалуйста.
Гермиона поняла - это пожалуйста стало решающим. Она никогда не слышала, что бы он молил о чем-либо. В том, что случилось дальше, была вина ее природной любознательности или, возможно, ее гормонов, но она легко скользнула вниз по его телу, устраиваясь поудобнее, зажала его ногу между своих бедер, дополнительно стимулируя себя, осторожно взяла в руку его член, все еще влажный от ее смазки, и инстинктивно двинула рукой вверх-вниз.
- Сильнее, - прошептал он, - и быстрее.
Она подчинилась, пока его рука в ее волосах ее не остановила.
- Подожди, слишком сильно, - его дыхание сбилось.
Гермиона выпрямилась и потерлась своим чувственным местечком об его согнутое колено. Он тяжело дышал, стараясь успокоиться и остановить приближающийся оргазм. Она изучающе взглянула на него, оценивая свои силы. На ее губах промелькнула легкая улыбка и, наклонившись вниз, девушка сначала осторожно провела языком по головке его члена, после чего всосала всю ее в рот.
- О, Мерлин... - простонал он.
Она подняла глаза, глядя на него. Его лицо изумленно вытянулось, глаза расширились от удовольствия. С едкой усмешкой Гермиона открыла рот и взяла его член полностью.
Северус Снейп заскулил.
Вспомнив перешептывания соседок по комнате, она провела языком по члену, удерживая его во рту. Внезапно Гермиона отстранилась, оттолкнула его так, что он упал на спину, и села на мужчину сверху, сжимая его бедра своими. Она протянула руку к его члену, направляя его, и опустилась на него до основания, упираясь ногами в его тазовые кости.
Пару движений - и его член уперся в особенно чувствительную точку, заставив ее кончить. Только ее тихий стон говорил об ее удовольствии.
Северус оттягивал свой оргазм, он хотел в полной мере ощутить, как она сжимается вокруг его члена на пике наслаждения. Когда она достигла оргазма во второй раз, он уже не мог больше сдерживаться и, перевернув ее на спину, кончил с громким стоном. Он ощутил, как нежные ладошки пробежались по его спине, поглаживая плечи.
- Я отключаюсь, - пробормотала она сонно.
Он лег рядом и обнял девушку, уткнувшись в гриву волнистых волос.
- Ладно... – сонно продолжила она, - я знаю, где чаша...
Эти слова вырвали Северуса Снейпа из сладкой неги. Сон как рукой сняло.

***
Примечание:
• Название главы взято из песни Taxi Ride Тори Амос:
Lily is dancing on the table
We've all been pushed too far
I guess on days like this
You know who your friends are (...)
• Аконит (англ. Aconite, лат. Acntum), варианты русских названий — борец, клобук монаха, волчья отрава, венерин башмачок) — род многолетних трав семейства лютиковых. В мире Гарри Поттера аконит входит в состав многих зелий, является ингредиентом в Волчьем противоядии, также является компонентом Зелья пробуждения и других.

Глава 19 . Преувеличенный взгляд на плен (The exaggerated look of captivity*)
Рассветные лучи озарили квадратное здание, которое в свете утреннего солнца смотрелось обманчиво красивым и безопасным. Голый двор, вместо того, чтобы выглядеть пустынным и неприветливым, наоборот казался очень комфортным и уютным. А высокая ограда подчеркивала это, словно обещаю защиту всех тем, кто находится внутри.
Стоило солнцу подняться выше, как иллюзия исчезла, сменившись суровой реальностью. Именно в эту реальность Северус Снейп и Гермиона Грейнджер и аппарировали с негромким хлопком.
- Как вы могли заметить, сердце у меня не болело, а это значит, что я ничего от вас не скрываю! Я думала, что мы ищем последний крестраж, а не чашу! - раздался обиженный голос Гермионы.
- Тогда ваша теория о том, чем является последний крестраж, в корне не верна, - прошипел Северус сердито.
- Это не так, - ответила Гермиона. – Всего лишь недопонимание. В этот раз ни один из нас не был прав.
В глубоком возмущении она подошла к входной двери и открыла ее, дернув на себя.
- Что вы делаете? - прорычал Северус. – Сейчас не время паясничать!
- Я захожу внутрь, - ответила она сквозь стиснутые зубы. - Я же сказала вам, что чаша находится внутри, вероятно, в шкафу в его старой комнате.
Снейп удивленно посмотрел по сторонам, затем вновь обратил взгляд к Гермионе. Его глаза опасно сузились.
- Ну, вы идете? - по правде говоря, Гермионе было не совсем комфортно идти одной в заброшенный детский дом. Она понятия не имела, какие ловушки Волдеморт установил, чтобы защитить чашу Пуффендуя.
Снейп протянул руку и положил ее на плечо Гермионы.
- Я не могу, - сообщил он ей мягко, опасаясь ее реакции. - Я сожалею, мисс Грейнджер, но я не вижу ничего, кроме пустыря.
- О... - протянула она. Прикусив губу, девушка повернулась к зданию и обхватила Снейпа за талию, хотя его рука и продолжала лежать у нее на плече. - Это усложняет дело, не так ли? - риторически спросила она.
Внезапно она выпрямилась, закинула волосы на спину и отошла от Снейпа, чья близость дарила подозрительное спокойствие. Чем раньше я войду, тем быстрее выйду - успокоила она себя и шагнула к двери.
- Гермиона…
Она повернулась к нему - ее надзирателю, любовнику, личному кошмару и учителю.
- Будь осторожна, - предупредил он. - Будь очень, очень осторожна.
Коротко кивнув, она повернулась и, не останавливаясь, скрылась за дверью.
Северус наблюдал за тем, как она исчезла из его поля зрения. Наколдовав стул, он сел, вытащив палочку, и стал ждать.

***
Гермиона медленно шла по черно-белому паркету коридора, сжимая в руке палочку в ожидании любого звука или движения. Следуя подсказкам Гарри, которые он успел увидеть в Омуте, она поднялась по каменной лестнице на второй этаж и остановилась. Осторожно заглянула в длинный коридор, но там тоже было очень тихо. На короткий миг у нее возник соблазн вызвать Волшебный Огонь и проверить все комнаты, но она подавила это желание. Активировать какие-либо ловушки этой магией было бы глупо. Осторожно приблизившись к первой двери в коридоре и дублируя действия монахини из воспоминаний Гарри, девушка дважды постучала и вошла.
На сером одеяле, прикрывавшем старую кровать, сидел Том Реддл - красивый темноволосый мальчик, лет одиннадцати на вид.
Он изучающе смотрел на девушку, скривив губы и наморщив лоб. В руках будущий Волдеморт крутил то, за чем она и пришла, - небольшую золотую чашу с аккуратно отделанными ручками и гравировкой барсука.
- Я вас не знаю, - решительно заявил мальчик. – Кто вы?
Глядя на него, Гермиона отчетливо осознавала, что если она и научилась чему-то в волшебном мире, так это тому, что не все есть тем на самом деле, чем оно кажется. Кроме того, время, проведенное со Снейпом, научило ее важности конспирации. Так что сейчас она ответила Реддлу совсем не так, как ответила бы одиннадцатилетнему волшебнику, собирающемуся впервые ехать в Хогвартс.
- Я – один из ваших самых преданных последователей, мой Господин, - пробормотала она, контролируя себя изо всех сил и опускаясь на колени.
Она не видела лица Волдеморта, но отчетливо слышала его ухмылку в его голосе.
- Как замечательно... – прошипел он молодым голосом, - и почему ты здесь?
- Чтобы взять ваш крестраж, мой Господин, - ответила она правдиво.
Пружины старой кровати противно скрипнули, когда он поднялся, чтобы подойти к ее склоненной фигуре. Глядя на девушку сверху вниз, он мягко подтолкнул коленом ее подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.
- Легиллименс! – и в голове гриффиндорки заскользили образы – ее уроки с Северусом, спор с Гарри, погром в классной комнате Хогвартса (что на самом деле было кабинетом профессора Трелони), урок Зелий с профессором Слизнортом. Все эти воспоминания были правдивыми, это была ее жизнь, ее детство, и сейчас ей даже не требовалось их изменять. Она была сильна в окклюменции, но все же надеялась, что это воспоминание Волдеморта, этот фантом не будет так же силен в чтении чужих мыслей, как настоящий Темный Лорд.
Внезапно Реддл остановился.
- Хорошо... – пробормотал он, - очень хорошо. Итак, кто я такой?
- Вы – воспоминание Лорда Волдеморта, - быстро ответила Гермиона, надеясь, что он был создан примерно в тот же период времени, что и воспоминание в дневнике Реддла старшего возраста.
- Превосходно, - ответил он, убирая ногу из-под ее подбородка. – Встать!
Она поднялась, позволяя ему рассмотреть себя куда внимательней, чем прежде. Когда вдруг молодой Волдеморт протянул руку и схватил ее за грудь, она изо всех сил молилась, чтобы всхлип боли и отвращения, что вырвался у нее непроизвольно, был принят ним за проявление желания. Он усмехнулся и опустил руку вниз ее живота.
- Тебе ведь это нравится, не так ли? – с сомнением протянул он, а в его глазах отчетливо блеснули оттенки красного, когда Реддл пристально на нее посмотрел. – Тебе ведь нравится, когда твой Господин подчиняет тебя себе?
- Да, мой Лорд, - ответила она, пытаясь успокоиться.
- Ты говоришь правду, - теперь он смеялся, а Гермиона же старалась не думать, какие могут быть последствия такого ее ответа.
- И все же, мой послушный сосуд, почему именно ты? – теперь он стоял за ее спиной, его руки ласкали грудь и живот девушки, прежде чем опуститься ниже.
Гермиона старалась сдержать дрожь отвращения от действий Волдеморта, который продолжал исследовать ее тело.
- Так как же, скажи мне? – продолжал шептать мальчик. – Конечно, вы, магглорожденные шлюхи, невероятно хороши в этом. Но кто бы мог подумать, что внутри грязнокровки может быть настоящая магия, верно?
- Кролик Билли Стаббса, – выдохнула она, пытаясь убедить его и прекратить эти отвратительные действия, - он был вашей первой жертвой. Вы подвесили его под стропилами магией и сказали, что он сделал это сам.
- Ты, видимо, действительно почитаешь меня, раз знаешь такие подробности, - прорычал он, постукивая чашей о ее бедро.
- Я только ваша, мой Господин, - Гермиона положила руку себе на живот. – Вы выбрали меня для этой огромной чести.
- Я бы предпочел Беллу... – протянул мальчик капризно. – Она чистокровная, в конце концов. С какой стати мне выбирать грязнокровку?
- Мои мозги, мой Лорд, - поспешно объяснила Гермиона. – За свои экзамены я получила десять Превосходно и один Выше ожидаемого.
Волдеморт смотрел на нее с минуту, прежде чем спросить:
- И по какому предмету ты получила Выше ожидаемого?
- Защита от темных искусств, - ответила она честно. – По правде говоря, мой Господин, я никогда не любила эту тему. Я предпочитаю изучать Темные искусства, а не защищаться от них.
Реддл восхищенно рассмеялся, запрокинув голову.
- Ах, вот оно что... – выдохнул он удовлетворенно. - Вот почему я выбрал тебя!
С этими словами он вложил чашу ей в руку.
- Иди, Гермиона Джейн Грейнджер. Верни мне мое сокровище, - приказал он.
Получив свободу, она осторожно двинулась прочь из комнаты. Стоило двери захлопнуться за ней, она поняла, что ни разу не называла ему своего имени. Вдруг здание задрожало, с потолка посыпалась штукатурка и балки, пол провалился в некоторых местах, просвечивая нижний этаж. Крепко прижав к груди чашу, девушка бежала к выходу, практически скатываясь вниз по частично разрушенной лестнице. Оказавшись в холле, она бросилась к входной двери, задыхаясь от быстрого бега и игнорируя вкус крови во рту, а сердце бешено стучало в ушах.
Нащупав замок свободной рукой, она с силой толкнула дверь и вывалилась во двор, который теперь освещало заходящее солнце. Упав на землю, Гермиона хрипела и кашляла, задыхаясь от пыли разрушенного дома.
- Я получила... Я получила его! – прохрипела она, пытаясь сфокусировать взгляд перед собой.
- Видишь, любовь моя, я ведь говорил тебе, что грязнокровки тоже могут быть полезными, - раздался язвительный голос.
Потрясенная, Гермиона вскочила на ноги и увидела перед собой картину – Волдеморт, вновь в змеином обличии, Беллатриса и Рудольфус Лестрейндж, Люциус Малфой.
И Северус Снейп.
Он смотрел на нее и смеялся.
Примечание:
Название главы взято со стихотворения Jayne Cortez “There it is”:
And if we don’t fight
if we don’t resist
if we don’t organize and unify and
get the power to control our own lives
Then we will wear
the exaggerated look of captivity
the stylized look of submission
the bizarre look of suicide
the dehumanized look of fear
and the decomposed look of repression
forever and ever and ever
And there it is

Глава 20. Никакого прощения после таких новостей
Гарри Поттер сидел за кухонным столом на площади Гриммо, 12, склонив голову на скрещенные руки, прислушиваясь к разговорам вокруг него. Весь Орден Феникса был здесь - они спорили, переругивались, планировали, но как бы там ни было, успехов было мало. Кроме палочки Когтевран, которую по счастливой случайности нашел Билл Уизли, похвастаться Ордену было больше нечем.
Так или иначе, Хогвартс все еще был открыт, но даже этим они обязаны совету Северуса Снейпа. Гарри разочарованно скрипнул зубами, признав наконец, полностью и безоговорочно, что Снейп действительно был им нужен.
Вдруг парень вздрогнул, когда острая боль пронзила его голову и, тихо вскрикнув, схватился за шрам.
- Ты в порядке, Гарри? – спросил Люпин обеспокоенно, легко касаясь руки Поттера.
- Все нормально, Ремус, - ответил Гарри. – Я просто... Видите ли, я уже сыт по горло. Всем этим, - добавил он, многозначительно глядя на остальных членов Ордена.
- Я понимаю, что это трудно, Гарри, - продолжил оборотень, сочувственно глядя на сына своих погибших друзей, - но ты знаешь – я всегда здесь...
Но закончить он не успел. Истошно закричав, Поттер свалился на пол и, корчась в агонии от боли, забился в конвульсиях. Замешкавшись на секунду, Кингсли Шеклболт запрыгнул на стол и, направив на парня палочку, прокричал:
- Mentis Contego!
Наступила тишина, нарушенная только рваным дыханием Гарри.
- Гермиона... – прохрипел он, изо всех сил пытаясь подняться на ноги, - в опасности. Мы должны спасти ее.
Вот теперь тишина стала абсолютной.
- Мне не кажется, что она хочет быть спасенной, - начала закипать Молли.
Поттер проигнорировал ее колкость, с облегчением отмечая, что некоторые из членов Ордена согласно закивали в ответ его словам.
- Она в бывшем детском доме Волдеморта, - начал он.
- Которого нет, - тут же прервала его Тонкс. – Гарри, мы уже обсуждали это! Мы были там – там нет ничего, кроме пустыря, и крестража там тоже нет!
- Глупости, - отрезал парень, наконец поднимаясь и прислоняясь к столу. – Я только что его видел.
Гриффиндорец обвел глазами присутствующих – в их глазах отражались непонимание и скепсис. Никакой поддержки.
- Говорю же – я видел его! Глазами Волдеморта, - объяснил он, касаясь шрама.
Кто-то ахнул, остальные продолжали молчать, но парень понимал, что из двух людей, которые бы сразу поверили ему, здесь не было ни одного. Один был мертв, а второй сейчас отчаянно нуждался в его помощи.
- Ну и где этот детский дом может быть? – выплюнул Грюм, яростно вращая искусственным глазом.
Пока Тонкс пересказывала ему попытки вычислить местонахождение здания, не забыв подчеркнуть, что успехом они не увенчались, Гарри выпрямился и двинулся в сторону коридора.
- Куда это вы собрались, молодой человек? – взвизгнула миссис Уизли, заставив всех в кухне поморщиться от высокой тональности ее голоса.
- В туалет, - ответил Поттер, уже поднимаясь по лестнице.
Достигнув верхней площадки, он с помощью Акцио призвал метлу и мантию-невидимку и, накинув на себя дезиллюминационное заклинание, вылетел во входную дверь за помощью, которую он мог найти только в Хогвартсе.
Ремус Люпин ворвался в прихожую как раз в тот момент, когда входная дверь за парнем захлопнулась. И снова оборотень опоздал с помощью дорогим ему ученикам.

***
Северус Снейп смеялся.
Стоя между Люциусом Малфоем и Рудольфусом Лестрейнджем, он смеялся, запрокинув голову назад, очень правдоподобно изображая неподдельное веселье.
Повинуясь едва заметному сигналу Темного Лорда, Беллатриса подскочила к зельевару и с размаху ударила его по лицу. Смех Снейпа резко прекратился. Когда мужчина даже не шелохнулся, чтобы нанести ответный удар, Гермиона начала подозревать, что что-то серьезно не так. Глядя, как нервно Снейп прокручивает палочку между пальцами, подозрение девушки переросло в убеждение – они были в очень тяжелом положении.
Тяжело дыша, она незаметно передвинула чашу под мантией и протолкнула ее в один из скрытых Снейпом дезиллюминацией карманов, медленно поднялась на ноги и встретилась взглядом с Темным Лордом. Легкая ухмылка на мгновение промелькнула на губах девушки.
Змеиные глаза Волдеморта гневно вспыхнули, и тишину нарушил его яростный шепот:
- Как ты смеешь смотреть на меня, грязнокровка!
Рванув вперед, он схватил Гермиону за горло и, сдавив, с отвращением оттолкнул ее обратно на землю.
- Дай мне чашу, - приказал он, пока она пыталась выровнять дыхание и успокоить бешено стучащее сердце.
- Нет, - прозвучал вызывающий ответ.
- Невероятно... – тихо протянул Рудольфус на ухо своей жене. – Меня всегда поражали гриффиндорцы за их безрассудный героизм, не так ли, любовь моя?
Белла мечтательно улыбнулась.
- С этой будет то же, что и с Лонгботтомами, - промурлыкала она, скользя ладонью по руке мужа. – Жаль, что Барти сейчас не с нами, - добавила колдунья, искоса глядя на неподвижного Снейпа.
Подняв руки с палочками синхронно с мужем, они направили их на скорчившуюся на земле девушку.
- Кру... – но договорить им не дал истошный визг разъяренного гиппогрифа.
Вскинув головы вверх, темные маги увидели никого иного, как Гарри Поттера верхом на Клювокрыле, спешащего на помощь.
Волдеморт расплылся в улыбке и убрал свою палочку. Люциус последовал его примеру.
Супруги Лестрейндж повернулись к лежащей на земле Гермионе с дикими улыбками на лицах. Закрыв глаза, гриффиндорка уже проклинала безрассудную храбрость Мальчика-который-выжил.
- Глупец... – прошипел Волдеморт, готовясь уничтожить своего врага.
Но, прежде чем он или кто либо еще успели что-то предпринять, всех окутало плотным облаком тьмы. Гермиона ощутила, как Гарри резко дернул ее вверх на спину Клювокрыла. Девушка изо всех сил вцепилась в друга, боясь свалиться обратно.
Стоило гиппогрифу оторваться от земли, она, будто опомнившись, закричала:
- Профессор Снейп!
- Он более чем в состоянии сам позаботиться о себе, Гермиона! – отрезал Поттер после того, как они вырвались из облака Перуанской Тьмы. Зверь дернулся, отшатнувшись от летящего в него проклятия.
- Нет, Гарри, мы должны вернуться за ним! – продолжала кричать Гермиона, безуспешно пытаясь развернуть Клювокрыла обратно к черному облаку.
Понимая, что он не сможет одновременно управлять гиппогрифом и усмирять разбушевавшуюся девушку, Гарри с сожалением прислонил палочку к виску подруги и прошептал:
- Lethargus.
Гермиона тут же обмякла в его руках. Засунув палочку обратно в карман, он покачал головой. Поразительно, как в состоянии стресса она часто забывала что она – волшебница.
Добравшись до Хогвартса и оставив Клювокрыла Хагриду, парень вернулся со своей бессознательной подругой на Гриммо, 12.

***
Открыв глаза, Гермиона увидела главных членов Ордена, окруживших ее. С трудом сфокусировав взгляд после сонного заклинания, девушка заметила свою палочку в руках Билла Уизли, в то время как Грозный Глаз рассматривал чашу Пуффендуя. Дернувшись вперед, гриффиндорка обнаружила себя привязанной к стулу.
- Какого черта?! – яростно прохрипела она, безуспешно борясь с магическими путами, что прочно удерживали ее на месте.
- Нашел еще что-нибудь? – голос Артура Уизли, обращенный к Грюму, прозвучал немного резко.
Гермиона напряглась, когда последний, опершись на нее, заскользил волшебным глазом по всему ее телу.
- Кроме пары плюй-камней, ничего, - сообщил мракоборец мистеру Уизли. – Кстати, мисс Грейнджер, интересное решение с потайными карманами.
- Отпустите меня немедленно! – потребовала девушка. – Мне нужно идти!
- Зачем? Гермиона, мы здесь, чтобы помочь тебе, - Билл, казалось, искренне пытался ее успокоить, но тот факт, что ее палочка все еще находилась у него, только больше раздражало Гермиону.
- Я должна помочь профессору Снейпу, - наконец выдавила она.
Тонкс и Ремус, стоявшие слева от девушки, синхронно отшатнулись в сторону, пропуская вперед Рона Уизли. Парень был готов взорваться от злости.
- Помочь ему?! – прокричал он. – Так это теперь называется?! А я-то думал, что раздвигать ноги перед магом, который на тебе не женат, это...
Но закончить он не успел. Волна боли резко пронзила тело девушки, заставив ее пронзительно закричать. Гермиона знала, что это. Магическая клятва требовала исполнения долга. И выбора у нее не было.
Присутствующие, в панике отшатнувшись, с ужасом смотрели на мучения девушки.
Гарри дернулся вперед, пытаясь освободить подругу от магических пут, только усугубляющих ее положение. Путы не поддавались, на губах Гермионы выступила белая пена. В отчаянии обернувшись, парень понял, что никто не двинется с места, чтобы как-то помочь.
- Билл! – паника накрывала Гарри с головой. - Клятва! Ее нужно разорвать!
Грозный Глаз с силой сжал плечо Поттера, пытаясь образумить. Ремус, замешкавшись на секунду, повторил движение мракоборца, положив руку на второе плечо парня.
- Она несет ответственность, мальчик, - грубо отрезал Грюм. – Спасение ее жизни подвергнет опасности тебя, в первую очередь. Мы не можем рисковать борьбой с Темным Лордом.
- Это сложное решение, - в глазах оборотня заблестели еле заметные слезы, - но на войне жертвы неизбежны, Гарри.
В следующий миг Ремус и Грюм отлетели к стене, отброшенные невидимой магической волной. Билл замер на месте под прицелом палочки Мальчика-который-выжил.
- Не двигайтесь, - голос парня больше не дрожал. Волшебники замерли, не отводя взгляда от глаз Гарри – в них отчетливо проступил пугающе-красный цвет.
- Останови это, быстрее! – красные глаза, в которых осталось мало от прежнего Гарри, смотрели на Билла.
- Я не знаю, как! – Билл запаниковал, понимая, наконец, какая огромная сила скопилась в парне в этот момент. Он чувствовал, как из его носа и ушей тонкими струйками стекает кровь и молил Мерлина просто пережить этот день.
Остальные в комнате рухнули на пол, сбитые с ног магической волной, вырвавшейся из парня. Гарри выпустил Билла, который тут же присоединился к остальным в их горизонтальном положении, и рванул обратно к Гермионе. Хрупкое тело девушки сотрясалось в конвульсиях, губы, покрытые вспенившейся слюной, посинели.
- Pollicitus Frango! – из мальчишеской груди вырвался глубокий, далекий от его родного, голос.
Вспышка фиолетового света сорвалась с палочки, обволакивая девушку, прежде чем исчезнуть в ее груди. Конвульсии прекратились, и способность дышать вновь вернулась к гриффиндорке. Освободив подругу от невидимых пут, Гарри заботливым жестом стер слюну с ее лица. Все еще слабая, она наклонилась к лежащему на полу Биллу, забирая назад свою палочку. Затем с помощью Акцио призвала чашу из-под неподвижного тела Грюма.
- Что произошло? – спросила девушка, глядя на бессознательных волшебников.
- Я вышел из себя, - коротко ответил парень, протирая палочку рукавом рубашки. – Они собирались позволить тебе умереть, Гермиона! – продолжил он, снова закипая. В зеленых глазах заблестели слезы.
Девушка шагнула к нему и крепко обняла, успокаивая.
- Почему я до сих пор жива? – пробормотала она, постепенно осознавая, что действие Непреложного Обета остановлено. – Гарри! Я должна знать, что произошло! – требовательно продолжила Гермиона.
Разорвав объятия, она внимательно посмотрела другу в глаза и на миг застыла, заметив все еще заметное красное свечение.
- Ох, Гарри... – испугано выдохнула Гермиона. – Что ты наделал?
- Я не знаю! – парня трясло. – Ты умирала! Они и пальцем пошевелить не хотели! Они бы позволили тебе умереть! А потом... Я просто... Я не знаю, Гермиона! Я не помню!
- Ты сказал Pollicitus Frango, - послышался хриплый голос с пола. – Что это, черт возьми, значит?!
Рон Уизли сидел, потирая ушибленную голову, глядя на картину вокруг него. С ума сойти, - пробормотал он.
- Pollicitus Frango? – повторила девушка. – В дословном переводе – прекращение обещания. – Замолчав на секунду, девушка пораженно ахнула. – Ты разорвал Непреложный Обет, Гарри!
- Как тебе это удалось? – не унимался Рон.
Гарри лишь раздраженно впился в него взглядом и промолчал.
- Мне нужно идти... – засовывая чашу в один из волшебных карманов, Гермиона изо всех сил сдерживалась, чтобы не ударить Рона чем-то по голове. Ее рука непроизвольно сжалась в кулак, когда в памяти всплыли его слова о ней и Снейпе. Мысль наказать его не давала ей покоя, но стоило памяти услужливо подкинуть сцены наказания Драко, ладонь разжалась сама по себе.
- Одна ты никуда не пойдешь, - решительно отрезал Гарри. – Ты не должна быть одна в любом случае, особенно после того, как ты чуть не погибла, и рядом не было никого, кто бы тебе помог.
- Ты помог мне, - Гермиона с благодарность посмотрела на друга, с облегчением отмечая, что красный блеск полностью исчез из его глаз.
- Я ухожу с тобой, - продолжил Гарри. – С этого момента Орден для меня больше не существует.
- Эй, а как же я? – послышался встревоженный голос Рона.
Девушка раздраженно закатила глаза – поразительно, но после всего сказанного и случившегося Рон до сих пор надеялся быть прощенным и принятым обратно.
Гарри, наоборот, выглядел опустошенным. Она была обязана ему жизнью, теперь уже дважды. Поборов вздох, девушка повернулась к Рону.
- Еще одно слово обо мне и профессоре Снейпе – и я превращу тебя в мышь и скормлю Живоглоту. Ты понял меня?
Рон торопливо кивнул, поднимаясь на ноги.
- Гермиона... Мне так жаль... – смущенно протянул он. – Я иногда веду себя как идиот, ты ведь знаешь...
- Мы знаем, - ответил за нее Гарри, припоминая ему его поведение на четвертом курсе. Поттер слегка улыбнулся подруге, губы девушки растянулись в немного вымученную улыбку в ответ. О том, что воссоединение Золотого Трио, может быть, не лучшая идея, она старалась не думать. Развернувшись, Гермиона направилась к двери. Мальчики последовали за ней.
- Ты так и не ответил, Гарри, - начал снова Рон, - откуда ты знал, как сломать Обет? Ты ведь именно это сделал, да?
- Да, именно это я и сделал, - спокойно подтвердил Поттер.
- Ну так как? – Рон явно не собирался оставаться без ответа.
Гарри просто пожал плечами, протягивая руку Букле, куда она тут же приземлилась, и скрылся за входной дверью Гриммо, 12. Схватив на лету Сычика, Рон повернулся к Гермионе.
- Ты знаешь, как он это сделал?
Гермиона так же проигнорировала вопрос и последовала примеру Гарри, покинув дом. По лицу Уизли скользнула гримаса ненависти, но быстро исчезла, стоило Гарри и Гермионе вернуться, поторапливая друга.
- Пойдем, Рон, - произнес Гарри, - Гермиона будет аппарировать. Ты с нами или как?
- Я всегда с вами, - подтвердил Рон, широко улыбнувшись.
Сычик пронзительно запищал, быстро затихнув в кулаке хозяина. Присоединившись к друзьям, Рон продолжал дружелюбно улыбаться и ни Гарри, ни Гермиона не заметили, что в глазах друга от этой напускной радости не было и следа.
Примечание:
Название главы позаимствовано из поэмы Томаса Элиота Gerontion.
Mentis Contego – защита разума
Lethargus - сонливость
Polliticus Frango - прекращение обещания

Глава 21. Джудекка
(Прим. переводчика: начало главы описывает насильственные сексуальные действия над Снейпом со стороны Пожирателей Смерти в качестве наказания. Желающие могут ознакомиться в оригинале)

<...> Северус Снейп медленно открыл глаза. Его наказание подошло к концу.
– Встань, мой слуга, – тихий свистящий шепот Темного Лорда долетел до измученного мужчины словно из другого мира.
Все еще дрожа от Круцио, слившихся в конце в одну бесконечную боль, Снейп подчинился, подавляя гримасу отвращения. Последствия весьма своеобразного урока повиновения, что преподал ему Хозяин, белесыми дорожками стекали по ногам зельевара.
– Подойди ко мне.
Снейп слепо повиновался.
– Ты очень огорчил меня, Северус, – голос Лорда звучал почти обыденно, что в данной ситуации казалось особенно циничным.
– Мой Господин, я... – обычно бархатный тембр мужчины надломился, больше походя на хрип. Он не хотел помнить, не хотел больше думать о том, что не так давно побывало у него во рту. По обнаженному телу Снейпа пробежала мелкая дрожь. Пытаясь успокоиться, он убеждал себя, что дело лишь в холодной ноябрьской ночи, а не в том, что Волдеморт произнес его имя.
– Даже не пытайся ничего объяснять, Снейп.
После упоминания Лордом ненавистного ему имени маггла, мужчина обреченно закрыл глаза. Все было кончено. Все надежды на счастливый исход, которые были все еще живы, несмотря на шестидневные пытки и изнасилования, рухнули в один миг.
– Я ознакомился с твоими заклинаниями в поместье Малфоев, – продолжил Волдеморт, с удовлетворением наблюдая, как вздрогнул Снейп. – Рудольфус любезно поведал мне о твоем маленьком секрете. Однако когда я прибыл туда, то не обнаружил следов ни твоего пребывания, ни твоей грязнокровки. Но я нашел следы Гарри Поттера. Что ты скажешь на это?
Шок и удивление отразились на лице мужчины.
– Мой Господин, я понятия не имею, что Поттер там делал, – ответил Снейп без доли лжи.
– Впрочем, это больше не имеет значения, – Волдеморт махнул рукой группе Пожирателей за спиной обнаженного мага. – Рудольфус, этот предатель остается на твоем попечении. Я разрешаю тебе делать с ним все что угодно, главное, чтобы он остался жив. Мне нужна грязнокровная девка и мой крестраж, а какой толк от мертвой наживки, не так ли?
Рудольфус любезно поклонился. Проследив за ним взглядом, Снейп повернул голову и пораженно уставился на бывшего хозяина, а затем содрогнулся от нервного, рваного смеха. Волдеморт мгновенно вскочил с трона, бросая в зельевара заклинание. Смех мужчины тут же сменился жутким криком, и он рухнул на пол, корчась в агонии.
– Ты находишь это забавным, предатель? – шепот Лорда пробирал до костей.
– Вы можете просто убить меня, – прохрипел Снейп. – Мисс Грейнджер не особенно мной очарована.
– Она из Гриффиндора. И она носит твоего ребенка.
– Этот ребенок не нужен ей так же, как и я сам, – Северус задыхался. – Моя жизнь не принесет вам никакой пользы.
С яростным криком Волдеморт в бешенстве ударил мужчину, скорчившегося у его ног. Ночную тишину рассек хрип Снейпа и звук ломающихся костей, что, казалось, еще больше подогревало гнев темного мага. Лица многих Пожирателей, скрытые масками, побелели от ужаса и отвращения. Понимая, что его новая игрушка вот-вот простится с жизнью под яростью их Хозяина, Рудольфус тихо застонал. Но Волдеморт резко остановился.
– Нет, Снейп. Для тебя все не закончится так быстро, – отрезал он. – Рудольфус, подойди и забери свое вознаграждение.
Стремительно развернувшись, Темный Лорд направился обратно к своему трону, в то время как Рудольфус поспешил к искалеченному магу, посылая на ходу исцеляющие заклинания.
– Я не давал разрешения лечить его, – зашипел Волдеморт, резко оборачиваясь.
– Нет, мой Господин. Я сожалению, мой Господин, – угоднически пробормотал Рудольфус. Схватив Снейпа за сломанную руку, он рывком поставил его на ноги. Волдеморт довольно усмехнулся, отворачиваясь от них, и тут же застыл. На его троне как ни в чем не бывало сидел здоровый рыжий кот. С ярко-красной лентой вокруг шеи, на которой болталась маленькая серебряная лапка.
Ожидая чего угодно, но явно не нахального кота в своих владениях, Темный Лорд замер на несколько секунд, впившись в животное красными глазами. Не дав ему опомниться и что-то предпринять, Живоглот спрыгнул с трона и шустро оказался возле Снейпа, обвившись вокруг ног мужчины, а потом вдруг вцепился в лодыжку Рудольфуса.
– Что это такое?! – закричал последний, отпуская зельевара и отодвигаясь подальше от разъяренного полуниззла.
– Убейте его, – спокойно отрезал Лорд.
Но в следующий миг большая белая сова, уронив зажатый в лапах сверток в протянутую руку Снейпа, врезалась в лицо Волдеморта.
Чувствуя знакомый рывок в области живота и исчезая из этого адского места, Северус уловил лишь обрывки вопля ярости и разочарования Темного Лорда.

***
Гермиона напряженно бродила по кухне дома номер четыре на Тисовой улице, подъедая кусочки сыра и запивая их молоком. Гарри наблюдал за подругой с неприкрытым беспокойством в глазах, пристально следя за каждым ее движением. Рон лишь хмыкнул, вытаскивая пакет чипсов.
– Они уже должны были вернуться! – растущая тревога разъедала девушку изнутри.
– Нет, – ответил Рон, изо рта его вылетели крошки. – Гарри популярно объяснил этим Дурслям, что лучше им в ближайшее время не возвращаться.
– Рон, – раздраженно процедил Гарри, – она говорит о Снейпе, Живоглоте и Букле!
– О... – протянул рыжий парень, опуская глаза, не давая друзьям заметить вспыхнувшую в них ненависть.
– А если порт-ключ не сработает? – взволнованно продолжила Гермиона. – Вдруг это был простой плюй-камень? Что тогда?
– Это маловероятно, Гермиона, – заверил ее Гарри. – Сама подумай – может Снейпу и нравится любимый вид спорта его мамы, но вряд ли бы он забил все твои карманы обычными плюй-камнями просто из ностальгии. К тому же, ты сама их проверила и сказала, что это точно порт-ключи.
– Да, но... – в голосе девушки звучало сомнение, – там было что-то странное. Это были не обычные порт-ключи, а будто...
– Модифицированные таким образом, что только вы или я можем использовать их, мисс Грейнджер, – закончил голос за спинами гриффиндорцев.
Гермиона подпрыгнула от неожиданности и обернулась, встретившись глазами с избитым и обнаженным Северусом Снейпом, держащим Живоглота на уровне паха за загривок.
– Северус... – выдохнула девушка, и вот уже стакан летит на пол, расползаясь на светлом кафеле лужицей молока, а руки Гермионы обвивают шею бывшего профессора Зельеварения. Но сердитое шипение кота и вздох боли мужчины возвращают ее на землю, и она отступает на шаг, смутившись.
– Идем наверх, – быстро вернув самообладание, скомандовала гриффиндорка, оценивая его повреждения. – Я думаю, что смогу подлечить твои раны.
Обойдя Снейпа сзади и прикрыв его от мальчишек, она двинулась на второй этаж вслед за мужчиной, оставив друзей стоять в гробовой тишине кухни. Рон одарил их испепеляющим взглядом.

***
– Что они с тобой сделали? – прошептала Гермиона сквозь слезы, когда он без сил упал на кровать Петуньи и Вернона Дурсль.
Живоглот, будучи котом умным, вовремя оценил ситуацию, успел выскочить из-под падающего Снейпа и сейчас вылизывался в углу.
– Можно сказать, мне повезло, – голос Снейпа был тихим, делая его совсем не похожим на того профессора Зелий, что наводил страху на всех в школе. – Сивый был на другом задании, так что последние шесть дней я всего лишь провел в замечательной компании моих любимых коллег и друзей.
Девушка испуганно вздрогнула, но Снейп не обращал на ее реакцию никакого внимания, расслабившись наконец под исцеляющими чарами Гермионы. Кости понемногу срастались, а боль от многочисленных порезов и ушибов отступала. Однако некоторые части его тела все еще саднили и тоже требовали лечения. Но сказать об этом ей было не так просто.
– Мисс Грейнджер... – поколебавшись, все же начал он.
– Гермиона, – мягко поправила она Северуса, используя очищающее заклинание.
– Есть и другие области, которые... нуждаются в... лечении, – наконец выдавил он, проигнорировав ее замечание.
Осознавая, что он имеет в виду, девушка отвернулась, пряча навернувшиеся на глаза слезы.
– Да, конечно, – ответила девушка коротко, справившись с собой, вновь поднимая палочку. Вскоре боль исчезла совсем, даря Мастеру Зелий долгожданное облегчение.
– Ты удивительная, ты знаешь это? – тихо произнес он, проваливаясь в сон впервые за последнюю неделю.
Склонившись над лицом мужчины, Гермиона бережно заправила пряди его волос за уши.
– Как и ты, – прошептала она.
Оставив Живоглота охранять сон профессора, девушка спустилась на первый этаж. Подойдя к кухне, она услышала возмущенный голос Рона (как обычно!) и остановилась, прислушиваясь и мысленно стыдя себя за это.
– Ты не можешь позволить ему здесь остаться!
– Рон, потише.
– Ты не можешь, Гарри! Он заберет крестражи и побежит с ними к Темному Лорду! Или снова начнет заставлять Гермиону с ним... ну... ты знаешь...
– Рон, послушай меня. И послушай внимательно. Нам нужен Снейп! Ты был в Ордене и сам все видел – без Снейпа у нас ничего не получится!
– ОН УБИЛ ДАМБЛДОРА!
– ТАК, МОЖЕТ, ТЫ ПОДУМАЕШЬ, ПОЧЕМУ?!
Вздрогнув, Гермиона попятилась назад, разумно решив сейчас не вмешиваться и не вступать ни в какие перепалки. Поднявшись наверх к Снейпу, она заперла дверь заклинанием и, раздевшись, скользнула под одеяло. Поплотнее прижавшись к мужчине и положив голову ему на грудь, девушка забылась тревожным сном.
Живоглот в углу довольно замурлыкал.

***
Северус Снейп проснулся посреди ночи и ожидаемо обнаружил, что каштановые локоны забились ему в рот. Осторожно выбравшись из-под спящей девушки, чтобы не разбудить ее, он тихо направился в ванную и прикрыл за собой дверь. Быстро приведя себя в порядок, мужчина уставился в зеркало, оценивая последствия недели в гостях у Темного Лорда. Синяки после ушибов на лице и теле все еще не сошли, но все порезы были залечены так хорошо, что даже не осталось следов. Проведя пальцами по шраму, оставленному когтями Клювокрыла в ночь, когда он убил Альбуса, Северус подумал об Ордене. Тогда, в ту роковую ночь, он окончательно потерял их доверие и поддержку. Потом он не раз задавался вопросом, почему не предпринял никаких попыток что-то объяснить, но весомые причины убийства директора, которые он мог бы привести Ордену, никак не находились.
Оторвавшись от размышлений, Снейп побрел обратно в спальню. Остановившись у кровати, он какое-то время рассматривал спящую девушку. Он не спал с ней уже неделю, и сейчас, когда его самочувствие пришло в норму, возбуждение поднималось в нем тягучей волной. Все, чего он желал сейчас – погрузиться в ее мягкое, горячее тело.
Скользнув под одеяло и вдыхая знакомый запах, он осторожно потянул вверх футболку гриффиндорки. Пальцы зельевара гладили нежную грудь девушки и ставшие твердыми соски. Гермиона застонала во сне и изогнулась, стараясь прижаться к нему всем телом. Возбуждение пронзило его с новой силой. Поцелуи сыпались на ее шею и плечи, девушка вновь застонала, начиная просыпаться.
Как только глаза Гермионы распахнулись, мужчина развел ее ноги и резко вошел в нее, закрывая глаза, чтобы в полной мере насладиться удовольствием. Он двигался в ней, а ее тело ему отвечало. Ощущение ее соблазнительно тугой плоти, сжимающейся вокруг него, было потрясающим. Подняв одну ее ногу вверх, Снейп изменил угол и глубину толчков, что еще больше усилило желание Гермионы. Девушка подалась вверх, вцепившись ногтями в его плечи.
– Отпусти, – тихий шепот Северуса возле ее уха. – Я хочу смотреть на тебя.
От звуков его голоса, что сводил с ума, ее дыхание участилось, она выгнулась под ним и всхлипнула от ошеломляющего наслаждения, теснее прижимаясь к нему.
– Тебе нравится слушать мой голос, не так ли, мисс Грейнджер? – продолжил шептать мужчина. – Иногда я читаю тебе лекции дольше, чем мог бы, только ради того, чтобы посмотреть на твое лицо. Ты ведь знала это, моя маленькая гриффиндорская Всезнайка?
– Нет, – выдохнула она. – Быстрее!
Острое возбуждение граничило с болью, она задыхалась и почти теряла сознание.
– О, нет... – промурлыкал он, не меняя темп. – Моя невыносимая девочка... Это не скорость нужно менять. Только тебя.
– Еще! – уже почти умоляла она, чуть не плача. – Пожалуйста...
– Отпусти себя, – нежный шепот Снейпа растворялся в ночной темноте, унося с собой последние крупицы самообладания девушки. – Позволь себе парить... Гермиона...
Ее имя, так чувственно произнесенное им, все те эмоции к нему, смешавшиеся в ее душе, и он – сильный и властный, – все сплеталось и тонуло в этом огне. Вознёсшись на отчаянную высоту, каждая клеточка девушки поднялась на невыносимый уровень желания, а потом, через какую-то долю секунды, достигла исступленной кульминации. Не в силах больше сдерживаться, он излился в нее, накрывая гриффиндорку своим телом. Веки Гермионы дрогнули и закрылись, обессиленная, она провалилась в сон. Он тихо засмеялся, приподнимаясь над ней, а затем, аккуратно взяв ее на руки, положил голову Гермионы себе на плечо, бережно поглаживая ее волосы.
У него ничего больше не осталось. Ничего, кроме нее и их ребенка. И он знал, что никому и ничему не позволит их у себя отобрать.
Погружаясь в объятия Морфея, Снейп услышал сквозь сон удаляющиеся от двери их спальни шаги. Решив подумать об этом завтра, мужчина уснул.

***
Сидя в предрассветном полумраке кухни, Рон отрешенно водил острым ножом по левому бедру, глядя в стену остекленевшими глазами. Какой-то едва заметный треск в глубине дома вывел парня из оцепенения, он вздрогнул и остановился, пряча нож под бедро. Когда никто не появился, он быстро очистил кинжал и вернулся в комнату Дадли, которую сейчас занимал. Рухнув на постель, он ласкал себя яростными рваными движениями, рисуя в голове красочные картины, где Снейпа избивали и пытали, а он, Рон Уизли, вновь и вновь проникал во все отверстия Гермионы Грейнджер.
Примечание:
*В названии главы отсылка к Божественной комедии Данте, согласно которой ад представляет собой девять кругов. Девятый круг (обманувшие доверившихся) состоит из четырех поясов и самого Люцифера. Пояс Джудекка последний - предатели благодетелей, величества божеского и человеческого.
**Согласно авторскому тексту, бог сна – Морфей, а не Гипнос.

Глава 22. Отпущение грехов
Тяжело вздохнув, Минерва Макгонагалл откинулась на спинку стула и закрыла лицо руками. Сейчас она бы и не вспомнила, когда все стало таким сложным. Еще не так давно вся ситуация казалась предельно понятной – Северус Снейп показал наконец свое истинное лицо, убив Альбуса Дамблдора. Но затем все пошло наперекосяк. Гермиона Грейнджер озвучила неприятную правду – Орден Феникса нуждался в Снейпе как в сильном и умном маге. Она, Минерва, отвергла мысль девушки, крепко держась за надежду, что портрет Альбуса вот-вот оживет, у них снова будет лидер и все наладится. Но картина упрямо молчала, в отличие от Снейпа. Именно по его совету школа все еще работала, именно он нашел большинство крестражей. И вот теперь Гарри покинул Орден, из-за участников которого он чуть было не потерял одного из своих друзей. Кошачий рык вырвался из горла директрисы, стоило ей вспомнить рассказ Ремуса о случившемся.
Прикрыв глаза, женщина не заметила зеленую вспышку, озарившую кабинет, а в следующее мгновение ей в горло уперлась волшебная палочка.
– Ты неплохо обставила комнаты, Минерва, – тихо произнес Снейп. – А теперь медленно опусти руку и передай мне палочку. И не пытайся демонстрировать знаменитое гриффиндорское геройство, я уже и так достаточно пробыл в компании представителей вашего факультета.
Минерва медленно подчинилась. Передавая мужчине палочку, она отметила, бросив быстрый взгляд на стены кабинета, что все портреты бывших директоров были заморожены.
– Благодарю, – сухо отрезал Снейп, убирая палочку Макгонагалл в один из карманов мантии. – Надеюсь на твое сотрудничество, Минерва. Не хотелось бы привязывать тебя к креслу, но, если понадобится, я это сделаю, – продолжил он скучающим тоном.
– Что ж, Северус, я признаю – сейчас ты победил. И мне бы очень хотелось узнать цель твоего визита.
Снейп ухмыльнулся, делая шаг из-за ее спины.
– Любопытство кошку сгубило, Минерва, – тихо прошептал он.
Губы волшебницы дрогнули, когда ее бывший ученик и коллега пересек комнату и остановился у портрета Дамблдора.
– Северус... – осторожно начала она, стоило ему постучать пальцем по углу рамы. – В Ордене ходили неприятные слухи о тебе и мисс Грейнджер, и я...
Замешкавшись на секунду, не зная, как лучше сформулировать фразу, женщина уже открыла было рот, чтобы продолжить, но слова так и застряли в горле – портрет Дамблдора потянулся и зевнул, открывая глаза.
– Северус, мой дорогой мальчик! – воскликнул он восхищенно. Голубые глаза пожилого волшебника блестели за стеклами очков-половинок. – Как я рад, что ты заглянул к нам!
– Альбус, – поприветствовал его Снейп, коротко кивнув бывшему директору.
Реакция же Минервы была куда более бурной. На глаза женщины навернулись слезы радости, вскочив, она подбежала к портрету и с любовью провела рукой по нарисованному лицу бывшего директора.
– Ну что ты, что ты, Минерва... Не стоит, – попытался успокоить ее растроганный маг. – Хочешь лимонную дольку? В ящике стола еще должны были остаться.
Снейп закатил глаза – этот спектакль окончательно вывел из себя и без того раздраженного зельевара. Быстро бросив Силенцио, он легким взмахом палочки вернул Макгонагалл на стул, привязывая ее к спинке магическими путами и, ухмыльнувшись ее оскорбленному виду, повернулся обратно к портрету старца.
– Я все понимаю, Северус, – начал Альбус мягко, прежде чем Снейп успел что-то сказать. – Я искренне сожалею.
– Вы сожалеете?! – опешил Снейп. – Как вы можете сожалеть?
– Я не слушал тебя. Ты не раз пытался сказать мне о Нерушимом Обете, данном матери Драко, столько, сколько мог, но я был слишком слеп, чтобы понять. Я не верил ни словам самого Драко, ни Гарри. Так что именно моя слепота и стала причиной моей смерти, а не ты, Северус, – закончил он мягко.
Снейп смотрел на него, потеряв дар речи, не в силах что-либо ответить. Он пришел сюда просить прощения. Пришел, чтобы покаяться в своем преступлении, не дававшем ему покоя, и такой ответ старого волшебника выбил его из колеи.
– Нет... – наконец выдавил он. – Нет, Альбус. Это сделал я. Я поднял палочку и произнес заклинание, это все моя...
– Успокойся, мой мальчик, – глаза Дамблдора были полны сочувствия. – Я знаю, что ты сделал. Знаю, что в тот момент ты достаточно ненавидел меня по моей же вине. Но я понимаю тебя, Северус. И сейчас, когда ты снова здесь, я хочу сказать – я прощаю тебя.
Снейп глубоко вдохнул, но сердце все так же предательски стучало в груди.
– Мне тоже нужно твое прощение, Северус. Прости, что я не слушал столько лет. Ты доверял мне, а я не относился с должным вниманием к твоим словам. Ты сможешь меня простить? – тихо спросил Дамблдор.
Легкая улыбка тронула уголки губ зельевара.
– Не беспокойтесь об этом, Альбус. Честно говоря, большинство моих претензий к вам поблекли, стоило мне вас убить.
Дамблдор радостно рассмеялся.
– О, мой дорогой мальчик! Как же я рад снова тебя видеть!
Все еще ухмыляясь, Снейп повернулся к Минерве и освободил волшебницу от невидимых пут. Преодолев расстояние, разделяющее их, Макгонагалл резко занесла руку и с силой ударила мага по лицу.
– Достаточно! – строго остановил ее Дамблдор. – Я простил его. Это тебя не касается.
– Вы не знаете, что он сделал с Гермионой Грейнджер, Альбус! – прошипела рассерженная кошка, сжимая кулаки.
Невыразимая печаль отразилась на лице седого волшебника. Тяжело вздохнув, он повернулся к Северусу.
– Кроме нее никого не было?
Снейп коротко кивнул.
– Она была... не против?
Он промолчал и отвернулся. Все было понятно и без слов. Прикрыв глаза на несколько секунд, Дамблдор продолжил:
– Чаша?
– Найдена.
– Вы создали все... условия?
Получив еще один короткий кивок в ответ, Альбус посмотрел нарисованными глазами на Макгонагалл:
– Это было необходимо, Минерва.
Женщина молчала, открывая и закрывая рот в безмолвной ярости, а затем плотно сжала побелевшие губы. Снейп усмехнулся про себя, отмечая, как сейчас ее рот напоминал задницу ее анимагической формы.
– Думаю, пришло время посвятить меня в твои планы, Северус, – продолжил тем временем Дамблдор. – Расколдуй, пожалуйста, другие портреты – возможно, им тоже есть что сказать.
Снейп подчинился, взмахом палочки освобождая другие портреты директоров Хогвартса.
– Эти можно было оставить и так, – прошипел зельевар, глядя, как Эверард и Диппет заметались в своих рамах, призывая на помощь другие картины. Финеас Найджелус просто глумливо наблюдал за ними, прислонившись к краю рамы. – Мне удалось найти все крестражи, кроме одного, и, с помощью мисс Грейнджер, нейтрализовать их.
– Нейтрализовать? – удивилась Макгонагалл. – Почему ты их не уничтожил?
– Потому, Минерва, что я, в отличие от некоторых, уважаю историю этих предметов, – выплюнул Снейп, косо глядя на Дамблдора. – Нет необходимости уничтожать их, чтобы сделать их бесполезными для Темного Лорда. Нужно лишь удалить часть его души, хранящейся в них, что я и сделал.
– Значит, ты был прав и в этом, а я не поверил тебе, – печально закончил Альбус.
– Не хотите ли вы сказать, – протянул Найджелус, растягивая слова, – что кольцо Марволо можно было сохранить?
– Да, Финеас, – отрезал Дамблдор, бросив сердитый взгляд на слизеринца, – ты тоже был прав, я признаю.
Найджелус усмехнулся и кивнул Снейпу, предлагая ему продолжить.
– Тем не менее, есть проблема с последним крестражем, – голос Снейпа стал предельно серьезным. – Зелье, что мы с мисс Грейнджер создали, извлекает часть души Темного Лорда из предмета, в котором она запечатана. Но у последнего крестража есть своя собственная душа. И после ритуала она будет извлечена тоже, вместе с душой Волдеморта.
– Это всего лишь змея, – сердито бросила Минерва, все еще не желая прощать мужчину. – Еще и на редкость неприятная змея, так что...
– Будь это Нагайна, я бы уничтожил ее без колебаний, глупая гриффиндорка, – раздраженно отрезал Снейп.
– Но разве это не Нагайна, Северус? – удивился Дамблдор. – Волдеморт всегда держал ее как можно ближе к себе.
– Вы действительно такой дурак? – весело воскликнул бывший директор школы Диппет. – Подумать только, вы и сами верили в сказку, которой кормили годами молодого Поттера.
Дамблдор, как и другие портреты, нахмурился.
– Ах, до чего прекрасный сегодня день! – Диппет радостно рассмеялся. – Альбус Дамблдор понял наконец, что на свете есть что-то, о чем он не знает!
– Ну и что это тогда, как вы считаете? – с вызовом спросил Дамблдор.
– Это же очевидно, разве нет? – Диппет сиял, глядя на другие портреты. – Гарри Джеймс Поттер!
Какофония голосов заполнила кабинет, возмущенные реплики Минервы тонули в причитаниях и возбужденном шепоте бывших руководителей школы.
– Он прав, – коротко подтвердил Снейп слова Армандо Диппета. – Если быть более точным, – шрам Поттера является последним крестражем.
Минерва пораженно рухнула на спинку стула.
– О, Северус... – выдохнула женщина, с надеждой глядя на него. – Ты абсолютно уверен?
Снейп кивнул.
– Почему ты так решил? – в голосе Дамблдора скользило сомнение.
– Лили, – вздохнув, объяснил Северус. – Темный Лорд не планировал ее убивать. Вы можете не верить в это, Альбус, но даже он понимал силу материнской любви. Он знал, что убей он ее – это серьезно его ослабит. И после ее смерти осколок души Волдеморта поселился в теле Гарри Поттера – единственного живого человека поблизости.
– Откуда вам это известно? – поинтересовался директор Эверард, угрожающе взмахнув волшебной палочкой.
– Легилименция, – немного помедлив, ответил Снейп. Меньшее, чего он хотел, – это признаваться сейчас в том, что делал с ним Волдеморт, рассказывать, как ему удалось проникнуть в разум Темного Лорда в перерыве между пытками и изнасилованиями. Только два человека на свете знали об этом, и один из них смотрел сейчас на него сверху вниз со слезами на глазах. К счастью, часто Альбус понимал все и без лишних слов.
– Северус... – отрывисто прошептал Дамблдор.
– Мне нужен кто-то более осведомленный в этом деле, нежели мисс Грейнджер, – продолжил Снейп, игнорируя сочувствие пожилого мага. – Необходимо найти Слизнорта.
– Я приведу его, – пробормотала Минерва, поспешно покидая кабинет.
Снейп нервно мерил шагами помещение под цепким взглядом Альбуса и перешептыванием других директоров, пока Макгонагалл не вернулась в сопровождении Горация Слизнорта. Последний выглядел совершенно растерянным.
– Минерва... Что все это... – волшебник пораженно оглядывался по сторонам, размахивая руками.
– Гораций, добро пожаловать, – лицо Дамблдора сияло. – Пожалуйста, садись.
– Альбус, – ахнул Слизнорт, опускаясь в кресло. – Что здесь происходит?
– Волдеморт, как обычно, – ответил седой волшебник серьезно. – Нам нужна твоя помощь, чтобы остановить его.
Снейп только хмыкнул, наблюдая за этой сценой. Способность Дамблдора молниеносно превращаться из заботливого старичка в строгого мага всегда его забавляла.
Пока Альбус объяснял полному волшебнику, что от него требуется, Северус пристально наблюдал за профессором Зелий. Чувство страха поползло по спине Снейпа, когда выражение ужаса на лице Слизнорта сменилось самодовольством.
– Что ты сделал? – прошипел Северус, прерывая речь Дамблдора.
Гораций напыщенно улыбнулся.
– Вы не первый, кто догадался о последнем крестраже. Более того, я уже создал зелье, способное отделить душу паразита без ущерба для душу субъекта, – довольно закончил он.
– Это вы выяснили, что является последним крестражем? – недоверчиво хмыкнул Финеас.
– Не я, – нахмурился Гораций. – Но близкий друг Гарри Поттера. Очень близкий друг, если вы понимаете, о чем я, – профессор лукаво улыбнулся.
Мысли и наблюдения быстро сложились в цельную картину в голове Снейпа.
– Уизли, – протянул он, поворачиваясь к Минерве. – Сейчас же приведи сюда Джиневру Уизли!
– Хорошо, Северус, – просиял Гораций. – Она сейчас в моей личной лаборатории, работает над зельем, которое мы вместе создали. Это молодое поколение гриффиндорцев просто удивительное, знаешь ли! Сначала Гарри, которому передались способности его матери к Зельеварению, а теперь вот юная мисс Уизли. Она схватывает все просто на лету, скажу я тебе... – его голос затих, когда Снейп, взмахнув полами мантии, скрылся за дверью кабинета. Минерва торопливо последовала за ним.
– Что все это значит? – Слизнорт удивленно повернулся к портрету Дамблдора.
– О, Гораций, – вздохнул старец, – лучше тебе быстрее догнать их. Тогда, возможно, успеешь спасти что-то в своей лаборатории.
– Спасти?... Мерлин мой! – вскочив на удивление проворно для его габаритов, маг выбежал из кабинета, оставив Альбуса объяснять другим портретам двуличие Джиневры Уизли.

***
Северус и Минерва молча осматривали остатки того, что еще недавно было лабораторией Горация Слизнорта. Волшебники резко обернулись, вскинув палочки, заслышав приближающийся топот ног по коридору.
– Это Гораций, – вздохнула Минерва, убирая палочку в карман. – Его сопение я ни с чем не спутаю.
– Мерлин всемогущий! – профессор Зелий обреченно прислонился к дверному косяку. – Джиневра, безусловно, постаралась, уничтожая плоды наших трудов.
Снейп невозмутимо протянул руку и схватил Слизнорта за мантию, притягивая к себе, одновременно вытаскивая палочку из рукава и приставляя ее к толстой шее мага.
– Где запасной вариант зелья? – сейчас со Снейпом спорить было опасно, но Гораций, казалось, этого не понимал.
– Я не знаю, о чем ты говоришь! – испуганно пискнул Слизнорт. – Минерва, помоги мне!
– Ты всегда создаешь дополнительную порцию зелья, над которым работаешь со студентом, старый лгун, – Северус сильнее прижал палочку к шее профессора. – Затем ты саботируешь работу ученика, представляешь свой идеальный вариант зелья и заставляешь всех поверить, насколько ты гениален. Ты однажды пытался поступить так с Лили, и она поймала тебя. Так где зелье, Гораций?
– В моих комнатах, – возразить Слизнорту было нечего.
Отшвырнув растерянного мужчину в сторону, Снейп стремительным шагом направился прочь из лаборатории. Дойдя до двери, он на секунду остановился и, обернувшись, коротко бросил Макгонагалл:
– Вызовите Орден. Возможно, они понадобятся.
– Что ты собираешься делать? – крикнула женщина вслед быстро удаляющемуся мужчине.
– Спасать Гарри Мерлин-бы-его-побрал Поттера. Снова.

Глава 23. Искупление
Вечер Гермионы Грейнджер обещал быть малоприятным – старое заброшенное кладбище, где находилась сейчас девушка, Люциус Малфой, мертвой хваткой вцепившийся в ее скрученные за спиной руки, неподвижный Гарри на сырой земле, избитый до бессознательного состояния Пожирателями смерти, страх и безнадежность. И Темный Лорд.
В нескольких шагах от Гермионы мертвыми глазами смотрели в пустоту Рон и Джинни – вверх, в ночное небо, вслед покинувшим их истерзанные Сектумсемпрой тела душам, а темная кровь брата и сестры сливалась с кладбищенской землей. Но, возможно, душа Джиневры Уизли погибла еще много лет назад, задолго до этого злополучного вечера.
– Зачем? – жалкий хрип вырвался из горла Гермионы. – Зачем было их убивать?
Она не поднимала головы, уставившись пустым взглядом в подол мантии Волдеморта. Посмотреть на него сейчас, на этого монстра, сотворившего такое с родными ей людьми, казалось невозможным.
– Зачем? – повторил удивленно Темный Лорд. – Разве для этих предателей крови мог быть иной исход? Они дали мне все, что от них требовалось, – шипящий голос тонул в ночной тишине. С безумным удовлетворением маг слизал капли крови Гарри со своих тонких бледных пальцев, а затем продолжил насмешливым тоном: – Бедная Джиневра... Такая сломленная отказом Поттера...
Лорд засмеялся жутким, победным смехом.
– Что?.. – прошептала Гермиона. – Я не понимаю...
– Как ты можешь понять? Ты, глупая гриффиндорская грязнокровка, – Лорд откровенно глумился над ошарашенной девушкой. – Неужели ты думаешь, что мой контроль над этой маленькой шлюхой закончился после уничтожения дневника? Никто не знал этого – ни Дамблдор, ни, конечно, твой любовник. Жалкие идиоты. Она всегда была в моей власти, все это время, преданно ожидая, пока я не нуждался в ней.
Люциус за спиной Гермионы слегка пошевелился, незаметно опуская руки с предплечий на запястья девушки.
– Она была моей самой полезной последовательницей, – продолжил Волдеморт, подходя к мертвым Уизли. – Большую часть времени, – поправил он себя, толкнув ногой голову Джинни. – И очень быстро передала мне своего брата. Как думаешь, для чего?
Маг резко развернулся и направился обратно к Гарри, который начал шевелиться, приходя в себя. Схватив парня за волосы, он рывком поднял его голову вверх, встретившись красными глазами с ошеломленным и растерянным взглядом Поттера.
– Для этого, – прошипел Лорд в избитое лицо Мальчика-который-выжил. – В обмен на жизнь этого бездарного куска дерьма.
Отпустив Гарри, он продолжил фальцетом, имитируя голос Джинни Уизли:
– О, Том, пожалуйста, не убивайте его! У меня есть зелье, которое освободит вашу душу и вернет ее вам, не причиняя боль ему, пожалуйста! Том, прошу вас, верните мне его! – он вновь засмеялся, а затем продолжил обычным тембром: – Идиотка! Позволить Гарри Поттеру жить – она принимала меня, Лорда Волдеморта, за дурака?
– Рон... – послышался с земли невнятный голос Гарри.
Волдеморт дернулся к парню, вновь хватая его за волосы и вынуждая смотреть себе в глаза.
– Он предал тебя, – прошипел он ликующе. – Так же, как и твоя маленькая подружка. Они оба предали тебя, и знаешь, ради чего? Ради обещания любви, – змееподобное лицо скривилось от отвращения. – Глупая девчонка хотела тебя, Гарри Поттер, а этот осквернитель чистоты крови хотел грязнокровку. Но не волнуйся – они оба получили достойное вознаграждение.
Гермиона опешила.
– Меня? – прошептала девушка чуть слышно.
Волдеморт выпустил Гарри и, развернувшись, ударил ее по лицу. Она ощутила металлический привкус крови во рту.
– Да, тебя, – ответил Лорд. – Было совсем не трудно убедить юного Уизли, что ты – именно то, что ему нужно. Всего лишь несколько ночных советов от моего верного слуги – и мальчик был готов.
Гермиона подняла голову и посмотрела прямо ему в глаза. В них плескалось неприкрытое ликование. Чувствуя напряжение девушки, Малфой сильнее прижал ее к себе, сжимая ее кулаки ледяными пальцами и удерживая от резких движений, которые могли стоить ей жизни прямо сейчас.
– Разве вы не знаете, о ком я говорю? – продолжил тем временем Волдеморт скучающим тоном, переводя взгляд с Гермионы на Гарри. Будучи увлеченным откровенным издевательством над связанными гриффиндорцами, маг не заметил волнения, на миг проскользнувшего на лице Люциуса. – Кто в Ордене Феникса мог бы предать всех вас, как вы думаете?
Гермиона в замешательстве покачала головой.
– А как насчет одного волшебника – униженного, оскорбленного, презираемого всеми вокруг? Волшебника, не способного даже сохранить работу из-за его истинной природы? Того, который знал, как защитить тебя, жалкая грязнокровка, но все равно не сделал этого? Вы все еще не догадываетесь, о ком я говорю? – Лорд довольно улыбнулся, видя, как к его собеседникам вместе с осознанием ужасной правды приходит страх.
– Нет, – выдохнул Гарри.
– Нет, – решительно повторила Гермиона. – Это не мог быть Ремус.
Люциус тихо вздохнул, а его теплое дыхание на щеке девушки показалось ей чем-то ирреальным в этом кошмаре.
Пронзительный смех темного мага рассек тишину, гулом отдаваясь в голове Гермионы. Ее мутило, к горлу подступил ком – это было уже слишком. Не удостоив ее взглядом более, он развернулся и, перешагнув тела Рона и Джинни, неторопливо направился к своему трону. Все Пожиратели, за исключением Люциуса и Рудольфуса, который поднял Поттера с земли по приказу Хозяина и теперь удерживал его на весу под руки, упали на колени.
Устроившись на троне в черном облаке мантии, Лорд опустил руку, приглашая Нагайну подняться ему на плечи, но ничего не произошло. Маг метнул вниз возмущенный взгляд – змеи рядом не было.
– Нагайна, – раздраженное шипение пронеслось по кладбищу.
Несколько секунд растянулись в вечность, казалось, Пожиратели не смели даже вдохнуть, боясь навлечь на себя гнев Господина. Но змея не появилась.
Сжав подлокотники бледными пальцами, Волдеморт выплюнул что-то на парселтанге. И вновь ничего не произошло.
– Нагайна! – наконец крикнул в ярости Лорд. Гермиона ощутила, как вздрогнул Люциус, сердце девушки бешено забилось – она чувствовала, что сейчас, вот сейчас и начнется самое страшное.
В следующее мгновение откуда-то из темноты появилась змея. Она плыла по воздуху в мутном облаке, а ее толстый хвост безвольно покачивался в такт движению. Еще через секунду к ногам Лорда с глухим звуком выкатилась ее голова.
– СНЕЙП! – в красных глазах Волдеморта горела ненависть. Взмахом руки избавившись от безжизненного змеиного тела, он вскочил со своего места, осматриваясь по сторонам в поисках врага. Пожиратели смерти еще больше вжались в землю, не рискуя даже повернуть головы. – Выйди и дерись со мной лицом к лицу, ты, трус!
К удивлению Гермионы, веревки, стягивающие ее запястья, вдруг растворились, а затем девушка ощутила, как в ее ладонь уткнулась рукоять волшебной палочки. Замерев на миг от удивления, гриффиндорка перевела взгляд на Гарри – Рудольфус снова толкнул парня на землю и сейчас сканировал территорию в поисках Снейпа вместе с остальными слугами Лорда. Последний скрылся в ночной мгле, настроенный убить предателя во что бы то ни стало. Он не видел, как в следующее мгновение вспышка зеленого света ударила в грудь Лестрейнджа, и мужчина больше не шевелился. Не слышал тихий насмешливый смех Северуса Снейпа, показавшегося из темноты.
– Никому не двигаться, – медленно произнес зельевар, проходя мимо оставшихся Пожирателей смерти, которые сейчас, при отсутствии Хозяина, казалось, растерялись, не зная, позволено ли им убить предателя самим.
– Мисс Грейнджер, пожалуйста, продемонстрируйте моему дорогому другу, что я вернул вам палочку, – протянул Люциус из-за спины Гермионы. – Мне бы очень не хотелось получить Аваду.
Слегка пошатнувшись, девушка убрала руки из-за спины, вцепившись в рукоять волшебной палочки и оглядываясь по сторонам в попытке понять, что здесь происходит.
– Дорогому другу? – пискнула она, непонимающе смотря то на Люциуса, то на Северуса.
– Как видите, ход событий слегка изменился, – негромко ответил Малфой.
Где-то вдалеке Волдеморт сыпал проклятиями в темноту, не подозревая о предательстве еще одного слуги.
– Вы... Вы... Слизерин! – прошипела рассерженная девушка, очередной раз убеждаясь, что мир не делится лишь на черное и белое.
– Что ж, благодарю! Приятно слышать это от вас – знаете, я всегда старался соответствовать своему факультету, – заметил Люциус более веселым тоном.
Ответить мужчине девушка не успела – ход ее мыслей нарушил безумный крик Темного Лорда, видимо, уставшего от игры со Снейпом в кошки-мышки:
– НАЙТИ ЕГО! Найти его и привести ко мне!
Все, что было дальше, напоминало водоворот сумасшедших событий, затянувший их в свой непредсказуемый вихрь – вспышки заклинаний, клубы земли, летящие в разные стороны, расколотые надгробные плиты, чьи-то срывающиеся голоса, хлопки аппарации Ордена Феникса...
– УБИТЬ ИХ ВСЕХ! – крик Волдеморта звенел в ушах, срывая с Гермионы оцепенение.
Финальная битва началась.
Гермиона, еще не отойдя от шока, присела возле бессознательного тела Гарри, прощупывая пульс парня, и с облегчением выдохнула – он был жив. Посылая в друга все исцеляющие заклинания, какие только могла сейчас вспомнить, она не заметила яркий луч проклятия Амикуса Кэрроу, полетевший в ее сторону. Пригнувшись в последний момент и уклонившись от струи зеленого пламени, она увидела, как Пожиратель врезался в могильное изваяние. Леденящий кровь хруст переломленного позвоночника – и мужчина сломанной куклой осел на землю, возведя к небу невидящие глаза. Она все еще дрожала, когда знакомая высокая фигура показалась из темноты и сильные руки сгребли девушку в охапку, прижимая к себе. Снейп судорожно ощупывал ее тело, проверяя, не ранена ли она, а она могла лишь уткнуться лицом в его мантию, забыв, как дышать.
– Я в порядке, – выдохнула Гермиона чуть позже, слега отстранившись от Северуса. – А он – нет, – короткий кивок в сторону Гарри. – Как он будет сражаться с Волдемортом?!
– А он и не будет, – просто ответил Снейп, исцеляя заклинанием порезы на ее лице.
Не сказав ничего больше, мужчина наклонился к парню и, слегка запрокинув его голову, влил в рот какое-то зелье.
– Что ты делаешь? – ахнула Гермиона, также склоняясь над другом.
– Уничтожаю последний крестраж Темного Лорда, – объяснил Снейп, пристально глядя на лоб Гарри.
– Нет! – испуганно крикнула девушка, вцепившись в Северуса. – Нет! Не убивай его! Должно быть какое-то другое...
– Не умрет твой Поттер, – раздраженно перебил ее зельевар, резко толкнув Гермиону на землю, за миг до того, как алая вспышка пролетела в сантиметре от головы девушки и расколола потемневшее от времени надгробие.
После его слов картинка в голове Гермионы начала складываться. Слегка приподнявшись над землей, она не отрывала взгляда от Гарри, пораженно наблюдая за изменениями на его лице. Шрам в виде молнии светлел на глазах, пока не исчез совсем. Снейп чуть приподнял его плечи, наклонив голову вперед, и Поттер закашлялся.
– Осторожно! – крикнул ей зельевар, и девушка едва успела отклониться в сторону, как изо рта Гарри вырвался плотный черный дым, растворяясь в вязком воздухе ночи. Парень пошевелился и, потирая лоб, открыл глаза.
– Что случилось? – спросил он сонно. Снейп вопрос проигнорировал.
– Возьми, – вместо этого сказал он Гермионе, вкладывая плюй-камень в ее ладонь. – Он перенесет вас в безопасное место. А я потом приду за вами.
Он поднялся на ноги, оставив растерянного Поттера сидеть на земле, и потянул девушку за руку вверх, привлекая к себе.
– Но... – попыталась возразить она, умолкая на полуслове. Снейп накрыл ее губы своими, целуя так, как никогда прежде. Не было в этом поцелуе страсти, нежности или любви. Только обреченность. И немое прощание. И она все поняла без слов.
– Иди, – приказал он хрипло. – Я должен знать, что вы в безопасности, – добавил он, опуская руку на ее живот. – Пожалуйста, Гермиона... Сделай это.
На секунду задержавшись, всматриваясь в ее лицо, стараясь, казалось, запомнить каждую мелкую деталь, Снейп развернулся и пошел прочь, в гущу битвы, чтобы делать то, что должен. А Гермиона все стояла и стояла, смотря ему вслед, пока знакомый силуэт не растворился во тьме. Она не могла его оставить.
– Он хочет, чтобы мы ушли, – повторила Грейнджер, глядя в темноту.
Вой оборотня рассек ночь, сливаясь с какофонией боя.
– Я не могу, – мягко сказал Гарри. – Ты ведь знаешь, это должен сделать я.
– Я знаю, – ответила девушка, поворачиваясь к другу. – Только вот они не знают.
Усталая улыбка появилась на лице парня.
– Может быть, нам стоит сказать им о пророчестве? – спросил он.
– Наверное, – Гермиона слабо улыбнулась в ответ.
Немного помолчав, Поттер опустился на землю рядом с телами Рона и Джинни.
– Это был Кричер, – сказал он, убирая волосы с веснушчатого лба друга. – Кричер убил их по приказу Волдеморта. Он был его слугой.
– Вот как... – выдавила Гермиона в ответ. Слова не шли, да и теперь это больше не имело значения. Вздохнув, девушка продолжила: – Этого бы не случилось, если бы Рон не... Если бы он...
– Я знаю, – прервал ее Гарри, понимая, что в произошедшем виновата не только она. Одержимость друга Гермионой была слишком давно, но ни девушка, ни сам Гарри не относились к этому достаточно серьезно, не думали о возможных последствиях.
Отбросив эти мысли, парень медленно поднялся, стряхивая кладбищенскую грязь, и аккуратно выглянул из-за полуразрушенного памятника – туда, где шла кровавая бойня.
– Я должен идти, – тихо произнес он, наклоняясь за палочкой Рона. – Пора положить этому конец.
Слезы текли по перемазанному лицу Гермионы, оставляя за собой светлые дорожки.
– Я понимаю, Гарри, – все, что она могла сказать.
– Ты знаешь... – он судорожно сглотнул, но ком в горле так и не исчез. – Я ведь был так уверен, что нас всегда будет трое. И мы пройдем через все это вместе... Втроем. До конца.
Гермиона подошла к нему и обняла за плечи, накрыв второй рукой ладонь Поттера со сжатой в ней волшебной палочкой их погибшего друга.
– Мы дойдем до конца, Гарри, – ее голос был полон горечи, но звучал на удивление твердо и решительно. – Втроем.
Плюй-камень, выпав из разжатой ладони девушки, утонул в грязи и темноте.
Засунув руку в карман мантии, Гермиона извлекла оттуда пузырек с восстанавливающим зельем и протянула другу. Проглотив терпкую жидкость, Гарри наблюдал, как из другого кармана она достала еще два флакона со светлой, золотистой субстанцией. Он знал, что это. Возможно, все не так плохо, как кажется, – мелькнуло в голове парня.
– Я решила, что нам может это понадобиться, – прокомментировала девушка, делая глоток. Гарри последовал ее примеру, и через миг слабо улыбнулся, чувствую, как начинает действовать Феликс Фелицис.
– Гермиона, а как насчет побочных эффектов? – вдруг спросил он, нахмурившись. – Ну, знаешь, после всех лечебных заклинаний и других зелий...
– Побочные эффекты? – она усмехнулась в ответ. – Ты имеешь в виду возможное головокружение, безрассудство и чрезмерную самоуверенность? Похоже на нормальное состояние гриффиндорца, разве нет?
Гарри пораженно посмотрел на нее, а затем улыбнулся.
– Рон был прав – ты слишком много времени провела со Снейпом.
Гермиона рассмеялась и махнула рукой в сторону битвы.
– Мы еще вернемся к этому разговору, Поттер! Пойдем.
И они побежали в ад.

***
Засунув палочку в рот Яксли, Снейп, прищурившись, наблюдал, как мощная струя воды ударила в рот Пожирателя, неся не просто смерть, но еще и страшные муки. Агуаменти было неплохой платой за сломанные ребра и прочие проявления любезности со стороны его бывшего коллеги. С отвращением оттолкнув труп ногой, Северус поймал себя на мысли, что тратит слишком много времени на каждого в отдельности. Времени, которого и так было мало. Лучше убить их быстро, вернуться к Гермионе и проверить, в безопасности ли она. На помощь Поттера ей, в случае необходимости, он, конечно, не рассчитывал. Так что следующему Пожирателю, попавшемуся на его пути, повезло удостоиться лишь Авады Кедавры.
Заметив высокую шляпу Минервы впереди, Снейп выпустил взрывное заклятие, расчищая путь к пожилой волшебнице.
– Где дети? – она задыхалась, но все-таки смогла выстрелить Петрификусом в пару Пожирателей, собравшихся напасть на зельевара.
– Я отправил Поттера и мисс Грейнджер в безопасное место, – сообщил он отрывисто, попав в еще одного ублюдка за спиной Макгонагалл заклинанием Конъюнктивитус с его личными изменениями. Теперь оно безвозвратно растворяло глазные яблоки. Сейчас он ненавидел их всех так сильно, что готов был убить голыми руками.
– А Уизли? Ты же не навредил им, правда? – спросила Минерва и дернулась – слабое Круцио проскользнуло сквозь ее защитный барьер.
Снейп восстановил защитные чары, бросив перед этим пару мощных Инсендио – запах горелого мяса в сочетании со зловонием крови и выпущенных кишок заполнил поле боя.
– Нет, – процедил он сквозь зубы, сдерживая боль от раны на бедре после чьего-то режущего проклятия.
Послав Энгоргио в шею еще одного нападавшего, он услышал хрипы задыхающегося от раздутого горла. Обернувшись на секунду, Снейп понял, что это был член Ордена Феникса. Быстро сняв проклятие, мужчина лишь досадливо хмыкнул – теперь на него охотится и Орден. Ничего нового.
– Так что, они в порядке? – крикнула Макгонагалл откуда-то справа – бой разделил их.
– Нет! – ответил он срывающимся голосом.
Отразив очередное проклятие и переместившись ближе к краю кладбища, он застыл, закипая от злости, смешанной с беспокойством – чертов Поттер и Гермиона, его Гермиона, стояли одни напротив Волдеморта, окруженного стаей оборотней, готовых броситься на своих жертв в любой момент. В неверии Снейп поднял глаза к небу, где тусклым светом блестел полумесяц. Лорд сам обратил их, – понял мужчина. В следующий миг один из зверей с жутким рыком прыгнул на девушку. Снейп отреагировал мгновенно – смертельный луч настиг монстра за секунду до того, как острые клыки сомкнулись бы на горле Гермионы. Заметив новую угрозу, оборотни оскалились, собираясь напасть на него. Слепая паника захлестнула Северуса, но предпринять он ничего не успел – большой серый зверь выскочил из темноты и, перепрыгнув через Снейпа, бросился на себе подобных.
– Ремус, – объяснил запыхавшийся Билл Уизли, пытаясь выровнять сбившееся дыхание. – Грюм помог ему трансформироваться.
Снейп коротко кивнул, собираясь найти Гермиону.
– Подожди! – крикнул Билл, схватив его за локоть. – Где Джинни и Рон?
– Мертвы, – сухо ответил Северус. – Отпусти, парень, сейчас не время!
Ошеломленный Билл молча разжал руку, провожая бывшего профессора Зелий пустым взглядом. Бросившись туда, где он последний раз видел Гермиону, Снейп встречал лишь сизые взлохмаченные шкуры. Собрав всю свою магическую силу, он вновь и вновь бросал в зверей заклинания, возвращая им человеческий облик, а подоспевший, но еще не отошедший от потрясения Уизли, с нечитаемым выражением на лице отправлял в них смертельные вспышки, вложив в них всю боль и ярость от потери брата с сестрой.
Оставляя Билла с его невысказанной мукой, которая не сулила оставшимся оборотням долгой жизни, Северус побежал между склепами, ища глазами девушку. Боковым зрением он отметил, что Пожиратели смерти отступали под натиском Ордена, да и отступать было уже почти некому. Заметив вспышку света в одной из гробниц, Снейп бросился туда, подоспев как раз в тот момент, когда проклятие полетело в сторону Гермионы. Без какой-либо сознательной мысли он рванул вперед, заслоняя ее от струи белого пламени. Заклинание ударило ему в спину, между лопаток, и он, покачнувшись, упал на землю, увлекая девушку за собой. Ее карие глаза были последним, что он увидел, прежде чем все вокруг остановилось, и тьма поглотила его.

***
Гарри Поттер не видел ничего этого.
Он смотрел, не отрываясь, на темного мага перед ним, а в его голове вновь и вновь крутились слова рокового пророчества: ...один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой....
Подняв палочку, он направил ее на своего заклятого врага, чувствуя, как ненависть волной поднимается в его душе – к этому монстру, бессердечному чудовищу, отнявшему столько невинных жизней. Уже открыв рот, чтобы убить, Гарри вдруг понял, что Авада Кедавра будет слишком простой карой для Волдеморта.
– Интерфицио Амор*! – выкрикнул Поттер, и золотое сияние, вырвавшись из палочки, обвило Темного Лорда.
Подняв его над землей на несколько футов, мерцающие нити, разделившись, заскользили в уши и рот неподвижного мага. Небесную завесу разрезали вспышки молний, но никто не сдвинулся с места, неотрывно следя за происходящим. Ночь, до этого наполненная звуками битвы, сменившимися гробовой тишиной, отозвалась тихой, пронзительной песней.
Феникс, – понял Гарри. Последний раз он видел птицу на похоронах Дамблдора, после которых феникс исчез. И вот он вернулся.
Спикировав вниз, Фоукс подцепил когтями одну из золотистых нитей и потянул в сторону, туда, где за разрушенной могилой плакала Гермиона Грейнджер, сжимая в объятиях безжизненное тело Северуса Снейпа.
– Я клянусь, – осторожно подойдя ближе, Гарри услышал сбивчивый шепот подруги, – я отдам ребенка Малфоям, если ты сейчас же не очнешься, слышишь меня, чертов ублюдок!
Но Снейп не шевелился.
Не прекращая петь, феникс приземлился на грудь мужчины, легко оттолкнув голову девушки, и опустил ему в рот светящуюся нить, которая, будто по собственной воле, проскользнула в горло Северуса.
– Что это? – Гермиона, наконец, пришла в себя и непонимающе подняла голову.
Гарри не ответил, смотря на подругу с состраданием в глазах. За его спиной тело Волдеморта вдруг вспыхнуло сильнее, заливая кладбище желтым светом, а затем потухло и полетело на землю. Все было кончено.
– Ты сделал это, – тихо сказала девушка, посмотрев на друга.
– Наверное, – едва слышно ответил Гарри.
Не зная, что еще сказать, он опустился на колени рядом с Гермионой, привлекая ее к себе. Они сидели, обнявшись, плача о тех, кого потеряли в эту ночь.
Песня феникса оборвалась.
Примечание:
*Interficio Amor – убивать любовью.

Эпилог
2 сентября, двенадцать лет спустя
Нахмурившись, Гермиона Грейнджер еще раз пробежала глазами письмо в ее руках, прежде чем скомкать пергамент и бросить его в огонь. Задумчиво поглаживая живот, она размышляла о том, до чего же глупо спорить с кем-то, в ком настолько явно чувствовались слизеринские черты. И не важно, что Шляпа распределила ее на Пуффендуй.
Рассерженно хмыкнув, Гермиона послала упаковочное заклинание по квартире, все еще хмурясь, что ей все-таки пришлось пойти на поводу у дочери и уступить ей. Но, хоть признаваться самой себе в этом и не хотелось, Сара была права – так действительно будет лучше для всех. На губах женщины скользнула задумчивая улыбка – ее не могло не радовать, что она не сдалась под напором Снейпа, а всего лишь заботилась о благополучии их ребенка. Ведь правда?
Протянув руку, она сняла одну из фотографий с каминной полки. На снимке они были вместе – сварливый мерзавец, собственнически обнимающий Гермиону, и счастливая Сара. Девочка весело смеялась, в то время как ее мать безрезультатно пыталась выпутаться из крепких объятий. Только по одному этому снимку становилось понятно, что Северус Снейп никогда не позволит ей исчезнуть из его жизни. Этот урок мисс Грейнджер усвоила давно, но все еще отказывалась принимать правду, каждый раз находя новые веские причины.
Видимо, это достаточно весомый аргумент даже для меня, – усмехнулась про себя женщина, опуская ладонь на живот. И воспоминания ожили в ее памяти.
Слезы, боль, радость победы – все смешалось в эту роковую ночь. Гермиона сидела, положив голову на плечо Гарри, не в силах пошевелиться. В душе было пусто и горько. А потом сквозь надрывный плач Молли Уизли, потерявшей двоих детей, она услышала слабый, но уже недовольный голос Снейпа:
– Снимите с меня эту чертову курицу!
Отстраняясь от Поттера, все еще не веря, что ей не кажется, она обернулась и встретилась глазами с презрительным взглядом самого циничного мужчины на свете. Потревоженный феникс, размахивая крыльями, перебрался с его груди на плечо, еще больше выводя Снейпа из себя.
– Северус... – выдохнула девушка, бросаясь к нему и обнимая.
– Что касается тебя... – процедил он с презрением, хватая девушку за плечи и отталкивая от себя. – Я сказал тебе уходить. Как ты обошла Обет?
Гермиона улыбнулась, вспоминая реакцию Снейпа на ее рассказ о том, как вечно раздражающий зельевара Гарри снял его же чары.
Следующие несколько месяцев после Битвы она не раз мысленно благодарила друга за то, что ее связь с Северусом больше не действовала. Он превратился в настоящего диктатора, единолично принимая решения о ее будущем и не желая отпускать девушку от себя ни на шаг. А сколько раз они спорили о судьбе несчастного Фоукса? Птица, теперь поселившаяся у зельевара, почти привыкла откликаться на оскорбительное прозвище глупая курица, что определенно забавляло Снейпа. Но вот соседствовать с Живоглотом феникс не мог – кот с завидной регулярностью ловил пернатого соперника по территории и затаскивал на самое высокое дерево, которое мог найти.
Домашние животные действительно становятся похожими на своих владельцев, – размышляла Гермиона, вспоминая, сколько раз ей приходилось залечивать многочисленные царапины от когтей и клюва Фоукса на руках Гарри.
После рождения Сары Гермиона прожила с Северусом два месяца, пока не поняла, что больше не может. С тяжелым сердцем она собрала вещи и ушла, оставив ему ребенка. Это было нелегко для нее – с тех пор, как девочка родилась, Гермиона почти не отходила от нее, не спускала дочку с рук. Но жить с ним дальше было невыносимо, а он скорее убил бы ее, чем отдал ей ребенка – это она знала точно. Но остаться с ним и быть несчастной тоже не сделало бы Сару счастливой. И она ушла.
...На три часа, пока Снейп с совершенно невозмутимым видом, Сарой на руках и Глупой Курицей на плече не появился на Гриммо, 12, где она временно остановилась, требуя вспомнить о материнских обязанностях и немедленно накормить его дочь.
Тогда она вернулась, но потом они долго спорили и ругались, пока он, наконец, не уступил и согласился с тем, что всем будет проще, живи Гермиона отдельно. Он купил ей эту квартиру, установив, конечно, множество защитных чар и наладив каминную связь с его домом для себя и Сары.
И зажила своей жизнью. Изменения не были радикальными – она все так же регулярно виделась со Снейпом и дочерью, но скандалов стало значительно меньше. Она занялась ученичеством у Мастера Нумерологии, пока со временем не стала Мастером сама. Научные исследования и новые открытия поглотили девушку с головой, не оставляя времени на личную жизнь. Конечно, иногда она пыталась ходить на свидания. Но, когда после одного из них Снейп явился к парню домой, в своей любимой манере убеждая несчастного оставить ее в покое, она сдалась. Или же это было после другого случая – тогда особо наглый экземпляр, по мнению Снейпа, рискнувший сходить с ней на второе свидание, был найден утром в мусорном баке, не в состоянии вспомнить, что произошло. Потом они с Северусом бурно ругались, и он поставил ей условие – никого, кроме него. То ли было что-то в его глазах в этот момент, то ли она просто устала от его выходок, но Гермиона согласилась.
И сейчас она, тридцатилетняя женщина, наконец решилась не только жить с этим сварливым, невыносимым магом, разменявшим шестой десяток, но даже снова стать матерью. Тогда, двенадцать лет назад, когда он силой взял то, что хотел, она действительно ненавидела его. Все казалось прозрачным и понятным. Но теперь все иначе, она сама стала другой, так что в запутанных чувствах к Снейпу не помогал разобраться даже хваленый рациональный склад ума мисс Грейнджер.
Пламя камина вспыхнуло золотым светом, прервав размышления Гермионы, обещая скорое появления Гарри Поттера. Гермиона улыбнулась, подумав о том, что если бы Северус запатентовал это заклинание, они бы могли вообще не работать еще долго – большинство волшебников жаловались на неожиданные визиты по каминной сети.
Улыбка женщины стала шире, когда Гарри, отряхивая с одежды пепел, шагнул в комнату, на ходу надевая очки – после первого неудачного путешествия через камин он всегда снимал их заранее.
– Привет, Гермиона, – сказал он, сжимая подругу в объятиях.
– Не так сильно, – засмеялась Гермиона, защитным жестом обнимая живот.
– Прости, – улыбнулся он, отступая на шаг. – Это наконец случилось! Луна беременна!
– Ох, Гарри, – ахнула женщина. – Это так замечательно! Я очень рада за вас! Когда она родит?
Поттер, хмурясь, осмотрел комнату.
– Что происходит? – спросил он, игнорируя ее вопрос.
– Я переезжаю, – просто ответила она, и последний ящик, закрывшись, пропал из виду.
– И куда ты переезжаешь? – Гарри взял ее за руку, все еще хмурясь.
Гермиона вздохнула. Их со Снейпом взаимная неприязнь не только не сошла на нет после Битвы, но еще и разгорелась с новой силой. Когда выяснилось, что силы и любви Гарри для убийства Темного Лорда не хватило бы, если бы не Фоукс, связавший Волдеморта со Снейпом магической нитью, и не чувства Снейпа к Лили, оставшиеся где-то в глубинах памяти, отвращение Северуса к парню заиграло новыми красками. Ни один из них не мог смириться с тем, что они действительно нуждались друг в друге для победы над Лордом, а Гермионе оставалось лишь радоваться, что эти факты всплыли не сразу после боя, а только спустя три года. Ибо кто знает, хватило ли бы Снейпу слов портрета Дамблдора для оправдательного приговора, откажись Гарри свидетельствовать в его защиту. Главное, что Северус был свободен и его не постигла участь казненной Беллатрисы или Люциуса под домашним арестом, лишенного всех денег.
– Я возвращаюсь домой, Гарри, – мягко ответила Гермиона. – Думаю, время пришло.
– Сейчас? – спросил он недоверчиво. – Но Сара уехала в Хогвартс вчера – что тебе там делать?
– Зато там есть тот, кому я нужна больше всего, – произнесла Гермиона, думая, как лучше объяснить другу свое решение. – Он совсем один, Гарри, да и я... я...
Она замолчала, сцепив руки на животе, не зная, что говорить дальше. Но Поттер уже понял все без слов. Он молчал, наблюдая за этим жестом, который еще утром видел в исполнении Луны.
– Я не верю, – выдавил Гарри, прищурившись. – Как ты могла снова позволить ему вернуться в твою жизнь, Гермиона?!
– Ну хватит уже, Гарри! – отрезала волшебница. – Все совсем не так.
– Не так?! – Поттер уже закипал от злости. – Он снова заставил тебя, да? Просто скажи мне, и я...
– Нет! – крикнула Гермиона, но затем, глубоко вдохнув, продолжила уже спокойным тоном: – Теперь все иначе. Гарри, я...
Простая истина, которую она настойчиво отгоняла столько лет, словно назойливую муху, казалась сейчас облегчением.
– Я люблю его, – три слова, но как много они значат в жизни. – И, наверное, всегда любила. Просто не была готова.
– А сейчас, значит, готова? – Гарри не мог этого понять, определенно, нет. – Почему именно сейчас? Хочешь сказать, это не потому, что он снова обманул тебя и ты опять беременна?
– Он не обманывал меня, – Гермиона покачала головой. – Не в этот раз. Знаешь, я ведь даже еще не сказала ему. Я перестала пить зелье сама, он не просил меня об этом. Поверь мне – он не такой плохой, как ты думаешь. Иногда он даже может быть очень...
– Не хочу ничего об этом слышать! – воскликнул Поттер с притворным ужасом, для убедительности зажав уши руками. – Ни-че-го!
Смеясь, Грейнджер легко толкнула друга в плечо, с облегчением понимая, что обстановка разрядилась.
– Правда, Гермиона, ты уверена? – продолжил Гарри серьезным тоном. Как бы там ни было, но использовать подругу он не мог позволить никому. – Ты же знаешь – он думает только о себе. Он не любит тебя, он просто...
– Нет, – решительно прервала его она, набирая горсть летучего пороха в ладонь. – Ты ошибаешься, Гарри. Он любит меня – я знаю это.
– Он хоть раз это сказал? – Поттер покачал головой, тоже подходя к камину. – Снейп когда-либо говорил тебе я тебя люблю?
Гермиона замолчала, задумчиво склонив голову набок.
– Нет, – призналась она, бросив порох в огонь. – Но Северус бы не назвал это любовью.
– Что тогда, раз не любовь? – Гарри взял ее за локоть, заглядывая в глаза.
Гермиона улыбнулась и шагнула в пламя, а ответ волшебницы растворился в столпе зеленых искр:
– Искупление.
Конец












Report abuse

All documents on the website are taken from public sources and posted by users. We offer our deepest apologies if your document has been published without your consent.