Рассчитанный брак septentrion Lazybones NC-17

There is still time to download: 30 sec.



Thank you for downloading from us :)

If anything:

  • Share this document:
  • Document found in the public.
  • Downloading this document for you is completely free.
  • If your rights are violated, please contact us.
Type of: doc
Founded: 15.11.2020
Added: 12.01.2021
Size: 0.46 Мб

Название:Рассчитанный бракОригинальное название:GnamourologieАвтор:septentrionПереводчик:LazybonesБета/Гамма:BlancaПейринг:СС/ГГРейтинг:NC-17Жанр:Романс/юмор, POVСсылка на оригинал:http://www.fanfiction.net/s/3331037/1/GnamourologieРазрешение на перевод:полученоДисклаймер:Герои – Роулинг, история – автору, мне лишь переводСаммари:Жил себе Северус не тужил после войны, пока указ Скримджера не заставил его жениться.Комментарий 1:фанфик переведен на конкурс Магические традиции на Тайнах Темных ПодземелийКомментарий 2:фанфик был номинирован на СОВы 2007 на fanfiction.netПредупреждения:ООС героев. У автора свой взгляд на Снейпа. Переводчик учитывал официальный перевод РОСМЭН. По большей части.Отношение к критике:почему нет?Размер:максиСтатус:закончен
Глава 1. Вывернулся— Эй, Хвост, кому это ты решил написать, на ночь глядя?Крысёныш вздрогнул и засуетился. Похоже, вот-вот обмочится. Может, наконец-то сбудется давняя мечта, и с благословения Темного Лорда я избавлюсь от него.Прежде чем он успел привязать пергамент к лапе совы, я вырвал его из рук.Мистер Поттер,Пароль в убежище Тёмного Лорда - Анимаг.Ваш другКрыса — предатель! Хотя чему удивляться, ему не привыкать. С каких пор враг в курсе наших дел? Нужно поторопиться с допросом.Он боится, и не зря — мне ни капли его не жаль.— Круцио!Приятно смотреть, как бывший мародёр на полу корчится от боли. Я не сразу снимаю заклинание — нужно сломить его сопротивление. Но и затягивать не приходится: Хвост — известный трус.— Давно ты информатор Поттера? Что ты ему рассказал?А он смелее, чем кажется: слабый вызов читается в его глазах.— Круцио!Не время играть. На этот раз я держу заклинание немного дольше. Он свернулся зародышем. Жаль — я целил по яйцам. Тем хуже, хватит и колен.— Так как?И он заговорил. Он указал Поттеру на тайник с тем, что наш, нет, мой, Господин считает ценным; предупредил о некоторых атаках Пожирателей. Теперь ясно, почему мы никак не могли найти Бруствера.Пора это заканчивать.— Авада Кедавра!Не стало крысы. Нет больше мародёра. Но радоваться рано. Нужно предупредить Тёмного Лорда об измене Хвоста. Вероятно, сегодня стоит ждать нападения.Что за шум? Дерьмо, они уже здесь! Отсутствие пароля надолго их не задержит. Осторожность — мать безопасности — перед тем как броситься в бой, я накладываю на себя дезиллюминационные чары. У возродившегося из пепла в рукаве припрятан козырь!***Промежуточный итог сражения: руки и ноги в порезах, мантия испорчена, с левого виска заклинанием срезало волосы и дрожит левая рука. А будь я видим… Страшно представить.Так надо мной постаралась старуха МакГонагалл. Я победил только по счастливой случайности: эта гарпия потеряла очки и не видела, откуда летят заклинания. Перед тем, как напасть на следующего противника, я позволил себе удовольствие наступить на её труп.Оглядевшись я понимаю, что попал в самый центр битвы: в трёх метрах от меня друг против друга Гарри Поттер и Тёмный Лорд, стоящий в крови Нагайны. Редукто! — выкрикивает мальчишка, и, к моему ужасу, прямо на глазах мой Господин превращается в пепел... Только уже не возрождается. А разве не уверял он нас, что не может умереть? Выходит, лгал? Значит, Поттер умнее, чем я думал?Как бы там ни было, победа переходит на сторону врага, и я тоже. Без сожаления, тут же, на поле битвы я переметнулся к противнику. В бывшем лагере мне всё равно никто не нравился. К тому же напоследок я смогу рассчитаться с тремя Лестрейнджами. Об одном жалею — не хватило времени наградить лёгким круцио Беллу.Вдруг меня сбивает с ног. Земля твёрже камня. Наверное, выдал пущенный мной зеленый луч, а петрификус тоталус разрушил дезиллюминационные чары. Меня обнаружили.Растянувшись на холодной земле, я, ругаясь, швырнул несколько заклинаний. Однако кто-то, кого я не мог рассмотреть, без труда их блокировал. Этот кто-то приближается, и я наконец-то могу его увидеть. Да это же Бруствер! Меня как никогда радует, что у нас так и не вышло его поймать.— Северус Снейп, вы арестованы за причастность к запрещенной организации, известной как Пожиратели смерти, и за убийство Альбуса Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора.Боюсь, как бы эта ерунда не стала в итоге причиной моей смерти. Нужно срочно найти способ выпутаться из этой передряги. Времени подумать, пока жду суд в Азкабане, будет предостаточно.***Я сделал их! Я их одурачил! Стоило взять на себя грехи Хвоста, и меня освободили! Мне даже удалось заставить их проглотить историю, что Дамблдор сам приказал мне себя убить. Они там, в Визенгамоте, совсем в маразме!Вернёмся немного назад.Через два дня после ареста и полтора после разработки моего плана состоялся суд.Министр магии Скримджер руководил так называемым рассмотрением дела. Он гордо восседал на скамье, глядя мне в глаза, свободный и с палочкой в руке, в то время как я был унизительно прикован к арестантскому стулу. Но здесь хотя бы было теплее, чем в Азкабане.— Северус Снейп, — прогремел министр, — вы предстали перед Визнегамотом, чтобы подвергнуться суду за вашу деятельность в запрещённой организации, известной под названием Пожиратели смерти, и за убийство Альбуса Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора, директора Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс.—Отрицать, что был Пожирателем, не буду. Но если вы ознакомились с протоколом моего процесса тысяча девятьсот восемьдесят первого года, то должны помнить, что сам Дамблдор опроверг обвинение в том, что я всё ещё состою в этой организации.— Вы обманули его, а он вам поверил.— Считаете, Дамблдор был столь наивен?Так, думаю, первый удар отбит. Как оправдать доверие старого дурака ко мне, не подняв его на смех? Однако Скримджер быстро пришёл в себя.— Просветите нас о причинах доверия Дамблдора к вам?— Я был его шпионом при Пожирателях и Тёмном Лорде. Добытую мной информацию он потом передавал Поттеру, и она имела решающее значение.Вот, когда измена Хвоста принесла мне пользу. Раз он всё равно умер, мне на руку сыграет то, что информатор Поттера — я.— Настолько решающее, что пришлось убить старого человека?Тут я открыто засмеялся.— Вы забываете, что Дамблдор был очень сильным волшебником. Единственным, кого опасался Тёмный Лорд. Но здесь у меня не было выбора. Нарцисса Малфой, защищая своего сына Драко, заставила меня дать Непреложный обет. В последнюю секунду, она добавила условие, что я должен выполнить задание, порученное ее сыну, если тот окажется не в состоянии. Не сомневаюсь, вам уже известно, что этим заданием было убить Дамблдора. Как известно и то, что бывает, если нарушить Непреложный обет. Я сообщил Дамблдору о взятом на себя, чтобы избежать разоблачения в стане Пожирателей, обязательстве. Он счёл, что мой доступ к информации важнее его жизни. И приказал мне жить, я цитирую, какой бы ни была цена.При этих словах зал пришел в волнение. В меня полетели оскорбления и плевки. Авроры с трудом восстановили порядок. Наконец, когда воцарилась тишина, как свидетель был вызван Поттер.Он подтвердил, что без полученной после смерти Дамблдора информации он бы никогда не победил Тёмного Лорда. Его точные слова: Уверен, без моего анонимного информатора власть в магическом мире захватил бы Волан-де-Морт. Мы все обязаны ему жизнью. Я кое-как сохранил серьезный вид.— Скажите, Снейп, а какую именно информацию вы передавали мистеру Поттеру? — вдруг спросил волшебник, сидящий двумя рядами выше министра.Я рассказал о том, в чём сознался Петтигрю. Каждый раз Поттер кивал в знак согласия. Понемногу выражение его лица менялось: сначала ненависть и презрение уступили место изумлению (кстати, вытянутая физиономия ему вовсе не шла), а затем восхищению. Ну это уж слишком. Поттер мной восхищается! Знаете, что этот болван сказал в конце? Я искренне сожалею, что ради помощи нам вам пришлось всё это пережить. Спасибо вам за жертвы, принесённые вами для общего блага.Некоторые присутствующие на спектакле чувствительные ведьмы в приступе сочувствия даже слегка прослезились. Сочащиеся сентиментальностью, приторней карамели на подбородке ребёнка, они были просто омерзительны.Окончательный вердикт гласил:Во-первых, Нарцисса Малфой меня обманула. Под предлогом защиты сына Драко она заставила меня дать Непреложный обет завершить его задание, в случае если он потерпит неудачу.Во-вторых, если бы я нарушил Непреложный обет, то умер, а Орден Феникса потерял бы своего единственного шпиона, приближённого к Тёмному Лорду. Дамблдор считал это недопустимым. (Можно подумать, что мой нос слишком длинный из-за лжи, но уверяю, сказка про Пиноккио здесь ни при чём).В-третьих, убийство Дамблдора по его же приказу было гарантией, что я продолжу снабжать Гарри Поттера информацией, которая позволила ему победить лорда Волан-де-Морта.Заключение: меня оправдали. Так как Дамблдор приказал мне себя убить, то они убедили себя и всех, что это было не убийство, а самоубийство с моей помощью.Я был оправдан полностью, за исключением штрафа за мою причастность к Пожирателям. Штраф требовалось оплатить в течение года, иначе пришлось бы снова посетить магический курорт в Северном море. Пусть на это уйдут все мои сбережения, но я свободен, а проблему экономического выживания решу позже.***В реальности указанная проблема обнаружилась уже очень скоро. Штраф ощутимо превышал размеры моих сбережений. К тому же, несколько месяцев после моей отставки с поста учителя я жил без зарплаты и несколько обеднел. На этот раз у меня был шанс. Если бы я женился, то держал бы жену рядом, под присмотром. Как говорится, мне бы редкостно повезло.Работу мне предложили раньше, чем я послал первое резюме, даже раньше, чем я понял, что нужно делать. Набор в Пожиратели смерти был ещё проще: Тёмный Лорд приказывал применить авада кедавра к кому-то из маглов, и, если у вас получалось, — вы приняты. Что же до Хогвартса, я был нанят, можно сказать, по знакомству.Это все к тому, что прекрасным дождливым августовским утром в мою дверь постучались близнецы Уизли. Они предложили мне работу заведующего лабораторией исследований и разработок на своей фирме ВВВ (Всевозможные волшебные вредилки). Я должен был помочь им справиться с разнообразными запросами клиентов. А раз в лаборатории я буду работать один, то почему бы не стать и заведующим. Дополнительно я потребовал, чтобы трудовое соглашение было магическим. В нём я указал несколько требований: запрещено оскорблять или бросать в меня заклинаниями, или, что еще хуже, использовать меня как подопытного кролика для моих же изобретений.И они подписали всё не задумываясь, что доказывало, как я им нужен. Подозреваю, на них так повлияла всеобщая восторженность.Мне пришлось окружить свой дом чарами против жучков и журналистов, которые хотели знать ответ на вопрос: Что чувствуешь, когда предстоит убить лучшего друга?. Похоже, они совсем не слушали. Я никогда не говорил, что Дамблдор был моим лучшим другом.
Глава 2. Гильдия СвахВосемнадцать месяцев. Полтора года новой жизни. Полтора года я работаю на близнецов Уизли, придумывая зелья и всякие защитные приспособления. Откровенно говоря, всё могло быть гораздо хуже.Чего мне не хватает, так это нового Тёмного Лорда. Но так быстро следующий не появится, я умру раньше. Ладно, не будем о грустном.За событиями в волшебном мире я почти не следил. Да, кажется, ничего интересного и не происходило. Знаю, что Поттер и его приспешники, Грейнджер и Уизли, после моего суда вернулись в Хогвартс. И, окончив седьмой курс, успешно сдали ЖАБА. На здоровье! Поттера тут же зачислили в школу авроров, Уизли стал клерком где-то в Министерстве Магии, а Грейнджер... ударилась в политику.Именно благодаря мисс-я-знаю-всё на меня напал безудержный хохот, чего уже давно не случалось. На Новый год она не придумала ничего лучше, как издать с одной бульварной газетенкой (Придира, кажется) целый рекламный буклет Г.А.В.Н.Э. Перед вами представала колдография улыбающейся во все зубы Грейнджер — явно не лучшая ее черта — между двумя эльфами. Только эти двое свободны в нашем мире. Вдобавок один (или одна?) был слишком пьян, чтобы устоять на ногах.Кажется, она здорово рассмешила и моих нанимателей. Я слышал, как Фред Уизли сказал: Грейнджер позарилась на славу Святой Риты, покровительницы сирых и убогих. Хочет, наверное, столько же памятников.Что не помешало этому шуту Скримджеру быть переизбранным. Мне плевать, у меня нет избирательного права.Короче, все шло почти как нельзя лучше, когда Уизли сообщили, что в понедельник, четырнадцатого февраля, в Норе празднуется их помолвка с близняшками Патил. Особо было указано, что приглашен весь персонал, а магазин будет закрыт. По их взглядам нетрудно было догадаться, что приглашение стоит расценивать как приказ.Честно говоря, думал, на этот раз они оставят меня в покое, желая видеть подальше от своей обожаемой семьи. Похоже, они меня раскусили. Надо было выказать больше энтузиазма…***— О, Северус, как мило, что вы к нам присоединились!— Ну что вы, Молли, я не пропустил бы этого ни за что на свете.Мать семейства широко улыбается, по всей видимости, не заметив сарказма. Что ж, пятнадцать лет терпел старого дурака с его желтыми леденцами и фан-клубом, смогу выдержать и вечеринку в Норе. В конце концов, мне нужна моя зарплата. И, пусть я никогда не признаюсь в этом вслух, работа в лаборатории Уизли — не бей лежачего. Жаль, что это они устанавливают мне зарплату.— Мистер Снейп, какое удовольствие видеть вас здесь!Хмуро гляжу на Фреда Уизли.— Весельчак, как всегда, — бросает Джордж Уизли, проходя за спиной и похлопывая меня по плечу.И так каждый раз! Ненавижу это так же, как дурацкие хлопушки от Дамблдора на Рождество. Сколько будут продолжаться эти детские выходки? Процедив невнятные поздравления моим нанимателям, я пытаюсь исчезнуть.О нет, на моем пути Поттер!— Здравствуйте, сэр.Он приветливо мне улыбается, распираемый благодарностью за мою помощь.С трудом скрываю ненависть. Пора убираться отсюда. Неприятности мне ни к чему.— Здравствуйте, Поттер.Иду дальше. Делаю маленький круг через кухню — не хочу встречаться с Люпином и его розововолосой подружкой. Поднимаюсь наверх. Если кто увидит, всегда можно сказать, что ищу туалет.Прокравшись в комнату, я уже почти устроился со свежим номером Зелья сегодня, когда услышал скрип лестницы. Времени хватило юркнуть под кровать.Дверь открылась, впустив двоих. Дерьмо! Я застрял в пыльном коконе и при этом шпионю за Грейнджер и Уизли. Рональдом Уизли — их так много, всегда стоит уточнять о котором речь.Садятся на кровать. Слышен звук сосания. Надеюсь, дальше пары поцелуев не зайдёт. Прекращается.— Гермиона, в этом платье ты так красива.И чего они в этой семье все такие сентиментальные?! Платье — это платье. Вовсе не оно делает женщину красивой.— А без него что?И она его дразнит!— Не дразни меня, Гермиона, я тебя привел сюда не для этого. Хотя не буду против кое-чего.Уверен, Уизли выразительно подвигал бровями, намекая на это кое-что. Знаю, такое невозможно, но клянусь, я прямо услышал это.— Ладно. Так о чем ты хотел поговорить?Уверен, что еще я услышал, как Уизли покраснел.— Ну... вот... мы... мы знаем друг друга уже давно, ты и я... мы вместе уже больше двух лет и…Когда он собирается дойти до сути?— Я хочу быть с тобой всю жизнь.Кровать скрипнула. Догадываюсь, что Грейнджер бросилась Уизли на шею. О, опять причмокивание.— О да, Рон, — произносит Грейнджер между двумя засосами.— Только вот, до того, как объявить о помолвке, мы должны пройти тесты в Гильдии свах.— Брачное агентство?Брачное агентство? Если бы она только знала!— Нет, Гермиона, Гильдия намного шире этого. Именно они создали генеамурологию. Знаешь, что такое генеамурология?— Разумеется, Рон. Генеамурология – магическая наука, изучающая принципы образования пар, психологию, романтику и генеалогию. Она позволяет определить совместимость двух человек для создания семьи. Но, между прочим, чтобы пожениться, проходить генеамурологические тесты не обязательно.Ах, мисс-я-знаю-всё до сих пор существует.— Ты права. Но, знаешь, для пар, воспользовавшихся её услугами, много разных поблажек. Например, снижение налогов. Или тебя точно возьмут на работу в Министерство. Папа попал туда именно так. К тому же, тебе прекрасно известно, что среди волшебников это стало уже традицией. Без них ни одна свадьба не обходится.Отсюда и увеличение количества неженатых пар, если вы этого не заметили, Уизли.— И потом, мои родители никогда не смирятся, что я женюсь, не пройдя теста Свах. Даже если я женюсь на тебе, Гермиона.Девчонка шумно вздохнула.— Ладно, я пройду тесты, но сделаю это только ради тебя!— Можем сделать это завтра, если хочешь.Задумчивая тишина.— Давай, — наконец сказала она.Еще несколько причмокиваний, и голубки выходят из комнаты. Я выбираюсь из укрытия, бросаю на дверь отвлекающие чары, и, наконец, открываю журнал.Позже я снова спускаюсь в ад. Стоит напомнить о себе, чтобы успокоить Уизли.Чёрт возьми, Люпин! Рукопожатие, пылкое — от него, вынужденное — от меня.— Северус, как твои дела?Тьфу, он лучится добротой. Мы что с ним, закадычные друзья?— Хорошо настолько, как может быть с учётом сложившихся обстоятельств.— Да, понимаю. Нести ответственность за смерть Дамблдора, сыграть настоящего Пожирателя — такой тяжкий груз.Он, видимо, не понял, что я намекал на собравшуюся компанию, а не на чувства, которых никогда не испытывал. И все-таки я пользуюсь его смущением.— Извини, Люпин.Он понимающе кивает головой.Увидев напитки, я наливаю щедрую порцию огневиски. Оглядываю сборище. Проклятье! Одни гриффиндорцы! Кроме продавца из ВВВ, который вежливо слушает волынку Грюма о постоянной бдительности. Этот бывший пуффендуец. Я замечаю Уизли и Грейнджер, нежно шепчущихся в углу, и понимаю, что пора покинуть это райское местечко. Постаравшись должным образом попрощаться с моими работодателями и их родителями, я выхожу и трансгрессирую в Паучий тупик.
Глава 3. Тесты.Я ужасно нервничаю. Сегодня мы с Роном пойдем в Гильдию Свах проходить генеамурологические тесты. А потом сообщим всем, что собираемся пожениться. Не удивительно, что я почти не спала. Утром заставила себя выпить кофе, а вот салат вряд ли смогу запихнуть.Интересно, где мы будем жить. Рон все еще живет с родителями, а моя квартирка слишком мала для двоих. На лучшее мне не хватает. Г.А.В.Н.Э. отнимает кучу времени, ничего не принося. К тому же, никому не хочется брать на работу кого-то, кто вправит мозги их домовым эльфам. Тут же вспомнились деньги от родителей и гонорары от некоторых независимых работ: подвернувшиеся статьи для Ежедневного пророка, несколько зелий для знакомых, нумерологические расчёты для задумок Фреда и Джорджа и прочее.Рон тоже получает немного, но у него есть шанс продвинуться по службе, если он научится сдерживаться. Это должно прийти с возрастом. Представляю нас через десять лет, в скромном, но уютном коттедже за городом, с двумя детьми, играющими во дворе. В это время я готовлюсь к митингу за равенство магических существ, а Рон — на работе. Э-э... а кто готовит еду?Уже полвторого! Я убираю остатки салата в холодильник и понимаю, что ни строчки не написала для пресс-релиза, обещанного волшебному радио. И вот меняю одежду, в которой бродила с момента пробуждения.***Ровно в два часа я вхожу в вестибюль Гильдии Свах. Рон опять опаздывает — всем известны пятнадцать минут Рональда. Воспоминания заставляют с нежностью улыбнуться.Присаживаюсь в одно из кресел в приёмной и погружаюсь в книгу по трансфигурации — в будущем эти знания могут пригодиться.В два пятнадцать появляется красный и запыхавшийся Рон.— Я... прости... отчёт... в последнюю минуту... для шефа…Мне смешно.— Всё нормально, Рон. Отдышись, и идём сдадим эти тесты.Держась за руки, мы подошли к администратору. По её словам, сами тесты займут около часа, и ещё пятнадцать минут требуется для получения результатов. Мы быстро подписали договор и внесли оплату. Пришлось снять со счета всю наличность — сто пятьдесят галлеонов. Не терпится поскорее с этим покончить.Администратор проводила нас в небольшую комнату. Там она вручила нам анкеты, похожие на карты от шарманки.— Вы должны просто ответить на вопросы. Напротив выбранного ответа сделайте отверстие. В конце теста запечатайте вашу анкету, приложив палочку к указанному месту, и произнесите: Всё честно. Затем анкеты поместят в этот инструмент, — она указала на прибор — точную копию шарманки. — Ваши данные сравнят с данными всех наших клиентов, и мы сможем дать оценку вашей совместимости.Взяв первую карточку и лежащий рядом заостренный инструмент, я берусь за дело. Рон следует моему примеру.Вопросы касаются множества тем и привычек.Когда вы готовы пожениться? Немедленно.Неизвестно, что нас ждет.Вы предпочитаете супруга-англичанина? Да.Не желаю преодолевать культурные разногласия. Трудностей хватило при попадания из магловского мира в волшебный.Вы хотите детей? Да.Сколько? Двоих.Желаете, чтобы ваш супруг был:— чистокровным;— полукровкой;— маглорожденным;— не имеет значение?Что за вопрос?Имеет ли значение знак зодиака вашего супруга?Конечно, нет. Я не Лаванда Браун.Пф-ф-ф, никогда бы не подумала, что отвечать на вопросы может быть так утомительно. Некоторые вопросы вогнали в краску (Вы девственник(ца)?), некоторые возмутили (Сколько вам нужно домашних эльфов?), некоторые смутили ([i]Каков ваш реальный доход?).Наконец я поднимаю голову. Вижу, Рон тоже закончил. Я зову администратора. Та незамедлительно помещает наши анкеты в шарманку. Понятия не имею, как на самом деле называется эта штука, никогда о ней не слышала. Я ломаю руки, на висках Рона — капли пота. Мы дружно сглатываем.Через самых долгих пятнадцать минут в моей жизни из прибора появляется красного цвета карточка. Рон бледнеет. Наверное, ему понятно ее значение. Администратор хмурится, читая результат.— Мистер Уизли и мисс Грейнджер, кажется, ваша совместимость оценена лишь в двадцать процентов. Крайне не рекомендую вам вступать в брак. Наши исследования показывают, что при совместимости менее сорока процентов вероятность развода равна девяносто пяти процентам. Разумеется, каждому из вас мы сможем найти в нашей базе более подходящих супругов.Этот монолог разбил охватившее меня оцепенение, обрушив осознание произошедшего. Рон и я несовместимы? Не может быть! Не верю ни единому слову!Наконец, совладав с собой, пытаюсь выразить мое неверие:— Наверняка это какая-то ошибка. Перепроверьте наши ответы в…Волшебница принимает высокомерный вид и надменно заявляет:— Наши тесты очень надёжны. У нас имеются сотни отзывов и многочисленные исследования, чтобы это доказать.Рон, несмотря на опустошённый вид, кивает. Но я не могу так просто признать свое поражение.— Мы не обязаны выслушивать их громкие заявления, Рон. Мы всё равно поженимся.От моих слов его лицо побелело, приобретя поистине мертвенную бледность. Знаю, о чём говорю, — я пережила войну.Администратор начинает снова:— Вы должны знать, что преимущества, предусмотренные законодательством для пар, протестированных у нас, применимы только к тем, совместимость которых превосходит сорок процентов.Рон, кажется, наконец выходит из ступора.— Родители никогда не поймут, если я женюсь на ком-то, с кем у меня меньше сорока процентов!В его голосе слышны задушенные всхлипы. Он собирается мне сказать, что и пытаться не будет уговорить своих родителей?Он поворачивает голову. В его глазах стоят слёзы. И тут я всё понимаю. Рон из чистокровной семьи, которой знаком лишь магический мир и его традиции. Пусть и очень понимающие, его родные никогда полностью не примут невестку, у которой совместимость с их сыном менее сорока процентов. Подобное до сих пор совсем не одобряется в обществе волшебников, хотя магловское влияние начинает наносить сокрушительные удары по самым древним из его традиций. Рон боится, что ему придется выбирать между семьей и мной.У меня этого выбора не было — попадание в волшебный мир окончательно отделило меня от родителей, но он столкнулся с этим только что. Я не могу принять решение за него.Администратор кашляет, чтобы привлечь наше внимание. Это напомнило, что, спеша пройти тест, договор я прочитала кое-как.— Могу я еще раз посмотреть тот договор, что подписала?— Разумеется, мисс.Пока она уходит за ним, я смотрю на Рона. Он склонил голову, спрятав лицо в ладонях.— Рон, что же теперь будет?Он поднимает покрасневшие заплаканные глаза.— Гермиона...Голос дрогнул. Без предупреждения он притягивает меня в свои объятия и крепко прижимает к себе. Шестым чувством я понимаю, что это прощальное объятие.Я заставляю себя произнести:— Тебе не придётся выбирать. Я останусь твоим другом. Может, нам стоит какое-то время не видеться, пока не разберёмся во всём?Он кивает возле моего уха. Так нас и находит администратор.— Вот ваш договор, мисс.Я высвобождаюсь из объятий сопящего Рона и беру из рук женщины пергамент. Я подписала магический договор: неподчинение влечет шестимесячный отдых в Азкабане. Для меня такое непозволительно — в делах Г.А.В.Н.Э моя репутация играет не последнюю роль.Оказывается, замуж я смогу выйти только за человека, прошедшего тесты Свах, причём независимо от процента нашей совместимости. И вообще я связана с этой компанией до тех пор, пока не выйду замуж. А ещё обязана отвечать на их запросы (читай: если клиент, выбирая жену, решит встретиться со мной, я обязана согласиться на встречу). Только одно я не обязана делать — сыграть с одним из претендентов свадьбу.Мысли об ожидающем многолетнем безбрачии, о потерянном нашем с Роном совместном будущем, о моей разрушенной из-за жалких процентов жизни не покидают меня. Вечером я собираюсь напиться. В одиночестве в своей квартире.
Глава 4. Указ Скримджера.Ближе к вечеру в магазин притащился самый младший из сыновей Уизли. Он разгуливал по отделам, с рассеянным видом рассматривая и ощупывая товары. Начальники болтали об этом; из лаборатории, кроме неба в потолочном окне, больше ничего не увидишь. И за что ему платят в Министерстве? Я же в это время заканчивал водоплавающее зелье. При его проглатывании на руках на полчаса вырастают перепонки. Уизли и Уизли думают начинить им печенье.Кажется, вчера мамаше Уизли удалось выведать у сына всё. Они с Грейнджер прошли тесты Гильдии Свах и получили всего двадцать процентов совместимости. По правде говоря, он и без Свах должен был это понять. МакГонагалл, упокой ее душу, сетовала на это в учительской, еще когда я преподавал. Узнай я об этом вчера, спустился бы из лаборатории посмеяться над ним немного. Ему идёт, когда гнев вгоняет в краску.Ладно, пора вернуться к новому заказу: создать лак для ногтей, меняющий цвет по желанию.***Я в бешенстве. На моем кухонном столе лежат Ежедневный пророк и пергамент с правительственной печатью. Не могу поверить, что этот мерзавец Скримджер так поступил. Уверен, он мечтает лишить меня средств к существованию.Заголовок газеты крупными буквами гласит: Последний указ против Пожирателя, пергамент говорит, что меня ждёт.Мистер Снейп,В силу указа 00/25 от 19 февраля 2000 года, вам, как и любому лицу, связанному с лордом Волан-де-Мортом, начиная с 1-ого апреля 2000 года, будет запрещено иметь доступ к следующим веществам и ингредиентам для зелий:— Кожа древесной змеи,— Яд акромантула,— Порошок из рога двурога,— Аконит,— Тысячелетник чихательный,— Полынь.Исключения, принятые Министерством:— Проблемы со здоровьем. Представить в аврорат медицинскую справку из больницы Св. Мунго с перечнем необходимых веществ.— Перенесение особенных состояний, в частности ликантропия. Представить в аврорат любое доказательство (сертификат о регистрации в отделе регулирования магических популяций и контроля над ними, например) со списком необходимых веществ.— Наличие иждивенца. Представить в аврорат свидетельство вашего нанимателя, что вы должны работать с этими веществами и ингредиентами зелий, и любое доказательство того, что ваш доход необходим для поддержания семьи (выписки с банковского счета, зарплата членов семьи, и прочие).С уважением,Долорес Амбридж,заместитель руководителя Отдела магического правопорядка.В Мунго фиктивную медицинскую справку ни за что не сделают.Я не страдаю ни от какого особенного состояния, особенно от ликантропии.И у меня нет никаких иждивенцев.Самое простое решение — найти жену, которая не работает. Но за сорок дней? И моя работа стоит того, чтобы потерять свободу?***Пришлось поднять вопрос при работодателях. Вопреки моим ожиданиям, они и не думали смеяться.— Чёрт возьми! — воскликнул Джордж Уизли. — Мы не можем этого себе позволить. План по развитию нашей фирмы невыполним без вас.В будущем эту информацию можно использовать против них. Если у меня есть будущее.Они просят меня вернуться к работе, а сами размышляют над решением. Решения Уизли стоит остерегаться.***В конце дня Джордж протянул мне пергамент: на послезавтра, в рабочее время, мне назначен прием для прохождения тестов Гильдии Свах. Иначе говоря, по приказу начальников, но и за их счёт.— С ума сошли? С чего вы взяли, будто я настолько дорожу этой работой, что готов жениться?— Да ладно, Снейп, кого вы обманываете?Хитрый блеск его глаз заставил меня вздрогнуть, слишком он напомнил малфоевский.— Вам прекрасно известно, что никто, кроме нас, не согласится принять на работу бывшего Пожирателя. Даже если он и оправдан. И что будете делать без работы? Кроме того, мы предлагаем на десять процентов увеличить вам зарплату. Чтобы справиться с дополнительной нагрузкой в виде супруги.Делаю вид, что обдумываю предложение. На самом деле, я и сам пришел к тем же выводам. А надбавка к зарплате — приятная неожиданность. Поглядим, как далеко он может пойти.— Тридцать процентов.— Пятнадцать.— Двадцать.— Согласен!Он широко улыбается.— Пригласите нас на свадьбу, договорились?Я хмуро на него гляжу, не издевается ли. И ухожу к себе.***— Добрый день, сэр, — приветствует меня сотрудница Гильдии Свах тем приторным тоном, что люди используют, узнав меня. Стараются задобрить в страхе, что я начну угрожать или буду их пытать.Не ответив, я вручаю талон на приём.— Если не возражаете, следуйте за мной, мистер Снейп.Я оказываюсь в маленькой комнате, где в углу возвышается замечательный генеамурологический аппарат. Именно ему Свахи обязаны репутацией. Он очень похож на шарманку. Администратор вручает мне тесты, коротко объясняет, что делать, и оставляет одного.Создаётся впечатление, что тебя выставили напоказ. Некоторые вопросы настолько личные, что даже сам себе я их никогда не задавал. Никогда не задумывался, любил ли я своих родителей. К счастью, есть вариант не знаю. А по какому праву меня спрашивают, не страдаю ли я от венерических болезней, нравится ли мне секс втроём или вам нравятся публичные комплименты? Хуже всего, заставив клиентов подписать магический договор, они вынуждают отвечать только правду. Или так, или возвращайся в Азкабан. Никогда не сталкивался с такой дилеммой. Я выбираю правду, решив, что единственным, кто прочитает мои ответы, будет машина.Через час этого ада начинается ожидание результата. А если ни у кого не будет со мной достаточной совместимости? Ну меня бы это не удивило. Что еще можно сделать, чтобы противостоять последнему указу этого дурня? Я доказал мою невиновность, не так ли?— Вот и результат, мистер Снейп.Голос администратора возвращает меня в реальность. Я и не заметил, что стою и, по всей видимости, провел четверть часа ожидания, бродя взад и вперед. У администратора хватает здравого смысла, чтобы не улыбаться. В её руке зелёная карточка. Она понимает мой молчаливый вопрос.— Мы нашли тридцать восемь волшебниц с совместимостью более сорока процентов, мистер Снейп, из них с тремя - более семидесяти. Желаете с кем-то из них встретиться?— Что можете сказать об этих трех?Если я и затяну на шее петлю, пусть она будет шелковой.— Одна имеет самый высокий результат совместимости - девяносто процентов. И готова к браку немедленно…Я не позволяю ей продолжить. Девяносто процентов совместимости — почти немыслимо, насколько знаю, а тем более свободная ведьма — именно то, что нужно.— Я хочу встретиться с ней.Ее глаза округляются.— Конечно, сэр. У нас специально для этих целей предоставляются помещения. Это позволяет нашим клиентам познакомиться на нейтральной территории.— Пошлите ей сову. Я хочу встретиться с ней завтра вечером.— Может лучше дать ей еще день. Вы знаете, волшебницам всегда нужно тщательно подготовиться к встрече с претендентом.И волшебнику тоже. Если я должен убедить женщину выйти за меня до первого апреля, нужно хотя бы почитать, как ухаживать за женщиной. Не должно сильно отличаться от Темного Лорда, но неплохо бы в этом убедиться.— Очень хорошо, послезавтра вечером, в пять, в одном из ваших номеров.
Глава 5. СвиданиеОтлично, вот и утренняя почта! Ежедневный пророк, Придира, ответ Рона на мою поздравительную открытку (на праздник я не иду, но не стоит окончательно рвать с ним отношения — я ведь обещала остаться его другом) и большой конверт от ... Свах. Ненавижу!Мисс Грейнджер,Рады сообщить, что один из наших клиентов совместим с вами на девяносто процентов. Он хотел бы встретиться завтра в девятнадцать часов в одном из наших приватных номеров.С уважением,Грациелла Геранд,Консультант по встречам с целью заключения бракаНу, нет! Даже не дав мне времени пережить то, что случилось из-за них на прошлой неделе, они снова берутся за своё. Отвертеться, понятное дело, не получиться, я же подписала этот злосчастный договор. Встречу ничто не отменит. Поэтому я отсылаю заполненный бланк с согласием. И возвращаюсь в постель, чтобы вдоволь поплакать.***Два дня, сегодня и вчера, пропали зря. Всё из-за этой повестки — язык не поворачивается назвать её приглашением — явиться к Свахам. Материала для вкладки с рекламой Г.А.В.Н.Э. достаточно, но я не могу ни сосредоточиться на тексте статьи, ни найти громкий слоган. Мысли крутятся вокруг вечера.Отказ этому жениху — дело решённое. Девяносто процентов. Что мне эти девяносто процентов, если в моем сердце один Рон?С того печального дня я одержимо старалась стереть его из памяти. Вспоминать о нём очень больно. Мы должны были стать счастливыми, планировать совместное будущее, обсуждать цвет штор нашего будущего домика, думать о детях. Вместо этого из-за глупой традиции, существующей всего-то с девятнадцатого века, мы расстались.Мне плохо. Каждый вечер пью снотворное, днём работаю по пятнадцать часов кряду, чтобы только не думать. А эта убогая Гильдия навязывает свидание с кандидатом в женихи, когда я еще не отстрадала по тому, кого выбрала сама.Пора собираться. Самая ужасная мантия. Настоящий мешок. Не знаю, что за остатки вежливости помешали нарядиться в то, в чём я обычно варю зелья. Или, возможно, то были пятна грязи по всему подолу. Взяв сумочку, я иду на соседнюю улицу, откуда трансгрессирую к Свахам.Администратор провожает меня к одной из приватных комнат. Претендующий на меня жених уже ждёт. Вхожу в комнату и вижу то, что в первый раз за неделю выводит меня из депрессии: Северус Снейп с букетом красных роз.***Пути назад нет. Вечером я встречусь с невестой. Разумеется, официально эта неизвестная женщина ещё не моя невеста, но это пустяк. Актёрский талант поможет мне с легкостью её охмурить. К тому же, есть ещё кое-что: кольцо, снятое с тела матери, и букет красных роз. Надеваю лучшую мантию, во всяком случае, самую новую — все мои мантии одного фасона. Я готов, не хватает только красотки.А вдруг на самом деле она настоящая уродина? Нет, нет, не стоит делить шкуру неубитого медведя. Если она противная, я просто скажу, что уже передумал и всё. Может, я и не Аполлон, но это не повод жениться на кикиморе — как мне исполнять супружеский долг? Раз уж женюсь, нужно воспользоваться всеми немногочисленными преимуществами нового статуса. Если подумать, то, пожалуй, единственная выгода от женитьбы — каждый день в твоей постели будет женщина. В моём случае, у неё есть ещё кое-что — я сохраню работу.Эй, часы пробили семь. Дверь открывается. А она пунктуальна, маленький плюс в её пользу. Она входит и... Будь я девчонкой, упал бы в обморок. Подходящая партия для меня — это Грейнджер?!***Мне пришлось себя ущипнуть, потом не стесняясь протереть глаза: Снейп ищет жену? Серьёзно?Смотрю, он подготовился: мантия новая (ещё не выгорела), волосы не такие жирные, как я помню, да ещё и букет роз. Поразительно!Тут абсурдность ситуации, усталость, стресс и отчаяние наваливаются на меня, и я хохочу как истеричка. Да я и чувствую себя истеричкой. Смеюсь, не могу остановиться. Уже живот и щеки сводит. Ему эта картина явно не по вкусу.***Это что, шутка? Я буду жаловаться руководству. Грейнджер и я совместимы на девяносто процентов? Клянусь, если б не этот дамоклов меч, я бы тут же всё бросил. Она вдобавок ещё и смеётся надо мной. Могла бы для приличия сделать вид, что ей дурно.С другой стороны, можно использовать их разрыв с самым младшим из Уизли. Отчаявшиеся женщины всегда нуждаются в утешении. Я готов её утешать, пока она не подпишет официальные документы и не станет моей женой. К тому же, даже сам министр не посмеет на меня нападать, если я женюсь на лучшей подруге Поттера, на героине войны. По крайней мере, пока топчется на месте её кампания по освобождению эльфов.А это мысль! Буду играть в раскаявшегося Пожирателя, которого преследуют из-за его прошлого. Всё должно пройти как по маслу.Ага, она успокаивается, пора действовать.— Добрый вечер, мисс Грейнджер. Признаюсь, я потрясён, увидев здесь вас. Для меня это полная неожиданность. Но я покривил бы душой, сказав, что сюрприз неприятный.Она удивлена. Да, мисс, я способен на вежливость, даже на комплименты. Когда это нужно мне.— Добрый вечер, Снейп, — она скрещивает на груди руки. — Приберегите ваше красноречие для других. Вы давно прекрасно дали понять, как меня цените. Тем не менее, я сэкономлю вам время, мой ответ — нет. Я не собираюсь замуж, тем более за вас.Понятно. Придётся убеждать.— Вы можете выслушать меня хотя бы из вежливости?— Вы серьёзно?— Если бы это было не так, то я бы, не говоря ни слова, вышел отсюда, пока вы смеялись надо мной. Спишу это на счёт эффекта неожиданности.— Я тоже серьёзно. Это отказ. До свидания.Она что, уходит? Я успеваю преградить дорогу. Грейнджер быстро делает шаг назад. Чем я и пользуюсь, придвигаясь к девушке. И прежде чем она делает следующую едва уловимую попытку к бегству, я вкладываю ей в руки букет и за локоть подвожу к одному из кресел. Она слишком ошеломлена, чтобы сопротивляться.Тут же на столике между нами появляется поднос: графин с янтарной жидкостью и два бокала. Я наливаю немного в стакан и принюхиваюсь: огневиски. Возблагодарим Свах! Алкоголь должен помочь моим планам.— Теперь вы можете меня выслушать, мисс Грейнджер? — стараюсь говорить вежливо, скрыв, как раздражен её упрямством.Она позволяет букету упасть на пол, опускается в кресло и всё-таки принимает протянутый стакан.— Это всё равно не изменит моего решения. Но хотя бы развлечёт. Будет что рассказать друзьям.Сказанное доводит меня до белого каления. Да она издевается! Желание применить круцио почти невыносимо. Нельзя забывать о своей цели — выйти из комнаты с соглашением о заключении брака.— Хочу объяснить, почему ищу невесту и чего от неё жду. Тогда вы сами решите, подходит ли вам моё предложение.— Вы кое-что забыли, Снейп, — прерывает она. — Что вы сможете предложить вашей невесте?— Если разрешите мне закончить, то, вероятно, узнаете и это.Покачав головой, она делает глоток огневиски.— Не буду вдаваться в подробности того, что делал во время войны против Тёмного Лорда...— Волан-де-Морта. Его имя Волан-де-Морт.Продолжит в том же духе, и я начну тосковать об Азкабане.— Прошу вас, не перебивайте. Итак, я говорил, что вы знаете, как я помогал Ордену Феникса. И о той жертве Дамблдору, когда убил его по его же просьбе, — это действительно самая большая ложь в моей жизни. — И о моём вкладе в победу Поттера над Тёмным Лордом. Чтобы сыграть роль шпиона, я вынужден был совершать преступления. И я оплатил свой долг обществу, оплатил в галлеонах. Я нашел работу, — тут она усмехается. Ей, видимо, известно, что я не сам просил, мне ее предложили, — что позволяет мне прилично жить как обычному волшебнику. Мне хочется того же, что и всем: спокойствия, иметь свой дом, работу и жену. Возможно, когда-нибудь детей. У меня есть дом, работа, но я заклеймен моим прошлым. Все отвергают меня из-за него, забывая добро, которое я сделал благодаря этому. Чтобы найти себе спутницу, я решил воспользоваться услугами Гильдии Свах, поскольку с их методами у меня больше шансов найти ту, с кем я смогу построить мое будущее, — думаю, даже в суде я столько не врал. — Вы считаете, это нормально, что из-за моего прошлого мне не доступны радости жизни?Я использую добрую старую уловку торгашей: задать вопрос, на который клиент побоится ответить да.Грейнджер по-прежнему потягивает виски, с задумчивым видом делает последний глоток. Отвечать вообще собирается? Она ставит пустой стакан на поднос, и я тут же снова его наполняю. Наконец, заговорила. Если бы кто-то сказал раньше, что я не обрадуюсь услышанному, он получил бы от меня проклятие и отправился в Мунго.— Понимаю вашу точку зрения, но мой ответ тот же — нет. Я отказываюсь выходить за вас замуж.— И девяносто процентов не в счёт? Это ничего для вас не значит?— Нет, совсем ничего. Эта компания — сплошное надувательство.Так, давление на жалость не помогает. Вся надежда на огневиски и логику.— Скажите, Грейнджер, если не ошибаюсь, вы сдавали ЖАБА по нумерологии?— Верно, и получила превосходно.Во взгляде гордость. Я сражу Грейнджер её же оружием.— Как, по-вашему, надежны ли нумерологические расчёты?— Абсолютно, на 97,785 процента!— А вам известно, что Свахи для установления степени совместимости двух человек используют нумерологические уравнения?Её глаза широко распахиваются. Она этого не знала. Должно быть, она была так поглощена крахом своих мечтаний, что не изучила методы Гильдии и не была готова к спору. Я выиграл! Продолжаю объяснение, чтобы закрепить эффект.— Прибор, изучающий наши анкеты, — фактически счётная машина. Он строит уравнения исходя из ответов двух людей. Чем больше уравнений, имеющих решение, тем выше совместимость.— Но... Нельзя высчитать чувства. Это было доказано Арчибальдом Балагуром в тысяча семьсот девяносто восьмом.— Брак — это не только чувства, но и схожесть интересов, предпочтений, ценностей, генетическая совместимость и многое другое. Чувства не смогут помешать браку рухнуть, в то время как расчёты Свах доказали свою эффективность прочностью браков тех, кто воспользовался их услугами.К тому же, и меня бы не было, не воспользуйся мать их помощью.— Знаете, что даже маглы, желающие пойти под венец с волшебником или волшебницей, могут пройти тесты Свах? Здесь вовсе не обитель чистокровных снобов, стремящихся во что бы то ни стало сохранить чистоту рода.Она отпивает еще немного виски в напрасной попытке скрыть свою неосведомленность. Благодаря Уизли она тоже вынуждена подчиниться традициям нашего мира! А у мисс-я-знаю-всё не было времени подготовиться, она была слишком занята жалостью к себе. В назидание я наливаю ей третью порцию.— Что я должна сделать? Я…Вместо того, чтобы продолжить, она делает еще глоток.— Я хотела... т-т-того же, что и все, по крайней мере, в л-л-личной жизни, — она заикается.Да, алкоголь развязал ей язык.— М-м-муж, дет-т-ти… Не много, всего д-двое.Она подкрепляет слова жестами, показывая три пальца.— То же, чего хочу и я, мисс Грейнджер, — разумеется, в моих планах нет никаких детей, но сейчас её нужно убедить. — Вы понимаете, как велика вероятность того, что Свахи не ошиблась на наш счёт?Она качает головой в последней попытке отказа, но в глазах читается поражение. Я произношу про себя тост и пью за её капитуляцию. Она поддерживает меня, делая большой глоток огневиски. Слегка покачивается. Надо немедленно заставить её подписать, пока она не погрузилась в алкогольную кому. Я встаю и беру со стола два пергамента — два экземпляра соглашения о заключении брака. Как только она подпишет, она будет связана магически и должна будет или стать моей женой, или отправиться в тюрьму.Я их подписываю предоставленным для этой цели пером, затем возвращаюсь, положив пергаменты перед нею, вкладываю перо в правую руку. Она слишком пьяна, чтобы протестовать. Я придвигаю её руку к пергаменту. Чтобы соглашение стало действительным, она должна подписать его сама, иного магия не примет.— Гермиона, — говорю ей тихо, — нужно подписать документ. Увидишь, это будет к лучшему.
Глава 6. Можно ли отказаться от вина, когда оно уже налито?Моя голова! Как же она болит! И мне это кажется, или кровать качается? Пусть так, но я не могу пролежать весь день.Открываю глаза. Слава богу, шторы задернуты, думаю, свет мне не вынести. Осторожно приподнимаюсь и медленно сажусь. Дождавшись, пока комната перестанет вертеться, плавно опускаю ноги на пол. Так, теперь жду, пока перестанет кружиться мебель (это глупо, мебель не должна двигаться, но с магией нельзя знать наверняка).Наконец, встаю. Да я, оказывается, способна ходить! И даже добежать до туалета, где меня тут же выворачивает желчью – виски, по всей видимости, решил раствориться в крови.В памяти всплывает, что вчера я выпила несколько стаканов огневиски, да еще и в компании Северуса Снейпа. Ни к чему хорошему это не приведёт, не сомневаюсь, я сотворила что-то, о чём сильно пожалею. Я и правда не в себе, раз напиваюсь в присутствии Снейпа. Я и трезвая ему не доверяю. Может, он и помог нам выиграть войну, но это всё, что я могу сказать в его пользу. Он по-прежнему такой же неприятный. И у меня от него мурашки.Добралась до кухни. Желудок примет только кофе. Пока я его варю, все спрашиваю себя, как закончился вчерашний вечер. Смутно припоминается какой-то пергамент с заголовком Гильдия Свах. Внезапно меня охватывает ощущение грядущей катастрофы. В тревоге я начинаю искать этот пергамент и нахожу его в кармане мантии. Разворачиваю.Я, нижеподписавшаяся Гермиона Джейн Грейнджер, в здравом уме и твердой памяти, беру на себя обязательство заключить брак с Северусом Ромулом Снейпом до первого апреля двухтысячного года.Заявляю, что ознакомилась с санкциями, которые последуют в случае неисполнения мною указанного обязательства.Гермиона Грейнджер Нет, нет, я не могла сделать этого! Это неправда! Ублюдок! Воспользовался моим опьянением и заставил подписать это чертово обязательство вступить в брак! Р-р-р! Кофейная чашка только что встретилась со стеной, а после и кофейник. Этого не должно случиться. Принимаю аспирин, быстро умываюсь и отправляюсь на войну. Да, война — правильное слово.Северус Снейп, ты не знаешь того, что тебя ожидает, но в любом случае не я у подножия алтаря.***Начало одиннадцатого. Суббота. Я в Министерстве Магии. После проверки палочки на входе, я направляюсь в Службу контроля магического оборудования. Там мне должны помочь, проверив на самом ли деле этот пергамент — магический контракт. Выходные только начались, и в пустом коридоре причудливо разносится эхо моих шагов.Найдя нужный кабинет, я вхожу и здороваюсь с чиновником:— Добрый день, сэр.— Добрый день, мисс. Чем могу помочь?— Ну, я хотела бы узнать... Можно ли как-то узнать, документ — магический контракт или нет? А если он подписан, есть способ его не выполнять?— Очень просто, мисс. Магический контракт не может быть уничтожен ни магией, ни огнём, ни любым другим способом. Также наша служба располагает заклинанием проверки истинности магических контрактов. Стороны, подписавшие подобный контракт, связаны, за исключением случаев, если они решат его расторгнуть по обоюдному согласию. В этом случае, они должны объединиться вокруг пергамента и вместе его уничтожить. Если только одна сторона хочет его расторгнуть, то необходимо подать апелляцию в Аврорат. Но этот процесс может быть долгим и утомительным, и не дает отсрочки для исполнения обязательств.Я вытаскиваю проклятое соглашение и протягиваю клерку.— Вы можете использовать заклинание проверки истинности на этом пергаменте? Прошу вас.— Сожалею, — отвечает он с раздосадованным видом, — но два сотрудника, которые знают это заклинание, по выходным не работают. Приходите в понедельник, и я уверен, что один из них с удовольствием вам поможет.— А если я попытаюсь его уничтожить сегодня? Если это настоящий магический контракт, то никакого риска нет, так?— По крайней мере, в большинстве случаев. Изредка используются такие защитные чары, что любые попытки повредить пергамент имеют весьма неприятные последствия. Как правило, клеймо клятвопреступник на лбу. Свахи как раз этим славятся. Вы в порядке, мисс? Вы очень бледны.Неудивительно. Сама почувствовала, как после его слов, кровь отхлынула от моего лица. Я пытаюсь взять себя в руки.— А если пергамент подписан по принуждению, или, например, человеком, не вполне осознающим свои действия?— В таком случае, магия не защищает пергамент, и подписавшие не связаны.— Спасибо. Это все, что я хотела узнать. До свидания и хороших выходных.Я должна найти Снейпа. Контракт без сомнения недействителен — я подписала его под влиянием алкоголя, но думаю, лучше всё же попробовать убедить Снейпа уничтожить его вместе. По выходным он не работает, слышала, как близнецы высказывались на эту тему. Но Фред и Джордж должны знать, где он живёт. Надо посетить ВВВ.Увидев меня, Фред и Джордж сначала очень удивились, но тут же смутились, сильно покраснев. Похоже, они не знают, как вести себя с экс-почти-невестой своего брата.— Привет, Фред. Привет, Джордж.— Привет, Гермиона. Как мило, что ты пришла нас повидать.— По правде говоря, я хотела у вас кое-что спросить.Судя по их лицам, они думают что это кое-что о Роне.— Не волнуйтесь, к Рону это отношения не имеет.Они сразу же расслабляются.— На самом деле, я хотела сварить зелье сна без сновидений, потому что... ну, вы понимаете.Они усиленно кивают, наверное, надеются остановить меня от подобных разговоров. Тем более вид у меня соответствующий — спасибо похмелью.— Но у меня кончилась асфодель. В аптеке тоже нет. Не знала, у кого попросить: в Нору идти не решаюсь, Гарри в отъезде, Хогвартс далеко, и я подумала, что у Снейпа должны быть или асфодель, или зелье. Он здесь?Проговорила скороговоркой, скрестив пальцы, что мне удалось такое натянутое объяснение. Вроде бы да.— Понятно, — произносит один из близнецов, — но по выходным Снейп не работает и взял за правило запирать шкаф с ингредиентами мудреным заклинанием...— ...с тех пор, как мы взяли оттуда кое-что — в конце концов, это всё-таки принадлежит нам, — чтобы приготовить котёл особой канареечной помадки ко дню рождения, — закончил другой.— Может, скажете, где он живёт? Мне действительно нужно это зелье, я так больше не могу, не могу ждать до понедельника.Кажется, их поразила глубина моего отчаяния. Подозреваю, они считаю себя в чём-то виноватыми за решение своего брата.— Мы знаем, где он живёт. Ты, похоже, совсем на пределе, раз решилась навестить его в его же логове. Но мы точно знаем, что вчера у него было свидание, сомневаюсь, что он будет в настроении принимать сегодня посетителей.Моя очередь замереть, разинув рот. Они знают, о мой Бог, они знают. Один из них продолжает (я по-прежнему не в состоянии их отличить):— Ты согласна, что Снейп вряд ли смог найти женщину, которая пошла бы с ним на свидание? Но сейчас вопрос жизни и смерти Всевозможных Волшебных Вредилок… Видела последний указ Скримджера? Тот, что запрещает лицам, причастным к Пожирателям смерти, доступ к некоторым ингредиентам зелий. Он ставит под удар наш бизнес. Снейп даже прикоснуться не сможет к некоторым веществам, необходимым для наших товаров. Наш последний шанс его удержать — найти жену-содержанку, тогда ему разрешат у нас остаться. Справку, что нам без него никак, мы уже сделали.И вновь я демонстрирую свой кариес. Так вот те радости жизни, о которых он говорил. Если это причина для брака, тогда я — балерина! Он просто хотел сохранить работу, а я дура, угодившая в западню. Надеюсь, ему хорошо платят, дёшево он не отделается.— Всё это прекрасно, — собравшись, говорю я, — но, может, всё же дадите адрес? Пожалуйста.— Ладно, ладно. В Паучьем тупике, около Манчестера.Один из двух чертит на клочке пергамента координаты для трансгрессии. Кинув пока, я трансгрессирую на берег грязной речки.***Почти час ушел на поиски его ветхого дома в ряду еще более ветхих. Вполне в духе Снейпа. Стучу в дверь и слышу за ней какой-то шум. Вот она приоткрывается и тут же широко распахивается, когда хозяин меня узнаёт.— Гермиона, какой приятный сюрприз. Заходи и будь как дома. Да скоро это и будет твой дом. Что тебя привело?Прищуриваюсь, первый признак недовольства. Мне не нравятся ни его довольная улыбка, ни манера разговора. Я вхожу, но остаюсь стоять в дверях… гостиной? библиотеки?— Мисс Грейнджер, мистер Снейп.— Мы в двадцать первом веке, Гермиона. В наши дни свою невесту зовут по имени и на ты.— Ну да. Только не думаю, что мы помолвлены.— О, это так. Ты подписала брачный договор. И хорошо, что зашла сегодня. В прошлый раз ты потеряла сознание, и я не смог вручить тебе это.Он хватает мою левую руку и надевает на безымянный палец старое, но симпатичное кольцо. Я быстро отдергиваю руку, его прикосновения невыносимы. Ах, снять кольцо не получится, это одна из тех древностей, изготовленных во времена, когда мужчина владел женой, как скотом. Снять его сможет только Снейп.Ненавижу его насмешливый взгляд. Всего его ненавижу.Тут до меня доходит смысл сказанного.— Если я потеряла сознание, то как попала домой?— Когда ты подписала то обязательство, администратор в Свахах согласилась дать твой адрес. Я трансгрессировал туда с тобой и уложил в постель.Когда я проснулась, на мне была пижама…— Вы рылись в моих шкафах! Вы... вы... меня переодели.— Не мог же я позволить тебе спать в мантии. К тому же, нет ничего, чего я не увижу, когда мы поженимся.Я только коснулась кресла, как его ножка подломилась, и я неуклюже свалилась на пол. От неожиданности, я начала задыхаться.— Идиотка! Я применил магию, чтобы одеть тебя в пижаму. Но это не меняет того факта, что я всё увижу после нашей свадьбы, — добавляет он весело.— Ничего не будет. Наш контракт, скорее всего, не действителен. Я была под воздействием алкоголя, когда подписывала. Я тут, чтобы попросить вас вместе уничтожить договор. Если вы откажетесь, то в понедельник я отправлюсь в Министерство и докажу, что это соглашение не имеет силы.Ха-ха, глаза мистера расширяются, он боится. Однако, быстро берет себя в руки.— Да, вы были пьяны, но вас никто не заставлял его подписывать. Вы были абсолютно свободны.— Вы же почти держали меня за руку, когда я подписывала! И это вы называете абсолютно свободна?! Кроме того, вы меня обманули. Вы просто хотите сохранить работу, а вовсе не заинтересованы в браке.— Отличный повод сыграть свадьбу.Мне трудно уследить за логикой.— Подумай, Гермиона. Ты хочешь замуж?— Вы же прекрасно знаете, что нет!— Я тоже не гонюсь. В этом мы сходимся, а значит, не будем мешать друг другу, встречаясь по необходимости. Кроме того, насколько мне известно, твои доходы, как бы это сказать, весьма скромны. Если я женюсь, Уизли обещали поднять зарплату до трехсот шестидесяти галлеонов в месяц, плюс процент от продаж разработанных мной продуктов. У тебя будет всё, что нужно.Триста шестьдесят галлеонов? Процент от продаж? Я не ослышалась? Я живу на семьдесят галлеонов в месяц! Он пытается купить меня!— Я не продаюсь и не выйду за вас ради денег. Вы используете очень подлые аргументы для убеждения, мистер Снейп. Что ж, не удивлена. Вы и есть подлец. Начинайте искать другую невесту, на этот раз по-настоящему, и ею буду не я. С удовольствием верну ваше кольцо в понедельник. До свидания.Он не останавливает меня, когда я выхожу из дома.
Глава 7. Чёрт из табакеркиВыходные были ужасны. Не знаю, что и хуже: то, что я рассталась с Роном, или то, что я сделалась объектом матримониальных планов Северуса Снейпа.Я сто раз пробовала снять кольцо. Намыливала палец, мазала зельями-смазками, чтобы оно соскользнуло. Пыталась разрушить удерживающие его чары. Без толку, даже не двинулось. Думаю, про него пока лучше забыть, а заняться кое-какими исследованиями на тему браков в волшебном мире и магические контрактов.Из-за того, что я маглорожденная, я не знаю некоторых самых простых обычаев волшебников. И почему я раньше не изучала их свадебные традиции? Понятно почему: думала, всё так же, как у маглов. А вот и не совсем.Оказывается, по сути брак — это магический контракт и, как и любой магический контракт, сулит наказание (читай, Азкабан) тому, кто его нарушит в одностороннем порядке без надлежащей правовой процедуры. Как и любой магический контракт, он может быть расторгнут либо по обоюдному согласию, либо, если развестись хочет один из супругов, Визенгамотом. В этом случае развод возможен в случае измены, насилия, бесплодия и, если брак не подтвержден, как надо (не было полового акта), и прочее.Короче, с юридической точки зрения развестись не так уж и трудно. Да только положение разведенных лиц в обществе — щекотливый вопрос. Неофициальные исследования показывают, что такие люди не только не занимают важных постов, но и порой теряют место, занимаемое до развода. С другой стороны, успокаивает увеличение количества неженатых пар. Есть надежда, что со временем осуждение тех, кто в разводе, сойдет на нет.Отлично, теперь мне известно, чего ждать, если я откажусь выйти за Снейпа, и даже, если я все же выйду за него. Кроме того, у меня есть план:1) Доказать, что брачный договор не действителен. Конец моих мучений.2) Соглашение о браке действительно, я стану женой Снейпа, подтолкну его к насилию, к измене или ещё что-нибудь придумаю, и попрошу развод. Моя борьба за свободу эльфов не должна сильно пострадать из-за развода.3) Если пункты 1) и 2) не сработают — мне конец.***Не стоило и сомневаться, что мисс Грейнджер, нет, Гермиона, заметит изъян в моём плане. Контракт в силе, почти уверен. А если нет, что тогда?Можно сделать упор на том, что на ней моё кольцо, наследство семьи Принц. Я, вроде, где-то читал, что ношение волшебного обручального кольца соответствует обещанию вступить в брак. Опять-таки, использовать этот аргумент не такая блестящая идея — стоит ей показать в омуте памяти воспоминание о том, как я его надел, и всем станет ясно, что фактически у неё не было выбора.Остаётся ждать понедельника. Если в Министерстве признают контракт недействительным, мне останется только вернуться к своим исследованиям. Жаль, я уже привык думать о Гермионе как о невесте. Не имея постоянного заработка, она бы стала зависеть от меня. А быть может, стала бы и более послушной, могу же я помечтать. Она не полная дура, героиня войны и вряд ли захочет каждый день видеться. На вид вполне приемлема, ничто её не портит, несмотря на немного крупноватые зубы и торчащие волосы. Нет, серьёзно, для меня же лучше, если ей придётся выйти за меня замуж.***Утро понедельника. Ещё рано, но мне всё равно не спалось. Жду начала работы отделов в министерском холле. Еле дождавшись, пока волшебник на входе закончит осмотр палочки, я бегу к Службе контроля магического оборудования.Когда я, взлохмаченная, красная и дышащая как загнанная лошадь, подлетаю к кабинету, сотрудники ещё только собираются. Я не даю им даже кофе попить.— Добрый день. Мне нужно узнать, этот пергамент — магический контракт? Кто может мне помочь?Они оторопело смотрят на меня, недовольные нарушением привычного распорядка из-за свалившейся работы. Однако быстро приходят в себя.— Конечно, мисс, — говорит один из них. — Пожалуйста, следуйте за мной.Он приводит меня в маленький кабинет, заставленный этажерками и шкафами с документами.— Присаживайтесь, прошу.Как только мы садимся, я протягиваю свой пергамент. Он вытаскивает палочку и вычерчивает над документом какие-то пасы, бормоча непонятные слова. Договор светится светло-красным. Дыхание перехватило.— Это действующий магический контракт, мисс. Красный цвет это доказывает. Пусть и слегка бледный, но это бесспорно красный цвет. Может, вы были не в духе, когда его подписывали?— Я была…Пришлось прикусить язык, чтобы не выдать, что напилась.— Значит, магия сочла, что я вполне могла сама решить, подписывать его или нет?— Именно, мисс. В этом нет никаких сомнений. Раз контракт подписан, значит, вы связаны обязательствами.Закрыв лицо руками, делаю два-три глубоких вдоха, пытаюсь проглотить стоящий в горле комок. Вновь поднимаю голову:— Спасибо, сэр. До свидания.— До свидания, мисс, хорошего дня.Сразу домой. Сегодня не до рекламы. Падаю на выцветший диван и реву.Реву так долго, что кажется, прошло несколько часов. Вспоминаю всё пережитое: как мне открылось, что я ведьма, приезд в Хогвартс, дружба с Роном и Гарри, падение Волан-де-Морта, наши с Роном отношения, Гильдия Свах и ожидающий меня брак. Меня ждало блестящее будущее, на протяжении долгих лет многие повторяли, что я самая талантливая волшебница своего поколения.И где я сегодня? Живу в тесной квартирке в скромном квартале, где живут почти одни маглы, веду политическую борьбу, которая интересна мне и паре домовых эльфов, оплакиваю утраченную любовь и зарабатываю на жизнь меньше, чем отшельник в пустыне. Неудачница.Подумываю о самоубийстве или бегстве к маглам. Знаю себя, я не способна зайти так далеко, но мне нравится это обдумывать. Представляю самые хитроумные и самые действенные способы умереть от собственной руки. Или что будет, сломай я палочку и отрекись от статуса ведьмы. Тут меня предает собственное невыспавшееся тело, и я засыпаю посередине таких совсем не невинных фантазий.***Как обычно в понедельник, отправляюсь в ВВВ. Едва я появляюсь в магазине, ко мне тут же приближаются близнецы:— Ну? Всё сделано? Подписано?Я громко вздыхаю.— Да, невеста подписала брачное обязательство, остались кое-какие детали.— Кто она? Когда мы её увидим?— Узнаете, когда придёт время. Прошу простить, но меня ждёт работа. Хорошего дня.Оставив их там, я запираюсь в своей лаборатории. Никак не получается сконцентрироваться на рецепте розовой кроличьей помадке. По действию она должна быть похожа на канареечную помадку — превращать того, кто её съест, в гигантского розового кролика. Но мысли всё время возвращаются к Гермионе и её планам разрушить нашу помолвку.Готов поклясться, что она явилась в Министерство с самого утра, после бессонной ночи, и организовала пикет перед дверью Службы контроля магического оборудования, ожидая прихода первого работника. Зная министерскую практику, могу сказать, что обсуждаемые служащие начнут свой день, в то же время, что и я. Остается только ждать. Чем позднее мы увидимся, тем выше шанс, что я женюсь, ведь это означает, что ей не удалось получить желаемое.Час спустя из-за рассеянности чуть не пачкаю розовым красителем мантию.Два часа спустя забываю погасить огонь и прожигаю дно котла.Три часа спустя взрываю котёл. Приходится чистить его, да еще и объяснять Уизли и Уизли, что у меня всё в порядке.Четыре часа спустя уже и не пытаюсь изображать, что работаю. Мечусь в пятнадцати квадратных метрах своей лаборатории.Не обедаю. Весь день провожу в ожидании того, что она вот-вот явится и с триумфальным видом потрясёт пергаментом, после чего разорвёт его прямо на моих глазах. Или сожжёт его на ритуальном костре посреди Косого переулка. Но ничего, никаких новостей.В пять вечера выхожу из лаборатории, победно улыбаясь, что не ускользнуло от Фреда Уизли, на которого я наткнулся в подсобке.— Ну, Снейп, похоже, всё идет как надо?Я так счастлив, что отвечаю:— Совершенно верно.— Это ваша красавица так на вас действует?— Можно сказать и так. В ближайшее время, мистер Уизли, вы вашего директора лаборатории не потеряете.— Должно быть, она редкое сокровище. Мало кто способен вызвать у вас улыбку.Я не спорю. С удовольствием предвкушаю, что будет, когда он узнает, что та, кого любил, но бросил его брат, попадёт в постель ко мне, одному из самых ненавистных и вместе с тем нужных людей.— Всё так. Свахи свели меня с девушкой, моя совместимость с которой равна девяноста процентам.А ему идут вытаращенные глаза. Он присвистывает от восхищения.— Девяносто процентов! Черт возьми, я не думал, что... Так понимаю, вы не позволите ей ускользнуть.— Должен признаться, раньше я не думал об этой девушке в подобном свете. Сейчас я взглянул на неё по-новому.— Так вы что знали её и раньше?Со скучающим видом разглядываю свои ногти. Не буду принимать невинный вид, в это никто уже не верит.— Точно. Думаю, и вы её тоже знаете. Только я, в отличие от кое-кого из Уизли, способен распознать жемчужину, которой является мисс Грейнджер.— Мисс Гр..? Гермиона?! Вы собираетесь жениться на Гермионе?! Старый извращенец! Вы годитесь ей в отцы! К тому же она вас не любит!— Вы забываете, мистер Уизли, этот брак — идея вашего брата. Смею заметить, никакого отношения к любви не имеет, а призван развить потенциал вашего предприятия. А тот, кого она любит, предпочёл её бросить.Он белеет, краснеет, зеленеет — все цвета радуги. Не пострадай от этого моя репутация, согнулся бы от дикого хохота от такого зрелища. Наконец он обретает дар речи:— Что вы с ней сделали? Заставили?— Мисс Грейнджер подписала обязательство вступить в брак в надлежащей форме. Вам известно, что подписанные при участии Гильдии Свах брачные соглашения — это магические контракты, следовательно, совершаются по доброй воле.Ему нечего сказать — знает, что я прав. Обхожу его и, сделав несколько шагов, слегка оборачиваюсь:— Совсем забыл. Свадьба в субботу, восемнадцатого марта, в Министерстве в десять утра. Вы и ваш брат, разумеется, приглашены.
Глава 8. Переговоры на высшем уровне.Надеюсь, сообщение о нашей с Гермионой свадьбе не слишком преждевременно. Есть лишь один способ в этом убедиться — нанести ей короткий ответный визит.Трансгрессирую к её двери и вхожу без стука — хватило простой алохоморы. Отсутствие дополнительной защиты позволяет думать, что она забыла, что я уже заходил к ней вечером пятницы.Вот и она, спит на диване. Проснётся — будет мучиться от боли в шее. Перед ней на журнальном столике кипа книг. Довольно улыбаюсь: вижу книги о браке, обычаях волшебников, магических контрактах и новобрачных. Слишком поздно для домашнего задания, Гермиона. Шутки в сторону, пора вставать.Взмахом палочки я применяю легкое заклинание, она вздрагивает и возмущенно смотрит на меня.— Вы! Что вы здесь делаете? Как вы вошли?— Здравствуй, Гермиона. Пришел навестить свою невесту. Я вошел через дверь.— Я не ваша невеста!— Тогда объясни, почему не пришла и не сказала этого днём? Забыла про визит в Министерство?Она краснеет и отводит глаза. Она сидит, а я стою. Мне нравится эта позиция власти. Наконец, она поднимает глаза, но в них еще нет поражения... пока.— Нет, я не забыла, — шипит она сквозь зубы. — Договор действителен. Но вы ещё можете передумать.— Забудь об этом. И так как мы на самом деле обручены, я настаиваю — зови меня Северус и на ты.Представляю, что будет с её друзьями при виде такой фамильярности.— Я отказываюсь!На это я ловлю её за запястье и притягиваю к себе. На её лице — страх.— А как ты объяснишь, что подписала обязательство вступить в брак? Ты ведь знаешь, такой документ не обмануть, ты подписалась добровольно. Хочешь, чтобы все думали, что Гермиона Грейнджер с готовностью подписала брачное обещание, а потом пошла на попятный? Хм, интересно, какую репутацию ты себе создашь? Борец с угнетением слабых отказывается от свадьбы с раскаявшимся Пожирателем. Это будет то же самое, что отказать во втором шансе тем, кто сбился с пути.Скольжу взглядом по касающейся меня груди. Кажется, изучать её в будущем будет наслаждением. При взгляде на её лицо, вижу, что мои слова попали в цель: она покусывает свою нижнюю губу.— К тому же, Гермиона, — извращённое удовольствие называть её по имени, — наша свадьба состоится восемнадцатого марта в десять часов утра в Министерстве. Я взял на себя смелость пригласить своих работодателей. Разумеется, ты сможешь пригласить кого угодно.— Ваших... твоих, — вижу, я не потерял дар убеждения, — работодателей? — какой неприятный визжащий голос.Она продолжает намного более приемлемым тоном:— Фред и Джордж в курсе? Но тогда, это значит, что все Уизли и Гарри…Она ищет слова, сильнее прикусив губу, и великолепные слезы, такие же красивые и такие же круглые как дождевые капли скользят по её щекам.— Какие проблемы? Это все равно стало бы известно, не сегодня-завтра.— В... ты мог бы обсудить дату со мной! У меня могло быть собрание Г.А.В.Н.Э. в этот же день!— Церемония утром, ты сможешь провести любые собрания вечером, после того, как наш союз будет завершён.Ей совсем не понравился мой намёк на это. Тем хуже, это должно случиться.— Я не любитель грандиозных пиршеств. У нас будет простая гражданская церемония, после чего мы вернёмся к себе. Приготовься покинуть свою квартиру, мой дом лучше, чем эта крысиная нора.Она принимает возмущенный вид.— Ко мне иногда друзья приходят, например Гарри, а с Добби и Винки мы часто готовимся у меня к собраниям Г.А.В.Н.Э. Я хочу, чтобы всё было по-старому.Она что, собирается придираться к мелочам?— Ты сможешь устраивать свои... встречи в гостиной, при условии, что гости не попадут в другие комнаты. Это позволит нам не пересекаться.— Нужно познакомить тебя с моими родителями. И, конечно, они будут на церемонии.— Если так нужно.— У меня нет денег на платье. Да, да, никаких пиршеств, но у меня нет ни одного платья, подходящего к такому случаю.Её голос полон сарказма, отсутствующего в её словах. Пытается меня разозлить всеми этими смешными запросами, чтобы отбить желание жениться на ней. Она забывает, с кем имеет дело.Вытягиваю из кармана бланк Гринготтса и на её глазах выписываю чек на добрых двести галлеонов.— Это должно покрыть все расходы на свадьбу. Будет нужно еще — только попроси.Она протестует, брызгая слюной, не сдаваясь.— Но... но... я не содержанка! Я прекрасно и сама могу справиться!— А кто оплачивает твою квартиру?Она краснеет, в ее душе борются гнев и стыд. Попал в точку. Кто-то ей помогает, Поттер или ее семья.— Я могу найти прекрасную работу, если захочу! У меня превосходные оценки ЖАБА.— И когда это было?— В прошлом июне. Просто мне было некогда искать работу.— Неважно, моей зарплаты хватит на двоих, ты не обязана работать, если не хочешь.Судя по тому, как она протестующе надулась, самое большее через два месяца она найдет работу. А я смогу сохранить свои галлеоны и потратить их на покупку на черном рынке дорогих книг, несправедливо запрещенных Министерством.— Посмотрим. Так как уже скоро мы будем жить вместе, предлагаю установить некоторые правила.Некоторые что? Елейный голосок не обещает ничего хорошего.— Не могла бы уточнить, что подразумевается под некоторыми правилами? — осторожно интересуюсь я.— У меня своя библиотека, у тебя — своя. Я хочу отдельную комнату под кабинет, с телефоном и электричеством для моего компьютера. Мы разделим между собой домашние обязанности, готовку и прочие поровну. Ты не будешь препятствовать работе Г.А.В.Н.Э. Мы будем спать в разных комнатах.— Я могу устроить тебе кабинет во второй комнате. Сможешь разложить там свои книги. Мой отец — магл, так что весь дом оснащен электричеством. Установить телефон будет не проблемой. На счет домашних дел подумаем. Но мы не будем спать в разных комнатах. С одной стороны, брак должен завершиться, чтобы вступить в силу. С другой стороны, я не намерен быть женатым евнухом.Кажется, от этой мысли её слегка тошнит.— Это будет изнасилование! — возражает она.— Не думаю, моя дорогая. Я могу быть очень убедительным.У меня немало опыта с женщинами: после убийства Дамблдора я стал очень популярен у последовательниц Тёмного Лорда. Уверен, в данном вопросе я смогу подчинить ее своим желаниям. Так и вижу, как беру её.— Я хотела бы, что мы заключили договор о правилах совместной жизни. И это будет магический контракт!Ну, ну, мисс-я-всего-не-знала всё-таки научилась чему-то полезному: не доверяй слепо своему ближнему.— Вполне подходяще. Предупрежу своего нотариуса, а потом сообщу тебе о дате встречи.Домой я вернулся слегка не в духе. Гермиона Грейнджер оказалась упрямее, чем я думал. Разумеется, ею не слишком трудно управлять, но боюсь, со временем она станет изворотливее. Тем более, уже слишком поздно отступать, я тоже подписал обязательство вступить в брак. Остается надеяться, что замечательные девяносто процентов не подведут.***Вчера наконец-то написала статью для Г.А.В.Н.Э. и придумала подходящий слоган: Свобода каждого существа — наше общее дело. Отослала всё в Ежедневный пророк и Придиру, теперь остается только ждать, когда напечатают.На трезвую голову хорошенько поразмыслила о своем положении. Думаю, я начинаю с этим примиряться, это, конечно, громко сказано, я не собираюсь сидеть сложа руки, оплакивая свою судьбу.Это правда, я не в восторге от происходящего. Но во что бы то ни стало, я получу от этого всё, что можно. Буду придерживаться плана подтолкнуть Снейпа к разводу. Он решил закрепить брак, но у меня есть запасные пути: бесплодие, измена (даже если с моей стороны), насилие и прочее. Я даю себе год, чтобы всё получилось.Ещё займусь больным вопросом, который он поднял, — найду работу. Никакая деятельность на ниве Г.А.В.Н.Э. не оправдание, чтобы сидеть без работы. Пора исправить положение. Но, конечно, что касается денег, я остаюсь в зависимости от моего мужа.Остался последний каверзный вопрос: Как сообщить родителям и друзьям о нашей свадьбе? Начнём с родителей. Встречусь с ними в субботу, до похода к нотариусу.***— Привет, пап!Отец удивленно смотрит на меня, потом отходит от двери, пропуская внутрь. Надо сказать, что приветствие прозвучало слишком радостно. Что касается меня, то это признак нервозности.— Здравствуй, Гермиона. Входи же, дорогая.Тут же на меня набрасывается мама, её радость не поддельна.— Гермиона! Какая приятная неожиданность!Мы устраиваемся с кофе в уютной гостиной.— Ну, моя дорогая, — спрашивает папа, — что тебя привело?Я глубоко вздыхаю и решаюсь. Рассказываю про Свах, про тесты с Роном, про наш разрыв. Плачу навзрыд, использую три бумажных платочка и позволяю себя успокаивать как маленькую. Высказав наболевшее, чувствую облегчение.Но надо продолжать дальше.— Потом Гильдия Свах попросила меня встретиться с одним из своих клиентов, чьи тесты показали очень высокий уровень совместимости между нами. Я немного сомневалась, но контракт, который я с ними подписала, требовал явиться на встречу. Мы уже много раз встречались с той первой встречи, и он убедил меня подписать обещание выйти за него замуж.— Осторожнее, Гермиона, не выходи замуж в отместку, — мягко убеждает мама.— Нет, это не в отместку, мама. Я не люблю этого мужчину, но он умен и хорошо зарабатывает.По их ошарашенному виду я понимаю, что жестоко просчиталась. Срочно нужно загладить свою ошибку.— Я выхожу за него не ради денег. Я хочу найти работу и обеспечивать себя. Но обычаи волшебного мира несколько отличаются от магловских. Там не редкость встретить союзы по договоренности.— Но это средневековье! — воскликнул папа.— Нет, папа, это просто... другое. Это мой мир, и я намерена уважать его традиции.Они по-прежнему настроены скептически, и не без оснований. Я намерено скрываю, что Северус Снейп меня обманул, что я могла бы жить с любым волшебником, не выходя замуж, и уж точно умолчу о том, что в течение года я собираюсь развестись. Когда это случится, я найду себе оправдание или переложу вину на Снейпа.— Думаю, слова излишни, — вздохнул папа. — Ты должна познакомить нас со своим... Наверное, можно назвать его женихом.— Мы поженимся восемнадцатого марта.— Отлично! У нас есть год на подготовку.Мама уже планирует заказ зала, покупку платьев и букетов, подготовку приглашений и прочие мелочи.— Э-э-э, нет, мама. Не через год. Свадьба восемнадцатого марта этого года, через две недели, в Министерстве Магии. Я хотела бы, чтобы вы присутствовали.Хотя бы двое в зале меня поддержат.— К чему такая спешка? Ты беременна?Не могу удержаться от мысли, что мама немного резка.— Нет, как вы могли подумать? Но мой жених, — это слово набивает оскомину, — не хочет ждать. Видите ли, он постарше меня и ну... хочет как можно быстрее устроиться в жизни.Даже в собственных ушах моё объяснение звучит фальшиво. Но родители, кажется, удовлетворены.— Так, думаю, нам остаётся только предупредить родственников. Из них ни один не знает, что ты волшебница, а церемония будет в Министерстве…Папа прерывает маму на полуслове:— Ну а как всё же зовут будущего зятя?Вот-вот случится страшное.— Северус Снейп.Они хмурятся, пытаясь вспомнить. Мама реагирует первая.— А у тебя не было в Хогвартсе учителя по фамилии Снейп?Я киваю головой. Кажется, жест пробуждает и папины воспоминания.— Кажется, это тот, который два года назад убил директора.— Его оправдали. Он вроде бы сделал это по приказу самого директора.У родителей глаза лезут на лоб. Определенно, у этого магического мира крайне странные ценности.— Он не родственник твоему Снейпу?Мужайся, Гермиона. Какого чёрта, ты же встретилась лицом к лицу с Волан-де-Мортом!— Это он и есть.— Что? — кричат они в унисон. — Ты собираешься замуж за убийцу!— Он был оправдан!Наши взгляды скрещиваются, но мои родители уже знают, что проиграли. Они всегда проигрывают, когда речь идет о волшебном мире.— Если ты считаешь, что в этом твоё счастье, мы на тебя не в обиде, Гермиона. Мы всегда будем тебе рады, чтобы ни случилось. Мы с отцом слишком тебя любим, чтобы поступить по-другому.И второй раз за два часа я позволяю себя успокаивать как ребёнка.***К нотариусу я прибываю заранее, чтобы до прихода невесты обрисовать ему ситуацию. Она как всегда пунктуальна. Мэтр Барристер усаживает нас вокруг стола в маленькой комнате, смежной со своим кабинетом, и мы начинаем переговоры.— Мисс Грейнджер, мистер Снейп, какого рода договор вы хотите заключить?— Магический контракт, который установит базовые правила нашей совместной жизни, — бросает Гермиона.— Замечательно. Хотите также договориться по вопросу имущества и вашим доходам?— Да.На этот раз ответил лично сам.Это была самая простая часть из того, что следовало обсудить. Сразу стало понятно, что наши взгляды на многие вопросы схожи: мы оба не согласны делиться с другим своими книгами, я не хочу делить свою лабораторию, а она не хочет делить свой компьютер.Было решено, что каждый принимает участие в домашних делах пропорционально своим доходам. Она настояла, чтобы это фигурировало в нашем брачном договоре. Я не буду вашим домовым эльфом, — заявила. По этому вопросу договориться было труднее, чем вести переговоры по международной торговле коврами-самолетами, но через два часа мы все же достигли оптимального результата.Наконец мы взаимно обязуемся не вмешиваться в работу друг друга. Мэтр Барристер – мастер своего дела. Не будь его, мы бы провели там все выходные.Когда мы выходим от поверенного, уже почти вечер, и в Косом переулке толпы гуляющих.
Глава 9. Последствия.Когда мы выходим от поверенного, уже почти вечер и в Косом переулке толпы гуляющих. Я уже открыл рот предложить каждому идти своей дорогой, к чему лишний раз друг другу надоедать, когда мы нос к носу столкнулись с Молли и Артуром Уизли. По куче пакетов в руках понятно, что привело их в Лондон. Они неловко улыбаются.— Гермиона! Какой приятный сюрприз! Добрый день, Северус! Фред и Джордж сообщили нам радостную новость. Наши поздравления.Пожелание Молли Уизли звучит неискренне. Видимо, моя невеста того же мнения, так как высокомерно отвечает:— Здравствуйте, мистер и миссис Уизли. Спасибо за поздравления.Я наслаждаюсь их смущением, и даже усиливаю его, довольно улыбнувшись. Слегка напряженно Артур продолжает разговор:— Гермиона, нам так жаль, что вы с Роном не подошли друг другу, но мы всегда тебе рады.Спохватившись, словно его уличили во вранье, он тут же добавляет:— И вас тоже, Северус, конечно.В защитном жесте приобняв Гермиону за плечи, я притягиваю ее ближе. Невероятно, но она и не пытается отойти. Что это может значить?— Спасибо, Артур.Разумеется, и в мыслях нет когда-нибудь воспользоваться этим сомнительным приглашением.Гермиона сочла нужным добавить:— Вообще-то, это хорошо, что мы встретились. Собиралась вам и, конечно, всем детям отправить пригласительные на нашу свадьбу восемнадцатого марта в десять утра в Министерстве. Будем очень рады, если вы придёте.А как же уговор о скромной церемонии? Если притащатся все Уизли, нам придется арендовать Вестминстерское аббатство.Между тем Артур и Молли постепенно зеленеют. Ради этого можно и потерпеть некоторые неудобства.— С твоей стороны, Гермиона, очень мило не забывать о нас, — лепечет Молли. — Мы придём, но за других сказать не могу.— Хорошо. Ну, нам с Северусом пора. До свидания.И, взяв за руку, она тянет меня дальше. Отойдя на достаточное расстояние, я поворачиваюсь к ней:— Так, Гермиона, ну и скажи мне, что на тебя нашло, если ты пригласила всю свору Уизли?Ее лицо пылает от боли, гнева и даже ненависти.— Все они лицемеры! — выплёвывает она голосом полным такого яда, что позавидует песчаная гадюка. — Они были так счастливы за нас с Роном. Такая милая пара. Чушь! Сами подчинились дурацким тестам! Согласны, чтобы их жизнями управляла статистика! Дурость! Так пусть придут и увидят, к чему привели статистические выкладки!Это не потому, что я одурачил близких и убедил ее в том, что был на их стороне, стороне победителей, что стал популярным. Она хочет заставить Уизли понять, кого они потеряли, не приняв её в семью, каяться, что позволили ей угодить в лапы хищника — такого, как я. Должен признать, я впечатлён силой её гнева и изощрённостью мести. Для этих почитателей Дамблдора нет ничего хуже нечистой совести.Поцеловав её в щеку, я трансгрессировал домой. И не сделав и пары шагов, услышал за спиной характерный хлопок трансгрессии.— Северус, подожди!Что ей ещё надо?— Мы должны навестить моих родителей! — произносит она, запыхавшись.Хорошо, что я к ней спиной, мои глаза чуть не вылезли из орбит. Она продолжает:— Может, завтра днём? Чем раньше сделаем это, тем лучше.Оборачиваюсь и наигранно вздыхаю:— Хорошо, зайду за тобой в три. А теперь, прощай. Меня ждёт зелье.— А, ну хорошо. Увидимся завтра.И она буквально испаряется. Наконец.***Статья вышла только вчера, а последствия не заставили себя ждать. Если судить по тем трём громовещателям, что я получила с утра, моя позиция по отмене рабства одобрения среди волшебников не встретила. Ну, Рим тоже был построен не за один день.Я позвонила родителям сказать, что мы придём в гости после обеда. Что-то у меня дурное предчувствие.Что ж, жребий брошен. Я беру за руку моего жениха — до сих пор тошнит от этого слова — и мы вместе трансгрессируем в сад загородного отдельно стоящего коттеджа, где прошло моё детство. Войдя через заднюю дверь, мы встречаем на кухне маму.— Гермиона, милая! Как дела?Она крепко меня обнимает и поворачивается к Северусу.— А вы должно быть Северус?— Да, мадам.— Очень приятно.Презрительно взглянув на протянутую руку, он медленно, неохотно, вяло её пожимает, тут же отдергивая свою. Что не ускользает ни от мамы, ни от только что вошедшего папы. Папа оглядывает Снейпа с головы до ног как покупатель на рабовладельческом рынке, задерживаясь на чёрных, блестящих от жира волосах, мёртвенно-бледной коже, и встречает его чёрный потухший взгляд. На лице читается неодобрение, но он молчит.—Северус Снейп?Тот даже бровью не повёл. Представляю, как ему понравилось, что папа так его разглядывал. Наверное, еле сдержался, чтоб палочку не выхватить? Уверена, только из-за срока в Азкабане.— Он самый.— Давайте пройдём в гостиную.Мы все следуем за папой. В комнате усаживаемся в кресла. Вижу, родители начеку. Их можно понять, они в курсе, что мой жених — в прошлом хладнокровный убийца. Чтобы немного разрядить обстановку я начинаю:— Пап, мам, как я уже говорила, свадьба состоится восемнадцатого марта в десять утра в Министерстве Магии. Мы... я бы хотела, чтобы вы присутствовали.— Конечно, дорогая, мы не пропустим это ни за что на свете, — отвечает мама.— Я решу вопрос с пропусками. Вы сможете известить родных?Мама согласно кивает, затем предлагает нам чай. Мы все с радостью соглашаемся, желая забыть о неловкости. Понятно, ничего не выходит, и после очередной банальности — как нам одеться? или ты дашь твой новый адрес? — мы наконец уходим. Визит длился не больше получаса. Как и вчера, Северус, поцеловав в щеку, тут же исчезает.***Дома я тщательно вымыл руки. Мне стоило немалого труда переступить порог маглов. Это было поистине ужасно. Как у подобных мещан мог родиться волшебник? Выше моего понимания.Успокоившись, занялся повседневными делами. Главное — разобрал шкафы, освободив место для Гермионы и лишив её выбора. Потом переделал комнату под кабинет, как договорились.Она мне написала через неделю, сообщив, что пригласила большинство членов Ордена Феникса и, о ужас, Поттера. Я убежден, это часть её плана заставить меня отказаться от женитьбы, не на того напала.В среду было опубликовано объявление о свадьбе, и в четверг новость попала на первую полосу Пророка. Пусть всего-то ссылка на статью внутри, но этого было достаточно, чтобы мой порог завалили письма, а меня самого атаковали просьбами дать интервью. Статьи в Ежедневном пророке и Ведьмином досуге были скверными. Чего там только не было: любовь, спасшая ожесточённое сердце бывшего Пожирателя; искупление для того, кому пришлось убить своего лучшего друга; принцесса Гриффиндора, сраженная таинственным очарованием злодея с нежным сердцем; восемьдесят процентов совместимости по тестам Гильдии Свах. Отмечу, что у того, кто написал весь этот вздор, хватило ума публиковаться анонимно.Я связался с Гермионой по камину, и мы решили ни на что не отвечать и продолжать жить, как ни в чём не бывало. Мои работодатели были в восторге: магазин наводнили романтические души, пришедшие, чтобы получить всего лишь колдографию с автографом сурового героя, а уходящие, кто с канареечной помадкой, кто с коробкой Грёз наяву.Жду не дождусь свадьбы. Тогда с этим фарсом будет покончено.***Конец адской недели. Пришлось уворачиваться от громовещателей, адресованных суке, которая спит с прихвостнями Волан-де-Морта — общая мысль подобных посланий. Экзальтированные девицы желали знать уловки, чтобы привлечь внимание такого благородного и романтичного героя. Журналистов же интересовали не мои взгляды, а личная жизнь.Воскресным вечером я открыла дверь. Пусть Гарри и пришёл без предупреждения, я так рада его видеть.— Гарри! Какой сюрприз! Входи!— Как дела, Гермиона? Я получил твое приглашение и хотел убедиться, что всё в порядке.— Мило с твоей стороны, Гарри.Я завариваю чай и накрываю на стол, он рассказывает о своих делах за время, что мы не виделись.— Еще хочу сказать, мне очень жаль, что у вас всё так произошло с Роном. Он грустит с тех пор, как вы прошли тесты…— Он должен был просто наплевать на них!Мой ответ резок. Гарри поднимает руки в знак успокоения.— Я знаю, Гермиона. Джинни и я тоже прошли тесты. У нас семьдесят процентов. Страшно представить, что бы со мной было, окажись результат отрицательным. Ну да ладно, я хотел пригласить тебя на нашу помолвку восемнадцатого июня. Это будет суббота.Я мысленно вздохнула. Знаю, Гарри не хотел делать мне больно, но я до сих пор помню о крахе своих отношений, и его счастье... это слишком.— Я приду не одна, ты же знаешь.— Ай, ой, да, конечно, твой... муж... тоже может прийти. Кстати, я буду на вашей свадьбе. Ни за что на свете не пропущу свадьбу лучшей подруги, даже если она выходит за кого-то такого неприятного как Снейп. Он хотя бы достоин уважения.— Спасибо, Гарри.От его слов я смягчаюсь. До тех пор, пока он не продолжил:— Это правда, что у вас со Снейпом девяносто процентов? Я думал это слухи, но близнецы сказали, что им сам Снейп рассказал.Я вздыхаю, на этот раз вслух.— Правда.— Как он тебе?Гарри, ещё чуть-чуть и ты вылетишь отсюда!— Никак. Он прошел тесты, выпало моё имя, он пожелал встретиться и убедил меня принять его предложение. Раз я не могу получить того, кого хочу, возьму того, кто есть.— Но ты ведь могла найти кого-то другого…— А ты? Ты мог бы найти кого-то другого, если бы не получилось с Джинни?Я почти кричу. Чувствую, как краснею, и выступают слезы. Не хочу, чтобы он узнал, что я досталась Снейпу, потому что не умею пить. Нет, точно, никто не узнает.— Я приняла предложение Северуса Снейпа, потому что он раскаявшийся Пожиратель. Потому что это должно внушить доверие к тому, что я делаю в защиту прав магических существ. Потому что у него есть работа, и он не сядет мне на шею. Потому что он не жаждет видеться чаще необходимого. И потому что мне это идеально подходит! Достаточно причин или нужны другие?Гарри смутился. Не могу винить его за недоверие к моему решению, ведь Северусу, кроме помощи в деле победы, больше и припомнить нечего. Неприятный тип.— Прости, Гермиона. Я... Я должен был знать…Я слабо улыбаюсь.— Ничего, Гарри. Мы же не собираемся ссориться из-за Северуса, да?Он смотрит на меня долгим взглядом, кивает и улыбается в ответ.— Ты права, Гермиона. Ты остаешься голосом разума. Ладно, что тебе подарить на свадьбу?— Для начала, ты станешь моим свидетелем?— Без проблем. Конечно, стану. Я обязательно буду там ради тебя, ты — мой друг.От его слов настроение резко улучшается.— А ещё, можешь помочь мне найти работу у одного из твоих поклонников?— Собираешься работать? А как же Г.А.В.Н.Э.?— На это время всегда найдётся. Но мне необходимо стать независимой. Не хочу, чтобы у Северуса была причина мне указывать.— Это второй раз, когда ты называешь его Северусом, — поддразнивает Гарри.— Гарри! Ты хочешь, чтобы я звала будущего мужа сэр?Откровенно по-дружески рассмеявшись, как когда-то в Хогвартсе, мы тут же расслабляемся. Вскоре Гарри уходит, пообещав в ближайшее время организовать для меня встречу с потенциальным работодателем.
Глава 10. День Икс, время Че, точка Джи.Кто бы мог подумать, что в моей крохотной квартирке столько вещей? Именно об этом я размышляю, глядя на гору коробок передо мной. А что говорить о мебели? Ура магии, можно всё уменьшить взмахом палочки.Четверг прошёл в перелётах по маршруту почти-уже-не-мой-дом — Паучий тупик, ключи от дома я получила с совой накануне. Хотела закончить до пяти, но нет ни единого шанса, ещё многое нужно перенести.Он возвращается домой в половине шестого, когда я заканчиваю устанавливать компьютер в своём будущем кабинете.— Добрый день, Гермиона. Приятно видеть, что ты распоряжаешься, как дома.— Прошу тебя, Северус. В конце концов, я и есть дома.Он лишь покачал головой, усмехнувшись.— Я разослала мой новый адрес всем знакомым. Не удивляйся, если в один прекрасный день в нашу дверь постучится тетя Мэдди. У неё есть привычка являться без приглашения.Судя по насмешливому виду, он разгадал мою игру и не позволит мне соскользнуть с крючка.— И в чём проблема? Твоя семья будет моей уже меньше, чем через два дня. Я покажу ей гостеприимство Снейпов.Говоря, он ловко преградил мне путь к выходу. Нельзя позволить себя задержать.— Ну, мне уже пора домой. Вся эта суета меня утомила.Пробую его обойти, спеша к двери. Он, пользуясь моим манёвром, ловит меня за предплечье и притягивает к себе.— Это ты так прощаешься со своим женихом?Итак, это произошло, мне остается беспомощно замереть на месте. Я вижу, как приближается его лицо, и, прежде чем я мысленно ойкаю, его губы прижимаются к моим. Второй рукой он сжимает другую мою руку, и я уже не могу пошевелиться.Несколько мгновений он целует меня невесомыми быстрыми поцелуями. Не знай я, что это Снейп, я бы использовала определение нежность. Постепенно я, сама не ожидая, расслабляюсь. Почувствовав это, он тут же притягивает меня ближе и заключает в объятия. Одной рукой, скользнув на затылок, он удерживает на месте мою голову, а другую кладёт на поясницу. Его губы делаются твёрже, более настойчивыми, и к ним присоединяется язык. Застигнутая врасплох ощущениями от поцелуя и тем, как кружат, едва касаясь, по спине ладони, я позволяю подтянуть себя ближе и полностью открываю рот. Я цепляюсь за его талию, мой язык встречается с его, а через мгновение у меня вырывается стон. Тут он отстраняется и внимательно на меня смотрит. Воплощение самодовольства. Он только что с легкость мне доказал, что не в моих силах предотвратить окончательное закрепление нашего брака. Оглушенная этим откровением, я убегаю, слыша, как он кричит в след:— Доброй ночи, Гермиона, прекрасных снов.***Ну и неделя! Кажется, близнецы Уизли решили нагрузить меня работой. Не сомневаюсь, это наказание за то, что в жёны я выбрал невинную, прекрасную Гермиону. Их слабоумный братец не должен был ее отпускать! Я на это ответил тем, что нагло попросил стать моими свидетелями. Отказать, не рискуя показаться грубыми, им бы не удалось — я задал этот вопрос в присутствии трёх клиентов. И это защитит меня от козней с их стороны. Имидж марки серьёзно пострадает, если они испортят свадьбу, где сами были свидетелями.Моя невеста — пока можно, пользуюсь этим словом, скоро будет нужно говорить моя жена, а у этого слова нет такого духа свободы, — попросила денег для скромного банкета после свадьбы. Надеюсь, она не организует пир. Не смогу долго находиться в обществе идиотов. Послав требуемое в письме я ответил, что уверен, ей не хочется стать виновницей нескольких несчастных случаев. Истинную же причину утаил: не хочется из-за потери самоконтроля возвращаться в Азкабан к его охранникам. К тому же я способен на милосердие, не стоит лишний раз напрягать этих отважных трудяг с берегов Северного моря.Еще в начале недели я выбрал обручальные кольца. Вчера мне не удалось их показать, но думаю, ей и так будет о чём подумать. А она не сказала мне, кто свидетель или свидетельница. Увижу завтра. Будет день – будет пища.***День Икс, до времени Че меньше получаса. Я уже в церемониальном зале Министерства. Со мной только чиновник по регистрации брака, поглощенный различными приготовлениями и проверками. Я принёс книгу, чтобы убить время в ожидании гостей, но в итоге оглядываюсь по сторонам. К моему удовольствию нет никаких букетов, гирлянд и прочих прикрас. Наш брак не по большой любви, ни к чему слишком напрягаться. Стулья расставлены как нужно, за спинами жениха и невесты. Из коридора доносится шум — прибыли первые гости.В зал входят Ремус Люпин и Нимфадора Тонкс. Застав меня одного, они чуть не повернули обратно, но одумались и заняли место со стороны невесты где-то в середине. Поздороваться они не соизволили, и я тоже решил их проигнорировать.Вскоре прибывает куча Уизли. От группы отделяются двое рыжих и брюнет. Фред и Джордж Уизли проходят и садятся на стулья сразу за мной. Брюнет это Поттер, он проходит и встает сразу за местом, предусмотренным для Гермионы. Стоило догадаться.Странно, но меня совершенно не волнует, что в свидетели она выбрала именно его. Во всяком случае, я займусь тем, чтобы в будущем их общение свелось к минимуму. Что касается других Уизли, хотя они все похожи друг на друга, я заметил, что бывшего парня моей будущей жены нет. Жаль, было бы приятно разбередить рану.Наконец одновременно прибывают Хагрид и родители Гермионы. Грейнджеры опасливо косятся на полувеликана, что заставляет меня улыбнуться: тип и мухи не обидит. В свою очередь, они тоже занимают места.Атмосфера напряжённая. Я чувствую исходящие от гостей неприязнь и разочарование от того, что они не в состоянии поступить так, как велит им эта неприязнь. Хочется смеяться, но сомневаюсь, что они оценят моё чувство юмора.А вот и невеста. Ко мне она решила подойти одна. Я не знаю, это жест недоверия, или независимости, или того и другого. Почему она такая несговорчивая? Я быстро меняю мнение, когда вижу неодобрение на лицах Уизли, в особенности Молли. Я очень сообразительный, не правда ли?Сама церемония длится недолго, каких-то двадцать минут. Мы обмениваемся клятвами верности, любви, взаимной поддержки и прочими. По правде говоря, я едва слушаю. Я произношу ожидаемые слова, а в промежутке размышляю над рецептом оборотного, которое позволит изменять только часть внешности выпившего. Лицо, например, или руки. Или ещё что. Это было бы очень выгодно, а теперь, когда у меня есть процент от продаж…— А теперь, мистер Снейп, можете поцеловать миссис Снейп!— Миссис Грейнджер! Я сохраню девичью фамилию.Голос моей нежной супруги возвращает меня к реальности. Тесть и тёща раздуваются от гордости перед феминистическим выкриком своей дочери, сборище полностью поддерживает их мнение. Лицемеры!— Не вижу никаких проблем, — говорю я.Наша совместная жизнь и так будет непростой, чтобы добавлять к этому ещё и спор о фамилии — вещи, которая, в конечно итоге, ничего не значит. Только власть имеет значение.Чувствую, как неприязнь усиливается до предела. Что ж, пора показать им поцелуй века. Гермиона то зеленеет от отвращения, то краснеет от желания. Нужно добиться, чтобы победил красный цвет. И, не давая ей отступить, я нежно привлекаю ее к себе и обнимаю. Она зачарованно смотрит на мои губы, я припадаю к её. Мне не нужно требовать, она сама приоткрывает губы и наши языки ласкаются, без нежности, разумеется, но... хм-м-м... я разрываю поцелуй века, пока не стал причиной своего публичного позора. Ах, окончательно победил красный цвет — желание, а её глаза потемнели. Значит, поцелуй, которого я добился в четверг вечером, был не зря.Я поворачиваю голову к гостям. Они все ярко-красные, скорее от гнева и изумления. Кроме Фреда Уизли. Не сомневаюсь, он только что подумал, что самому стоило пройти тесты Свах и попытать счастья с Гермионой. Слишком поздно, теперь она — моя жена. Взяв за руку, я веду её к столику с закусками, замеченному в глубине зала. С облегчением понимаю, что она не устроила ничего грандиозного, только шампанское и три подноса с пирожными. Несколько взмахов палочки и бутылки открываются, выплескивают содержимое в фужеры. Собственно, уже можно угощаться. Но мне ещё предстоят фальшивые поздравления. Поттер вручает Гермионе конверт со словами: Ты знаешь, что там. Я тоже это узнаю. Короткие разговоры, почти все касающиеся либо того, как идеально прошла церемония, либо ее длительности. И уже через полчаса мы с женой остаемся одни.— Пора домой, Гермиона.Она напугана и так нервничает, что комкает платье.— Успокойся, пожалуйста. Тебе нечего бояться, — голос нежный, соблазнительный. Позволяя видеть свой страх, она даёт мне власть над собой. Лучший афродизиак.***Покинув Министерство, мы трансгрессируем напрямую в Паучий тупик. Чтобы избежать неловкости, когда никто не знает, что говорить и куда смотреть, я предлагаю что-нибудь приготовить. Её круглые глаза и открытый от удивления рот — та реакция, на которую я и рассчитывал. Она еще не поняла, что всё это только часть моего плана по управлению ею. Мне нужна жена, пока этот чёртов указ не отменят. Поэтому моя цель — пудрить ей мозги, чтобы она оставалась со мной столько, сколько нужно.— Это было бы прекрасно. Не думала, что ты умеешь готовить… Неважно, — лепечет она.— Ты об этом думала? А разве ты умеешь готовить?Краснеет.— Немного…— Иначе говоря, ты сможешь разогреть полуфабрикат.Смутилась, иного ответа и не требовалось.— Ну, сейчас самое время. Вечером мне нужно будет уйти, поэтому нам стоит покончить с этим.— Покончить с этим? — визжит она.Осматриваю её с головы до ног. Очень долгим взглядом, чтобы до неё дошло. Кажется, она готова сбежать. Что и следовало ожидать — убегает. Хватаю за руку и веду на второй этаж в нашу спальню, бросая через плечо несколько успокаивающих слов:— Говорят, первый раз — самый трудный.— Я уже не девственница! — кричит она возмущенно.— Я говорю не о вообще первом разе, а о нашем первом разе.В этот момент мы заходим в комнату. Запечатываю дверь чарами, которые создал сам. Их нет ни в одной книге, даже в той, что побывала в руках Поттера.Не теряя времени, я сразу её целую. Надеюсь, что она отреагирует так же, как в два предыдущих раза, и ответит мне.Уверен, мне никогда не понять женщин. От моей у меня одна головная боль. Вместо того, чтобы расслабиться и получить удовольствие, она начинает отбиваться. Что, впрочем, довольно интересно, если верить некоторой части моей анатомии.Я не могу ее отпустить, иначе проиграю. Поэтому я только ещё углубляю поцелуй. Я это делаю с таким напором, что Гермиона в итоге оказывается зажатой между дверью и мной.Она всё еще пытается меня оттолкнуть, но, кажется, уже не столь уверено. Прерываю поцелуй, всё ещё почти касаясь её губами:— Расслабься. Может, вместо того, чтобы сопротивляться, ты попробуешь насладиться происходящим?Её гневный взгляд ясно даёт понять, что наслаждаться она не собирается. Пора применять тяжелую артиллерию.Скользнув ногой между её ног, я, насколько позволяет её прямое платье, прижался к ней бедром и начал страстно тереться. При этом покрываю её шею, в основном с боков, поцелуями и касаюсь языком. Мои руки скользят по её рукам. Двойная выгода — я держу их под контролем и одновременно посылаю по ним мурашки.Не знаю, как долго продолжалась эта маленькая приятная игра, но вот она уже начинает двигаться мне навстречу. После падения Тёмного Лорда у меня не было женщины, но до этой минуты я не осознавал, как мне этого не хватало.Поднимаюсь к губам и целую её взасос. Она отвечает с такой страстью, что я, позабыв о том, что нужно держать её руки, обнимаю её и притягиваю ещё ближе к себе. От надавливания подол платья натягивается сильнее, готовый вот-вот разойтись по швам, но ни ей, ни мне нет до этого дела. Нами завладела похоть, и она, уже не сопротивляясь, идёт за мной к кровати. Мы оба с трудом переводим дух.— Разденься, — мой голос едва слышен, так он охрип от желания.Отхожу на шаг, чтоб позволить выполнить мою просьбу. Но, потеряв со мной контакт, её разум несколько проясняется, и она принимает воинствующий вид.— Сейчас же, или я сделаю это сам.Кажется, это её убедило. Она расстегивает искусно скрытые магией пуговицы платья и предстаёт предо мной в нижнем белье. Никаких изысков: белые хлопковые трусики и лифчик. Какая разница, на ней скоро ничего не будет.— Ну а ты? Я не собираюсь раздеваться дальше, пока ты сам не останешься в белье, — заявляет она.Ну нет, мы же в моём доме! Кто она такая, чтобы приказывать мне? Ах да, это же и её дом. Но всё же ей стоит быть повежливей. С другой стороны, если я останусь под слоями ткани, ничего интересного не произойдет. Поэтому я снимаю мантию, оставшись в чёрных хлопковых трусах. Одна из моих любовниц на одну ночь сказала, что в чёрных плавках я выгляжу сексуальнее.— Теперь сними остальное.— Если вместе со мной и ты снимешь остальное.Не нуждайся я в ней, давно бы проклял. Тем не менее, я делаю это, как и она. Стоящему члену на свободе немного лучше, и он нацелен прямо на живот моей жены. Мои намерения предельно ясны.— Так на чём мы остановились?Риторический вопрос. Я вновь притягиваю её к себе. На этот раз нас не разделяет одежда, эффект молниеносный и подобен электрическому разряду. И за время, меньшее чем требуется, чтобы это произнести, мы валимся на кровать. Ненасытные губы. Ноги весьма возбуждающе переплелись. Бедром я чувствую, какая она влажная. Мой член истекает на волоски её лобка.Долго мне не продержаться. Я тут же переворачиваю её на спину и, не прерывая поцелуя, проникаю в неё. Она была не совсем готова. Но несколько толчков решают эту проблему. Почти сразу я нахожу чудесную точку, от чего она стонет сильнее, сжимает мою спину, задницу и затылок с силой, которой я в ней не подозревал. Короче, в первый же раз я нашел её точку Джи. Моя мужская гордость готова лопнуть.Я использую это открытие по максимуму, по крайней мере, до тех пор, пока моё тело не подчинило себе рассудок и не устремилось за собственным удовольствием. Кончив, я остаюсь на ней, чтобы увидеть ее реакцию. У нее удовлетворенный вид, но мой внимательный взгляд возвращает её к произошедшему. Она щурится. Не нужно быть сильным легилементом, чтобы понять, о чём она думает.— Если ты хотел использовать секс для того, чтобы сделать из меня послушную собачку, то можешь одеваться.Что я и сделал, прежде чем покинуть дом.
Глава 11. Повседневность.Я догадывалась, что Северус не из тех, кто нашёптывает нежности на ушко после занятий лю... секса, как это делал Рон — не думать о Роне, не думать о Роне, — но уйти меньше, чем через пятнадцать минут — совсем другое дело. К тому же, я и не рассчитывала, что тоже получу удовольствие. К слову, с Роном удовольствие я худо-бедно начала получать только на седьмой раз — не думать о Роне, не думать о Роне — но мы оба были девственниками. Нельзя думать о прошлом. Теперь у меня есть муж, от которого надо освободиться законным способом, я хочу найти работу, а ещё остается Г.А.В.Н.Э., требующее развития.Одевшись поудобнее, устраиваюсь в кабинете и приступаю к составлению расписания на ближайшие месяцы. Как в старые добрые времена СОВ и ЖАБА.Но сначала нужно вскрыть конверт от Гарри. От прочитанного глаза на лоб лезут. Это приглашение на собеседование в юридический отдел компании Скоростные мётлы Нимбус утром двадцать седьмого марта! Мне предлагают должность помощника юриста. Написано, что в обязанности входит поиск в книгах и гримуарах прецедентов, чтобы юристы компании смогли выстроить защиту против увеличивающегося числа жалоб пользователей.А, точно, читала что-то такое в Пророке — люди покупают метлу, чтобы летать, а если вдруг падают, обвиняют продавца. Что-то подобное мне уже приходилось делать: на третьем курсе, для защиты Клювокрыла. Дело провалилось, но вовсе не потому, что я плохо старалась. Уверена, что получу эту работу.Так, дальше мой антибрачный план. Использовать для развода условие, что брак не закреплён, я уже не могу. Остается измена, бесплодие или семейное насилие. И какие есть варианты?Поразмыслив, составляю план:А. Измена. В той суете, что началась после публикации о свадьбе романтичного героя, думаю, можно без труда подсунуть ему какую-нибудь наивную красотку. Есть небольшая вероятность, что он не устоит, а я застану его на месте преступления.Второй вариант: изменяю сама, позволяя себя застать на месте преступления. Репутация, конечно, будет подпорчена, зато это отпугнёт большинство женихов. С другой стороны, есть риск (чего мне вовсе не хочется), что Северус будет в гневе. К тому же, он может и отказаться разводиться, простив меня и продемонстрировав своё великодушие. Оставим такой вариант на крайний случай.Б. Бесплодие. Я принимаю таблетки — магловское средство. О нём тут никто не знает, а я постараюсь, чтобы и не узнали. Нужно узнать, может, есть зелье или заклинание, которые вызывают бесплодие.В. Семейное насилие. Я смогу так разозлить Северуса, чтобы он на меня напал. Не хочется, правда, ощутить всю прелесть тёмной магии, какого-нибудь проклятия, которое известно одному ему и которое не смогут обнаружить даже авроры со всеми их средствами. Вариант исключается.Вывод. Есть два варианта получить развод безболезненно: измена, совершенная Северусом, и бесплодие.Этот мозговой штурм меня утомил. Я готовлю легкий перекус и иду в супружескую постель с хорошей книгой — лучшая компания, чем мой отсутствующий муж.***Я спать хочу! Что за шум?! Я пожалуюсь владельцу: соседи не должны так шуметь воскресным утром. Поворачиваюсь и вместо пустоты утыкаюсь во что-то тёплое...Мгновенно всё вспоминаю: свадьба, секс, и, то, что когда я пошла спать, Северус ещё не вернулся. Вижу, а особенно слышу, что он вернулся, когда я спала.Он так храпит, что сотрясается почти весь дом! Придется настоять, чтобы на ночь он принимал ложку Тихосна.Раз про сон придётся забыть, я встаю. Глядя на мужа, вижу, что он укутался в одеяло, как — вот идеальное определение — как личинка в коконе. Оставлю всё, как есть, - он захватит всю постель. Если он не хочет, чтобы я спала в другой комнате, ему придётся пересмотреть свои, осознанные или нет, привычки.После завтрака я запираюсь в своём кабинете. И, кажется, как раз вовремя, потому что слышу шум в комнате. Позволив Северусу заниматься своими делами, я пишу письмо Гарри. Подтверждаю, что готова к собеседованию в Нимбус, и горячо его благодарю. Уверяю, что я в порядке и собираюсь организовать собрание Г.А.В.Н.Э. в день летнего солнцестояния, двадцать первого июня. Не желает ли он появиться там, чтобы поддержать дело?Около полудня я спускаюсь в кухню. Северус готовит еду в соответствии с нашим брачным договором. На мне мытьё посуды.— Добрый день, Гермиона. Ты правильно сделала, что вчера не стала меня ждать. Дела заняли больше времени, чем я думал.— Без проблем. Помнишь, у нас всего лишь брак по расчёту. Ты не должен передо мной отчитываться.— Действительно. Но я думал, что немного вежливости не помешает.Ну, конечно! Ты просто хочешь быть уверен, что у меня нет повода жаловаться кому-то, что позволит мне развестись.— К делу, — бросаю я между двумя вилками пюре. — Двадцать седьмого марта у меня собеседование в Нимбус. На должность помощника в юридическом отделе.— В самом деле? Странно, что они приглашают новичка.О том, что приглашение я получила благодаря Гарри, ни слова.— Я думаю, они оценили мои результаты ЖАБА.Он не отвечает. Задумался вроде. Посчитав вопрос закрытым, я переключаю всё внимание на содержимое тарелки.— Это Поттер, не так ли?Я вздрагиваю при звуке его голоса, и смотрю на него вопросительно.— Что? При чём тут Гарри?— Поттер добился для тебя собеседования?Его глаза лукаво поблёскивают.— Выходит, их привлекли не твои выдающиеся способности, а, скорее, твоё знакомство с Мальчиком-Который-Выжил?О, это удар ниже пояса.— Не думаю, что меня вызвали бы на собеседование, не имей я требуемой квалификации, независимо от того, дружу я с Гарри или нет.У него недобрая улыбка акулы, которая вот-вот разорвёт свою добычу.— Тебя нанять дешевле, чем платить гонорар Поттеру за участие в рекламе! Если не секрет, сколько тебе предложили?Я не могу сдержаться. Знаю, что с Северусом так нельзя, но это сильнее меня. Я защищаюсь:— Это будет решено в ходе собеседования!Он и не пытается скрыть торжество.— Было бы очень интересно узнать, сколько ты стоишь.— Точно больше, чем ты думаешь.Браво, Гермиона! Ты умудрилась вляпаться. Теперь, если не хочу опозориться перед Северусом, надо сделать так, чтобы меня не только взяли на работу, но и дали приличную зарплату. Стараюсь ничем себя не выдать.Поев и убрав посуду, мы расходимся по своим углам: Северус — в свою лабораторию, я — в свой кабинет. Всю вторую половину дня я читаю и обдумываю собеседование. Принимаю ванну, ужинаю и иду спать, как обычно, с хорошей книгой. Северус на этот раз приходит вскоре после меня, тоже с книгой. Но почти сразу мы решаем спать и гасим свет.***Поистине, это воскресенье задало начало всей первой неделе нашей совместной жизни.Мы встречаемся только за едой и перед сном. Поспорили всего пару раз на тему макароны слишком жирные или ты слишком громко листаешь книгу, ничего страшного.В среду, пока Северус работает, я без проблем встречаюсь с Добби и Винки, чтобы обсудить проект июньского собрания. Посоветовавшись, мы решаем, что будет здорово, если придёт Гарри. Ответа от него я пока нет.В четверг вечером мы снова переспали. Я бы прекрасно обошлась и без этого, но секс получился довольно приятным. Не могу удержаться и спрашиваю у него, почему ему так важно, чтобы я тоже получала удовольствие? Отвечает, что дарить удовольствие — одно из проявлений власти. Может, где-то глубоко внутри него скрыта капля сострадания и доброты?Мне бы очень хотелось, чтобы наша семейная жизнь была похожа на эту неделю, но всё, особенно хорошее, когда-нибудь кончается.Всё начинается с того, что мне пришлось попросить у Северуса денег. Я не хотела ссориться. Но в моём шкафу нет ничего подходящего. Мне не в чем идти на собеседование.***Быть женатым не так ужасно, как я думал. Конечно, нужно, с кем-то делить территорию, но мы оба считаем своим долгом избегать друг друга, насколько это возможно.К тому же, должен признаться, спать с кем-то в одной постели не так уж тяжело. С трудом верится, но постель так согревается, что засыпаешь почти тут же.Она, правда, обвиняет меня, что я слишком громко храплю. Как же! И ложку Тихосна я проглатываю на ночь не потому, что меня когда-то будил собственный храп или у меня какие-то проблемы с дыханием, чтобы там она ни говорила, а просто для ее спокойствия.В понедельник утром, перед ВВВ, я захожу в Аврорат подать справку от моих нанимателей, что я им необходим, и свидетельство о браке. Ни замечаний, ни требований дополнительных документов — фамилия моих работодателей равна званию героя войны.Но, едва повернулся спиной, слышу за спиной шепот:— Снейп женился на лучшей подруге Гарри Поттера! Так это правда.— Да он ее приворожил!— Думаешь, он подлил ей зелье? Уж в этом он специалист.— Ага, как и в тёмной магии.Ухожу, чтобы дальше не слушать.Единственное зелье, что я ей налил, было янтарного цвета, крепче пятидесяти градусов и мне не пришлось её обманывать, чтобы заставить выпить.На работе меня ждут, в лучшем случае, равнодушные безразличные взгляды, в худшем — неприязненные.— Как Гермиона? — вызывающе спрашивает стоящий за прилавком один из близнецов. Вроде сделаешь ей больно, будешь иметь дело со мной.Отвечаю самым приторным тоном:— Очень хорошо, мистер Уизли. Как любезно с вашей стороны интересоваться её здоровьем только сейчас. Думаю, она бы предпочла это, когда ваш брат решил её бросить.Удивительная особенность: от гнева или смущения у всех членов этой семьи краснеют уши.Молча, очень разумно с его стороны, он спешит к хранилищу, только пятки сверкают. Захожу в лабораторию, где и остаюсь до конца дня.Остаток недели проходит без каких-либо происшествий, обычные меленькие неурядицы совместной жизни. То была подлинная картина семейного благополучия до тех пор, пока она не начала просить денег на новые мантии, когда я ещё пребывал в посторгазмическом экстазе.
Глава 12. Жить полной жизнью.Меньше, чем через два часа, у меня первое в жизни собеседование. Думаю, я немного нервничаю. Северус ворчит, что я не дала ему поспать, на кухонном столе остался нетронутым завтрак (попробуй я его проглотить, он бы тут же снова оказался на столе). И вот я уже готова.В действительности же нарезаю круги по смехотворно маленькой гостиной этого дома. Знай, что останусь женой Северуса, думаю, смогла бы убедить его переехать.Чтобы скоротать время, не в состоянии ни на чём сосредоточиться, даже на трактате по нумерологии, я вспоминаю субботний поход по магазинам с Тонкс. Мне бы и хотелось пойти туда с Джинни, но от всего, что так или иначе напоминает Уизли, до сих пор не по себе.Это была хорошая идея, мы отлично развлеклись. Благодаря ее способностям метаморфа он приняла облик Северуса и, примеряя черные мантии, с грозным видом пронзала меня взглядом, говоря:— Мисс Грейнджер, двадцать баллов с Гриффиндора за трату времени на выбор мантии.Затем, крутанувшись на месте, она попыталась взмахнуть полами так, как может только Северус. Не исключаю, что он запантентовал движения мантии, если честно, я никогда не видела, чтобы ещё у кого-нибудь это получалось так впечатляюще.Я пришла домой с пятью новыми мантиями и тремя парами обуви. Что ни говори, шопинг — отличный способ борьбы с хандрой!***Компания Скоростные мётлы Нимбус располагается в высоком здании, хотя маглы видят лишь старый заброшенный склад. Приветливо улыбаясь, секретарь провожает меня к кабинету Цезаря Транжира менеджера по персоналу.Он уже ждёт, сидя в удобном чёрном кожаном кресле. Внушительный живот отделяет его от лакированной столешницы внушительного стола. С ним женщина со строгим лицом, похожая на МакГонагалл. Это Джиневра Глотфуд, начальник юридического отдела.— Добрый день! Присаживайтесь, мисс Грейнджер, — любезно приглашает он меня.Сажусь на указанный стул — в том же стиле, что и его кресло. И тут начинается шквал вопросов.Ничем не напоминает анкету Свах. Тут и классические вопросы: Как вас зовут?, Ваши основные достоинства и недостатки?, и неожиданные: Вы говорите по-русалочьи?, Как вы относитесь к мётлам? или У вас есть водительские права?Отвечаю как можно честнее. Так на вопрос: Вы любите мужа? я отвечаю: По тестам Гильдии Свах наша совместимость девяносто процентов. Это производит на них впечатление, а я избегаю прямого ответа. Но вообще-то мне непонятно, какое отношение это имеет к трудоустройству.Как бы то ни было, в конце беседы они сообщают, что я принята в Нимбус с третьего апреля этого года с зарплатой сто пятьдесят галлеонов в месяц. Я могла бы их расцеловать.***Так-так, сегодня у Гермионы прекрасное настроение.Действительно, жена вся светится, и приплясывает от нетерпения, пока я вешаю мантию на вешалку. Глаза сверкают, щеки порозовели, губы покраснели и все искусаны. Мне есть, чем занять эти губы и эти... нет, не зубы. Я не успел вообразить чего-то более изощренного, так как она начинает говорить:— Северус, у меня хорошие новости, ну, для меня хорошие.Я позволяю ей продолжать.— Я получила работу помощника в Нимбус!Об этом не говорится, но это и так кристально ясно, что она совершенно счастлива стать материально независимой от меня. Она не понимает, какая это для меня радость. А я не собираюсь ее просвещать — узнав об этом, она назло мне может уволиться. Поэтому я отвечаю с недовольным видом:— Я понял. Но не думай, что твоя новая нищенская зарплата освободит тебя от супружеских обязанностей.— Нищенская зарплата? Вообще-то речь о ста пятидесяти галлеонов в месяц! Очень неплохо для первой работы! — возмущенно отвечает она, покраснев от гнева.— Ах, но такая прекрасная новость заслуживает, чтобы её отметили.Моя зарождающаяся эрекция пытается кивнуть в знак согласия вопреки трусам, возвращающим её назад. Я беру за руку жену, с пеной у рта доказывающую мне, что она современная и независимая женщина, и веду к спальне. Там целую — блаженная тишина — ласкаю, раздеваю. Я что-то бессвязно бормочу — трудно говорить, когда твои губы, язык и пальцы заняты.После того, как она испытала оргазм, я намекаю, что и она в свою очередь могла бы подарить мне удовольствие, что она и делает. Эти красные губы вокруг моего члена, эти маленькие руки на моих яичках. Ей хватило нескольких минут, чтобы развеять моё недовольство. Возможно, этот брак даст мне больше, чем я рассчитывал.***— Северус, я забыла тебе кое-что сказать. На самом деле, я уже давно должна была сказать, но никак не могла выбрать подходящий момент.О, нет. Чувствую, за завтраком мне испортят всё приятное впечатление от вчерашнего вечера. Но, тем не менее, я прошу её продолжать.— Мы приглашены на помолвку Гарри и Джинни. Она будет восемнадцатого июня в Норе.Она и правда это сделала! Испортила мне всю неделю. Но, думаю, у меня еще есть шанс отвязаться от этого.— Нисколько не сомневаюсь, что ты приглашена. Но не уверен, что и я тоже.— Да нет же, ты приглашен. Как ни крути, ты мой муж. К тому же, для меня это великолепная возможность показать, что мои взгляды на то, что каждый имеет право на второй шанс, это не пустые слова.Она забывает, что это мой третий шанс, даже четвертый. Однажды просто перестаешь считать. А её идея использовать это событие для демонстрации своих убеждений заслуживает уважения.— Думаешь, Скримджер там будет?— Ну конечно. По традиции министерские служащие посылают приглашение министру на значимые события в их жизни. Обычно он просит секретаря отправить открытку, но в случае с Гарри он, уверена, явится собственной персоной.Прекрасно. Этот идиот для усиления своей популярности хотел засадить меня в тюрьму — неважно, заслужил я это или нет, — потом издал указ, из-за которого я чуть было не лишился работы. Для него будет как нож в сердце увидеть пожирателя, суд над которым, по данным соцопросов, понизил его рейтинг на пятнадцать процентов, веселящегося среди близких кумира магического мира.Это и ещё то, что с моей новой супружеской жизнью я смогу поиздеваться над всеми этими подпевалами из Ордена Феникса. Действительно, прекрасно. Мне так мало надо для счастья.***Утро следующего понедельника застает меня проснувшейся задолго до рассвета и в сильном волнении. При мысли о работе меня всю трясёт. Я вновь кружусь по дому, до такой степени, что Северус бросает силенцио и петрификус тоталус, чтобы, как он выразился, спокойно позавтракать. И освободил только, чтобы я успела точно к восьми часам в Нимбус, голодной. Вздрагиваю при мысли, что могла опоздать, хотя и встала в пять утра.Встретив меня, Джиневра Глотфуд знакомит с юристами, которым я должна помогать.— Ахиллес Ацидот и Гиацинт Пустобрех — юристы нашей фирмы.— Очень приятно.Я пожимаю руку обоим. Один настолько светлый и бледный, насколько другой темный и смуглый.— А, Миранда, вы кстати. Подойдите, я представлю вашу новую коллегу. Гермиона Грейнджер. Миссис Грейнджер, Миранда Малони, второй помощник юриста.— Очень приятно, — произносим мы одновременно.Миссис Глотфуд оставляет меня на попечении Миранды. Та ведёт меня к маленькой комнате. Два стола, стоящие друг напротив друга, громоздкие ветхие этажерки, обвешанные дипломами стены, но в глубине свободное маленькое окно.Пока она показывает мне кабинет, я рассматриваю её. У нее прекрасные зубы, чего она не боится демонстрировать, постоянно улыбаясь, она высокая, фигуристая, объемы там, где надо, и ничего лишнего там, где его быть и не должно. За ней нужен глаз да глаз. Кто знает, может у меня с первого раза выйдет найти любовницу для Северуса?***— Не думала, что люди могут быть так безответственными, — воскликнула я утром на третий рабочий день.Миранда смотрит на меня вопросительно. Ей не нужно спрашивать, меня уже понесло:— Нет, серьёзно, это как?! За этим типом гнались Королевские ВВС, когда он пролетал на метле над Лондоном, и он подал на нас в суд за то, что у наших мётел нет противорадарных чар. Всем известно, что право летать над большими городами есть у авроров и ещё у некоторых волшебников!Она усмехается.— Ты ещё всего не знаешь. Накануне, нам пришлось защищаться от обвинения в заведомо ложной рекламе от человека, который весит двести килограмм, метла которого не смогла взлететь. Этот волшебник утверждал, что весит всего сто пятьдесят килограмм, а на ярлыке Нимбус-2001 написано, что она может перевозить волшебников с массой до ста шестидесяти килограмм. Мы заставили его взвеситься, так он потом подал жалобу на консультанта, который его взвешивал, якобы у того палочка сломана и искажает результат.Улыбаясь, качаю головой, и возвращаюсь к гримуару и пергаменту. Моя коллега — приятная компания, и мне она нравится. У неё есть склонность к слащавым романам, где герой, темный и трагический, спасает героиню от ужасной судьбы. Ей не удалось скрыть своё восхищение Северусом, когда я призналась, что он мой муж. Это так ужасно, что ему пришлось убить своего наставника. Бедный, он должен чувствовать себя виноватым.Обдумав сказанное, с уверенностью могу утверждать, что Северуса совесть совершенно не мучает. По непонятной причине мой мозг противится дальнейшему анализу этого открытия. Возможно, Северус просто нашёл средство оставлять всё плохое позади, чтобы двигаться вперёд. Я мысленно пожимаю плечами и углубляюсь в правила движения мётел над Лондоном.
Глава 13. Провал плана A.Достаточно моей благоверной было помянуть чёрта, то есть Поттера, как он тут как тут. Близнецы, как и каждый вечер пятницы, сидят в моей (номинально – своей) лаборатории, выслушивая еженедельный отчёт о моей работе.— Господа Уизли, — звучит от двери дрожащий от возбуждения голос, — к вам посетители.Прервавший меня Джулиан, продавец-пуффендуец, получает взгляд типа авады кедавры. Похоже, я теряю квалификацию, раз он осмелился на такое. Болван подпрыгивает и улыбается, словно увидел... Поттера. Прямо за его спиной виднеются Мальчик-Который-Выжил и самая младшая Уизли.— Спасибо, Джулиан. Можешь вернуться в магазин, — отвечает Фред, или тот, кто назвал себя Фредом несколько минут назад. — Гарри, каким ветром тебя занесло? Ну, входи же.Он входит, держась за руки с рыжей. Пожатия рук, поцелуи, всевозможные возгласы сопровождают долгожданную встречу. Можно подумать, они лет пять не виделись. Но вот пришёл момент, когда они больше не могут притворяться, будто меня нет.— Здравствуйте, профессор, — Поттер выглядит немного неуверенно, но и без излишней враждебности. — Как ваши дела?Я поднимаю бровь. Поттер спрашивает о моём благополучии? Не забыть свериться с метеослужбой, сегодня явно сообщали о перемене погоды. Ну, думаю, в наше время поттеромании будет лучше, если я пожму протянутую им руку.— Здравствуйте, Поттер.Я больше ничего не скажу. Слегка киваю мисс Уизли, не сказав и слова. Она возвращает мне жест с толикой страха в глазах. Поттер снова говорит:— Гермиона сказала, что вы оба приглашены на нашу с Джинни помолвку восемнадцатого июня этого года?— Да, говорила.— Отлично, я надеюсь, что вы будете.— Это утрёт нос Скримджеру! — заявляет Джордж.Никогда не видел, чтобы помолвку использовали для чего-то иного, чем свадьба. А так как пятничный отчёт превратился в очередное обсуждение подвигов Поттера, я незаметно ускользаю.***Текут дни, похожие один на другой. В общем-то, быть женатым не так неприятно, как я боялся. Гермиона не так назойлива, как гриффиндорцы, которых я встречал, беседы с ней интересны — я пытаюсь вытянуть из нее что-нибудь о запатентованных чарах Нимбуса, секс удовлетворителен (не будем забывать, мне есть с чем сравнивать), мои доходы почти непомерны. Я думаю, это слишком хорошо, чтобы продолжаться.— Северус?— Да?— На завтрашний вечер я позвала в гости свою коллегу Миранду Малони. К понедельнику нужно подготовить документы, а вчера мы не успели, потому что Миранда очень устала. Это не займёт больше двух часов.— Если так, то не беспокойте меня вашей болтовнёй.Так и представляю офисные сплетни, витающие в воздухе гостиной.— Не волнуйся, Северус. Мы выйдем из кабинета только для чая.Следующий день наступает быстро. Я выхожу пожать руку гермиониной коллеге. Её имя мне совсем ничего не сказало, но, увидев, я её вспомнил. Бывшая слизеринка. Училась у меня несколько лет назад. Разве можно забыть такое прекрасное тело, снабженное к тому же интеллектом? Моя жена рядом с ней кажется подростком. Они поднимаются в кабинет.Я вижу их снова только два часа спустя. Обе улыбаются, но это не глупое хихиканье, которому обычно подвержены женщины и гриффиндорцы.— Северус, будешь с нами чай?Так как я собирался почитать в гостиной, отказаться было бы грубо. Киваю в знак согласия. Тогда Гермиона приглашает коллегу занять место в нашей новой великолепной кожаной гостиной — с повышением зарплаты нет причин страдать от боли в спине, читая сидя в потёртых креслах, — и уходит готовить чай.Окидываю взглядом нашу расслабленную гостью — на неё приятно посмотреть. Она бросает на меня восхищенные взгляды, которые скорее привычны Поттеру, нежели мне. Раз уж я хозяин, то мне и начинать разговор:— Вижу, мисс Малони, вы решили сделать юридическую карьеру.Её взгляд сияет.— Да, профессор. Это интересная профессия. Мы вынуждены сталкиваться с самыми разными ситуациями.При рассказе о работе её лицо прелестно оживляется. Я и не заметил, как прошла четверть часа. С каких пор нужно пятнадцать минут, чтобы заварить чай и разложить печенье? Даже Гермиона способна сделать это за пять, не подпалив чайник. Но, тем не менее, она оставила меня наедине с прелестной молодой женщиной, которая глядит на меня не с отвращением, а скорее с восхищением.Когда жена возвращается с подносом, какая-то часть меня размышляет, а не поторопился ли я связать жизнь с Гермионой. Только до тех пор, пока Миранда — нам хватило меньше четверти часа, чтобы начать называть друг друга по имени, — не открыла рот, не чтобы отпить чаю или откусить печенье, а чтобы выдать глупость дня:— Вы прекрасная пара. Можно подумать, что вы абсолютно разные, но, возможно, эта противоположность — именно то, что вас сближает.Беру назад свои мысли об её мозгах. Всё же мне больше по душе взвешенные рассуждения Гермионы, в них она хотя бы прекрасно отдает себе отчёт, что мы не прекрасная пара. Не зря в этом доме так мало зеркал.Гермиона выглядит такой же разочарованной, как и я, не знаю уж почему. Но мне кажется, у нее другая причина.Между нами, нам удалось сделать так, чтобы Миранда Малони, выпив две чашки чая, покинула нас уже через двадцать минут.И только закрылась дверь, я поворачиваюсь к Гермионе:— Гермиона, если еще раз захочешь заставить меня выпить в компании твоих друзей в нашем доме, то для начала убедись, что они способны на интеллектуальную беседу!В её глазах намёк на насмешку.— А мне, когда я вернулась в гостиную, показалось, что вы мило общались.— Просто расспрашивал о жизни одну из моих бывших слизеринок.— И только?Интересно, к чему все эти вопросы и намёки? Я вглядываюсь в её лицо в надежде найти там ответ. Можно было бы использовать легиллименцию, да она сразу поймёт, а ссоры в семье не к чему. Странно, такое чувство, что она ревнует к Миранде и в то же время разочарована, что между нами ничего не было. Тут же меня осеняет. Веритасерум и родниковую воду так легко перепутать.— Ты бы предпочла, чтобы, пока тебя не было, я попросил её адрес или пригласил куда-нибудь, лучше вечером?Она краснеет, молчит, отводит глаза. Вот подтверждение, которое требовалось. Я бью в одну точку, стараясь выглядеть как можно угрожающе.— Так ты этого хотела? А ты оказалась бы там, чтобы меня застать за этим делом, а потом попросила бы развод? Увы, дорогая, я верный муж.Разумеется, в первую очередь, я верен самому себе. Она дрожит, но не отступает. Тогда я решаю её удивить. Пусть не знает, чего от меня ждать. Улыбаюсь.— Но мысль не плоха. Однако не забывай, что у меня намного больше опыта в управлении другими.Она скрещивает руки и с решительным видом говорит:— А ты не забывай, что я быстро учусь.Резко развернувшись, со взмахом мантии, достойным меня, она уходит наверх. Она и правда быстро учится.***Чёрт, не получилось! С этого дня он станет осторожнее. Нечего и думать, что застану его с другой женщиной... или мужчиной. И, для начала, разве он любит мужчин? Не думаю, но кто знает.В понедельник за чаем в перерыв Миранда говорит со мной немного холодно: она хорошо почувствовала, что мы аккуратно выставили её за дверь. Потребовалось несколько дней, чтобы вернуть себе очаровательную коллегу. Надеюсь, она искренна.Уже почти два месяца, как я замужем. Должна сказать, это не так ужасно, как я боялась. Вечерами, когда прихожу домой, он расспрашивает о работе и интересуется, как прошёл день. Вряд ли он спрашивает из человеколюбия, но я этому рада: приятно после копания в человеческой глупости всё ему выложить. Он всегда находит повод для смеха или указывает на незамеченный изъян в наших выводах.Не могу подавить мысль, что Рон никогда не смог бы дать мне этого. Не от недостатка любви ко мне, просто Рону было бы трудно выслушивать мои россказни о такой скукотище, как юриспруденция. Мне стыдно за свои мысли.Но, как бы то ни было, я до сих пор хочу стать свободной. Пора использовать план Б — бесплодие.Не очень быстро, чтобы подать на развод, нужно прожить в браке без детей пять лет. Если всё будет так, как сейчас, я вполне смогу это вытерпеть. Хороший план. Кроме того, за пять лет я смогу много чего узнать об управлении другими. Очень полезный навык, если я хочу вершить дела на фронте освобождения эльфов.Кстати об освобождении эльфов, пора навестить Гарри. Мне он нужен к двадцать первому июня для собрания. Мы договорились встретиться у него через полчаса.
Глава 14. Манипуляция.Не ожидала, что в субботу вечером у Гарри соберётся столько народу. Хотя, чему удивляться, он часто занят и каждую свободную минуту окружен друзьями, в данном случае Джинни, Роном, Артуром и Молли.Я с трудом выдавила из себя приветствие:— Добрый день.Неловко улыбаясь и пряча глаза, они неуверенно здороваются в ответ.Ужасная ситуация. Если бы мне позарез не нужна была помощь Гарри, я бы тут же нашла предлог сбежать отсюда. Хотя, если вдуматься, раз у меня не получится справиться с этим, что уж говорить о защите прав домовых эльфов? Настало время начать учиться управлению людьми.Изобразив вежливую улыбку, я устраиваюсь на диване между Молли и Роном. Артур сидит рядом с Молли, а Джинни — на узком диванчике, образующем с большим диваном букву Г. По-видимому, место рядом с ней для ушедшего за чаем на кухню Гарри.— Эй, Джинни, — спрашиваю я у неё, — как подготовка к помолвке?Она кажется удивленной тем, как просто и легко я разговариваю. Наконец отвечает:— Отлично. Мы продумали меню, нашли большую часть стульев. На самом деле, почти всем занимается мама.Поворачиваюсь к Молли, но, не удержавшись, украдкой смотрю на Рона. Застывший памятником; смотрит прямо перед собой, челюсть и кулаки сжаты, похоже, он вот-вот взорвётся... И будет этот взрыв во вне или внутрь трудно сказать. Моя первая мысль: Он это заслужил!. Кажется, Северус влияет на меня сильнее, чем я думала…— Молли... Я могу называть вас Молли, вы не против? Будет довольно странно, что Северус зовёт вас Молли, а я нет.От удивления она способна только кивнуть. Одновременно с этим чувствую, как слегка дёрнулся диван. Видимо, Артура тоже задел мой вопрос.— Представляю себе. Вам и продохнуть некогда со всеми этими грандиозными приготовлениями. Едоков порядочно: семья, коллеги Артура, члены Ордена.Воспитать семерых Уизли — не шутка, Молли быстро берёт себя в руки.— Не так много. Я привыкла к подобному, — и вскользь добавляет: — Тебе всё это ещё только предстоит.Голос — сплошное притворство. Время тёплых взглядов, когда она видела во мне свою невестку, прошло. Ещё немного и она обвинит меня в несчастье своего младшего сына, только чтобы унять его совесть. А на мои страдания всем плевать?!Вошедший Гарри спасает нас от повисшей в комнате неестественной тишины. Разлив чай, он усаживается возле Джинни, небрежно обняв ёе за плечи.— Что, Гермиона, как дела в Нимбус?Я, конечно, написала Гарри, что меня приняли. Но, судя по тому, как от удивления закашлялись Артур и Молли, эта информация ещё не облетела клан Уизли. Кажется, только Джинни в теме.Рон всё так же сидит как истукан, только изредка то там, то здесь подергиваются мышцы.— Чудесно, Гарри. Это такая интересная работа. Не думала, что когда-нибудь это скажу, но теперь мне нравятся мётлы.— Замечательно. А в Нимбус ты испытатель мётел?Поворачиваюсь в другую сторону, чтобы ответить Артуру:— Нет, днём я даже не вижу мётлы. Зато много по работе о них читаю. Я помощник юриста.Последовавшие за этим пятнадцать минут пролетели мирно. Мётлы, как и магловские автомобили, — безопасная тема.Но вот говорить уже не о чем, да и чай весь выпит, время перейти к цели моего визита.— Кстати, вы знаете, что двадцать первого июня я провожу собрание в поддержку Г.А.В.Н.Э.?Взгляды собеседников тут же стекленеют. Все прикидывают, как бы избежать моей просьбы.— Э-э-э, нет, я этого не знал, — храбро отвечает Гарри.— Я уже забронировала зал в Косом переулке, составила список приглашённых. Думаю, Добби будет очень рад, если ты придёшь, Гарри.Гарри влип. Добби столько раз спасал его жизнь, что он не может ему ни в чём отказать.— А, ну да, наверное, если не буду занят на работе.Делаю вид, что обиделась, или, по крайней мере, пытаюсь. Кажется, у меня получается.— Ладно, Гермиона, я приду.Должно быть, он вспомнил наш четвертый курс. Тогда я так достала мальчишек, что они купили у меня значки Г.А.В.Н.Э., только чтобы я от них отвязалась. Он испугался, что я испорчу его помолвку. Что ж, может, он и прав.***Вечером, оглядываясь назад, я начинаю понимать Северуса. Мне доставило дикое удовольствие заставить Гарри принять участие в собрании Г.А.В.Н.Э.Что же до Рона, я надеюсь, завтра у него сведёт все мышцы из-за того, что он всё время сидел так, словно аршин проглотил, только бы не смотреть на меня. Я надеюсь, что ему будет больно. Больно так же, как было мне, когда я сидела там, рядом с ним, не смея ни прикоснуться, ни обнять, ни... Что толку себя мучить. Моё настоящее — это Северус, а моё будущее зовётся безбрачием именно по милости Рона и его смирения с приговором Свах.Хоть какая-то польза от встречи — я помирилась с Джинни. Почувствовала, как возвращается наша дружба. Ох, ничего уже не будет как раньше. Мне трудно забыть, что и она подчиняется традициям другой эпохи, но и жить до конца своих дней отшельником я тоже не согласна. Если в один прекрасный день мне придётся что-то кардинально менять, то благодаря дружбе с кем-то вроде Джинни, всё должно сложиться не так уж плохо.И удачный шопинг вместе с Джинни и Тонкс в конце месяца должен направить меня по нужному пути. Мы с Джинни решили, что в этот раз не будем брать с собой Молли. Джинни прекрасно осознавала, что её не обрадует тот пуританский наряд, который могла бы выбрать мама. Короче, нам нужно было такое платье, чтобы, даже выпив, Гарри мог без труда его снять.В сущности, когда я не думаю о Роне, жизнь не так плоха.***Надеюсь, Гермиона согласится на ужин из омлета и бутерброда с маслом. Я совсем потерял счёт времени, погрузившись в Тайны и загадки чёрных месс XVII-ого века. Читаю только, когда в доме никого. Ни к чему давать жене повод для шантажа, показывая подобную книгу. А в результате чуть не забыл приготовить ужин.А, вот и она. Она потратит ровно десять минут, чтобы положить сумку, подняться наверх, переодеться в домашнее, сходить в туалет, вымыть руки и сесть за стол. Похоже, я неплохо её знаю.— Добрый вечер, Гермиона. Хорошо провела день?Широкая улыбка озаряет её, скорее безмятежное в этот вечер, лицо.— Безусловно. Сегодня я увидела Гарри и Джинни, а ещё Артура, Молли и Рона.Любопытно узнать, кстати, как прошло это милое свидание? И с чего это она такая весёлая после встречи с бывшим женихом? Может, решили возобновить отношения? Если она думает, что переспав с другим, подтолкнет меня к разводу, то это она изменяет, а не я. Мне в высшей степени наплевать на то, чем она занимается днём. Но всё-таки приятного мало в том, что изменница посмеется над тобой. Хм, а в прочитанной книге было одно интересное заклинание для уличения неверной жены.Впрочем, хватит об этом, вернёмся к текущему разговору.— Я думал, что твои отношения со всеми этими людьми были, так скажем, прохладными.— Это правда, кроме Гарри. Он остался моим другом. Ещё я помирилась с Джинни. Артур и Молли по-прежнему не знают, как вести себя, хотя, на мой взгляд, у Молли был соблазн обвинить меня в несчастье Рона. Что касается Рона, он не произнёс ни слова и сидел прямой, как палка, всё время, пока я там была. Ему всё еще тяжело на меня смотреть.Я считал, лицемерие — моя специальность, но мамаша Уизли даст даже мне сто очков вперёд.Гермиона говорит об этом с лёгкой грустью. Честно говоря, если он не пожелал бороться за неё, значит, он её недостоин. Она должна его забыть.— Какая чудная компания для субботнего вечера. Ты, случаем, не мазохистка?Она притворяется шокированной.— Я? Наоборот. Было забавно наблюдать, как они трясутся, ожидая от меня грубостей, зная, что они их заслужили.Так-так, а в моей дорогой и нежной обнаружилась презабавнейшая черта. Между двумя кусочками омлета едва заметно усмехаюсь.— Моя дорогая, вы такая злая? Не верю своим ушам.Она смеётся так, что содержимое её рта летит во все стороны. И продолжает тему, размахивая вилкой:— Это не так. Я поняла, что для моего дела мне очень нужны они и им подобные. К тому же, я уговорила Гарри принять участие в собрании Г.А.В.Н.Э. в следующем месяце. Короче, я так или иначе буду использовать друзей и подруг в своих целях. Пока не забыла, не исключено, что из-за подготовки к собранию без предупреждения будут появляться Добби и Винки. Ты же будешь с ними милым, если они придут без меня? И, может, ещё Ахиллес, — по моему удивленному виду, она поняла, что без объяснений не обойтись. — Ты знаешь, Ахиллес Ацидот — юрист, у которого я числюсь помощницей. Он придёт пару раз. У нас важное дело. Оно будет слушаться Визенгамотом в июне, а мы не уверены, что успеем закончить в рабочее время.Ну вот, мне пообещали беспокойство. Считаю, я заслужил компенсацию за свою помощь. Да, да, дорогая, сегодня ты ляжешь спать пораньше.***Мы вместе читаем в постели, то есть, одновременно. Всё, как обычно, если не считать того, что сегодня я кладу книгу на ночной столик немного раньше.— Отложи книгу, Гермиона, — говорю я нежно.Пару мгновений она удивленно таращится на меня, но быстро понимает, что я затеял.Чего ему надо? Чёрт, он хочет секса. А как же книга? Ну, хотя бы можно быть уверенной, что получу удовольствие. Демонстративно вздыхаю и откладываю свою книгу.— Знаю, что докучаю тебе, Гермиона, но, думаю, все те разы, когда я тебя беспокоил, я делал это ради наших... отношений.Негодяй! Так вот почему он был таким смирным, когда я предупредила его о возможных визитах Добби и Винки. Ого, он уже снял эту свою смешную серую ночную рубашку. Даже мой дедушка такого не носил. Правда, может купить ему пижаму, просто, чтобы поглядеть на его физиономию?Если бы она перестала носить эти смешные фланелевые пижамы, снимать которые одна морока, она бы здорово облегчила мне жизнь! Член уже полностью встал при одном воспоминании о том, каково это быть в таком женственном и горячем теле моей жены. Она идеально мне подходит.Кому интересно, какие зубы у того, кто так потрясающе целуется? Его язык ласкает мой, и все мысли исчезают. Его ладони вычерчивают причудливые узоры на моей спине и ягодицах, вызывая дрожь. Переплетённые тела трутся друг о друга, и я начинаю стонать от удовольствия.Как мне нравится, когда она стонет, когда, не осознавая, сообщает о моей власти над собой. Такое чувство, что сейчас я могу попросить что угодно, и она это сделает. Ах, она царапнула мои соски. Не могу больше ждать. Переворачиваю ее на спину, чтобы...Дзинь!О, нет, Живоглот опять уронил флакон. Говорила же Северусу не оставлять вымытые флаконы на раковине.— Пойду выгоню кота, — говорю я сокрушенно.Северус позволяет мне уйти. В его взгляде обещание того, что ждёт меня по возвращении.Надев халат, я спускаюсь вниз. Проходя через гостиную, по-другому в кухню не попасть, я замечаю на столике свежий номер Зелья сегодня, открытый на статье о допустимости использования в зельеварении трансфигурированных котлов. Эти споры, наверное, старее Мерлина, а до сих пор волнуют стольких волшебников. Пробегаю начало статьи, интересно узнать о чём. И не в силах оторваться, так же стоя, читаю до конца.Где она застряла? Уже десять минут, как спустилась. Всё стихло. Может, глупое животное ее поцарапало?Делать нечего, придётся идти за ней. Во всяком случае, эрекция уже спала.Накинув ночную рубашку и с палочкой в руке, я наблюдаю милую картину: Гермиона, читающая мой журнал.Она бросила меня ради журнала! Я в бешенстве.Взмах палочки, и журнал вернулся на своё место на столе. Она вздрагивает и сжимается, испуганная злостью на моём лице.Ох, ох. Он явно не желает мне добра.— Я давно здесь, да?— Ты ушла десять минут назад. Выходит, я настолько плох, что журнал заставил тебя забыть то, чем мы собирались заняться?Это кошмар: я сбежала от мужчины посреди полового акта.— Нет, всё не так, всё совсем не так. Но, видишь, тут статья…— Молчи! Ты немедленно возвращаешься в постель.— Но мой кот…Я взрываюсь:— Можешь считать, что журнал важнее твоего кота, но смею надеяться, ты согласишься, что твой муж еще важнее.Тогда она делает шаг ко мне. Весь её вид выражает страстное желание оказаться отсюда как можно дальше.Я уже почти вышла, но он поймал меня за руку и потащил в комнату. Что-то мне это напоминает.В буквальном смысле сорвав с меня халат, он толкает меня на кровать. Он взмахивает палочкой, и я чувствую, что мои запястья привязаны к спинке. Он снимает ночную рубашку и приближается.— Сожалею, миссис Снейп, — звучит неискренне, — но, кажется, сегодня у меня нет другого способа заставить вас обратить на меня внимание.Прекрасное зрелище: связанная в моей постели, в положении, которое подчеркивает ее уязвимость. От этой картины эрекция возвращается.При виде меня в таком положении, он снова возбудился! Какое-то время я пытаюсь вырваться — напрасно, верёвки слишком крепкие. Он жадно глядит на меня и мастурбирует! Потом встает на колени на краю постели и начинает меня ласкать. Всё тело, медленно, не пропуская ни сантиметра. Даже переворачивает, не развязывая рук, чтобы погладить спину. Сопротивляться невозможно. И через десять минут я целиком в его власти.Вот и покорность. Теперь можно подключить губы. Вначале поцелуй, потом мои губы, мои зубы и мой язык медленно скользят по её коже. Солёный вкус её пота опьяняет. Продолжаю свой путь вниз, к её женственности. Пробую её на вкус. Покусываю клитор и губки. Целую её там так, как сделал бы это с её ртом. Не прошло и пары минут, как Гермиона кричит от наслаждения.Почему он такой талантливый? Разумеется, мне не всегда настолько хорошо. Могу даже сказать, что иногда и без секса прекрасно бы обошлась, но сегодня он превзошел сам себя. Только что у меня был один из самых сильных оргазмов. Почему это происходит, когда я под его контролем? И… Да-а-а… он входит в меня. Только хочется, чтобы он меня развязал. Ах, я теряю всякую способность думать связно.Какое наслаждение быть в ней. Она не понимает, что от того, как я дразню её, моё желание усиливается. Думаю, уже можно её отвязать.Ее руки тут же вцепляются мне в спину и задницу — останутся следы от ногтей. Неважно.Каждый раз, толкаясь в нее, я стараюсь задеть её точку Джи. Она кричит снова и снова так, что её голос уже охрип. Какой комплимент моим способностям! Судя по её лицу, этот оргазм ещё сильнее. Мой не задерживается, всё ближе и ближе, и вот он. Впервые за долгие годы, кончая, я кричу.
Глава 15. Спокойствие под угрозой.Прогулка по магазинам с Джинни и Тонкс — это что-то типа мер социальной поддержки. Было весело заставлять Джинни примерять платья одно соблазнительнее другого! Тонкс же без зазрения совести носит платья с глубоким декольте или облегающие как вторая кожа. При её фигуре (ах, спасибо аврорской школе) было бы кощунством носить бесформенные мешки. Они и меня убедили доставить себе удовольствие: я вышла из магазина с новым платьем, чуть более сексуальным, чем те, что я обычно ношу. С другой стороны, кажется, вернулись мои формы, хотя у меня есть некоторые сомнения на этот счёт.Тем не менее, я чувствовала себя другим человеком после прошедшей сумасшедшей рабочей недели. Да еще мне пришлось трижды отказать Северусу. Голова кругом. Хватит, не думать об этом сейчас.Я очень рада, что помирилась с Джинни. Сейчас она работает в Гринготтсе ликвидатором заклятий, как и её брат. Вроде бы она не очень обижена на то, что я вышла за Снейпа. По ее словам: Кто скажет что-то против пары, совместимость которой по тестам Свах девяносто процентов?. Кто знает, может однажды мне понадобится свой человек в банке волшебного мира.На завтра, в воскресенье, я почти на весь день запираюсь в кабинете вместе с Добби и Винки. Мы готовим рекламные листовки, плакаты, выступление и прочее для собрания.Что за утомительный день! Зато я поняла одну вещь: Добби и Винки намного умнее, чем мы думаем; у них бывают отличные идеи, пусть порой и слегка странные (например, ставить мышеловки на тех домашних эльфов, которые, почувствовав вину за то, что посетили нас, захотят себя наказать).Потом я поняла кое-что еще более важное: эльфы не только имеют право стать свободными, но они так же должны научиться тому, что значит быть свободными. Они придут к этому, только совершив собственные ошибки, прежде чем всё получится. Так и ребенок, учась ходить, много раз упадёт, пока встанет на ноги. Поэтому я должна покинуть Г.А.В.Н.Э., по крайней мере, формально, и оставить её эльфам. Я могу по-прежнему быть покровительницей движения, их советчиком.Мне нравится эта мысль! Сообщу об этом всем на собрании. Эльфы во главе освободительной организации! Это заставит пошатнуться архаичные основы магического мира!Как только эльфы ушли, я выхожу из кабинета выпить чаю и чего-нибудь перекусить. Едва шагнув на лестницу, я тут же натыкаюсь на Северуса. Он суёт мне под нос флакончик с эфирными маслами. Подумать только, и он ещё обвиняет других в отсутствии такта.— Я подумал, что после общения с этими двумя нытиками, тебе не помешает расслабиться. Что скажешь о массаже? — говорит он елейным голосом.— Добби и Винки — не нытики!То, что он волшебник, не даёт ему права запросто унижать других магических созданий! Но даже в порыве ярости до меня доходит, что Северус предлагает свою помощь. Хм-м... Как я знаю, Северус Снейп никогда ничего не делает для других, только если это не выгодно ему самому. Сомневаюсь, что он позволит мне отказать в четвертый раз за неделю. Да и мышцы спины немного затекли.— Ладно. Но больше никаких уничижительных замечаний про моих друзей.Он насмешливо улыбается и подталкивает меня к спальне.Оказывается, у меня в самом деле начало получаться управлять мужем: когда он заявил, что теперь моя очередь делать массаж, я превратила его в вялого, тихого и почти слабого. Строго говоря, про кого-нибудь другого, чем Северус, я бы и сказала про слабость. С моим мужем более верно говорить о расслаблении. Этот мужчина не способен выдержать сколь-нибудь сильное давление на свой позвоночник, до такой степени, что, когда мы занялись любовью, он позволил мне быть сверху, заставив делать всю работу. Должна признаться, за этот перерыв и я отлично отдохнула. Учитывая, что меня ждет в ближайшее время, думаю использовать таланты Северуса почаще. Имея мужа, грех этим не воспользоваться.Следующие две недели были более сумасшедшими и нервными, чем подготовка к экзаменам в Хогвартсе. Хорошо ещё Молли не привлекла меня к подготовке помолвки Джинни и Гарри.Я сделала кучу всего: подтвердила бронирование зала для собрания; заказала плакаты, программки, листовки, пирожные, напитки, и прочие; составила программу пресс-конференцию четырнадцатого июня, чтобы осветить событие в средствах информации… И параллельно довела до блеска первое крупное дело в Нимбус. Оно должно быть готово к пятнадцатому июня, а процесс начнется девятнадцатого. Ах да, еще надо не забывать поспать.Пришло время отправляться в Нору. Я задумываюсь о прошедших двух неделях. Что ж я вполне довольна. Я успела сдать готовое дело в срок мистеру Ацидоту, который очень хвалил качество моей работы.Для собрания тоже уже всё готово. Даже Рите Скитер не удалось сорвать мою пресс-конференцию, несмотря на все её попытки увести разговор от темы моих реформ в обществе в сторону моего брака.Думаю, пришло время немного повеселиться.***Ясно, что единственная причина моего участия в этом фарсе, коим является помолвка Поттера и мисс Уизли, состоит в том, чтобы досаждать большинству гостей своим присутствием. А что ещё могло меня подтолкнуть снова войти в эту... постройку, бросающую вызов всем законам природы и магии? Если можно выразиться, даже мы с Гермионой выглядим поблаговиднее, чем это сооружение. Правда, в честь праздника она надела платье, которое почти обтягивает ее женственные формы. На мой вкус, оно немного слишком демонстрирует округлости, которые принадлежат мне… э-э-э… ей. В отличие от меня, жена не похожа на доску, тем лучше.Вижу, столы и стулья установили снаружи. Я вздыхаю. Они что позабыли, что мы в Великобритании, а вечера тут теплыми не бывают независимо от времени года?Поттер и мисс Уизли идут нам на встречу, когда мы приближаемся к группе уже прибывших.Определенно, платье мисс Уизли неприлично. Удивительно, как Молли это допустила. Благословление небесам, что у Гермионы хватает здравого смысла, хотя бы в том, что касается одежды.— Гермиона! — восклицают они. — Мы так рады тебя видеть.Какое-то время они толкаются, борясь за право первым её обнять. Что-то по ним не видно радости от встречи со мной. Знание, что им хочется послать меня подальше, стоит всех мучений этого отвратительного вечера.— Я тоже рада прийти.Гермиона, сияя, возвращает им краткие объятия и снова берет меня за руку, в соответствии с приличиями. Поттер хмурит брови, видя это. Заметно, что его это огорчает, но он благоразумно воздерживается от каких-либо комментариев. Вместо этого, смотрит на меня:— Добрый вечер, сэр. Добро пожаловать в Нору на нашу помолвку. Министра ещё нет, но я надеюсь, вы составите ему компанию.Он имеет наглость сопроводить свое предложение усмешкой. Пусть сегодня вечером я и хочу побесить министра своим присутствием, это не означает, что я захочу выдержать его общество больше нескольких минут. Если я его прокляну, у него будет великолепный повод упечь меня в Азкабан.— Вы не боитесь, Поттер, что вашу помолвку испортит дуэль?Он смеется!— Ну-ну, сэр, хоть Скримджер и бывший аврор, он не соперник вам в дуэли, будь она словесной или на палочках.— Я абсолютно нечувствителен к лести, Поттер. В дальнейшем храните ваши глупые замечания при себе.Мой тон постепенно становится угрожающим. Гермиона, почувствовав это, слегка сжимает мою руку, успокаивая. Пусть Азкабан остается лишь плохим воспоминанием. Сдержавшись, я не достаю палочку.— Думаю, вам лучше вернуться к гостям, Поттер.— Конечно, сэр, — отвечает он мне, явно довольный тем, что смог меня рассердить.На этом он разворачивается и присоединяется к Люпину и Тонкс. Мисс Уизли следует за ним, перед этим бросив на меня быстрый удивленный взгляд, словно спрашивая, почему я не заколдовал её мужа.Когда мы медленно идём в сторону Артура и Молли, Гермиона произносит со вздохом:— Если бы знала, что через тридцать секунд после нашего появления ты соберешься бросаться проклятиями, предпочла бы, чтобы ты остался дома. Мы всегда сможем придумать оправдание твоему отсутствию.— А я наоборот считаю, что найду причину весело провести вечер.— Да, кстати, что эта за история составлять компанию Скримджеру?Я вкратце рассказываю ей, о чём подумал, когда Поттер с мисс Уизли пришли ко мне в лабораторию, и о предложении Джорджа Уизли побесить Скримджера моим присутствием.— Добрый вечер Северус, добрый вечер Гермиона! — приветствует нас Артур Уизли.Молли отошла поговорить с не совсем человеческой супругой старшего сына, оставив мужа заниматься нами. Бокал вина, несколько пирожных и пара избитых фраз, и он нас оставляет.И вот мы одни посреди небольшой толпы, заполнившей сад. Гермиона, примирительно мне улыбнувшись, уходит поболтать с Тонкс, которую Люпин оставил, отправившись... превращаться. Сегодня последний день перед полнолунием. Держу пари, назначая дату для танцулек, Поттер и не подумал взглянуть на календарь.А вот и Хагрид. Думаю, никто не заметит, если я скроюсь в тихом уголке, чтобы почитать. Несмотря на ложь, нет на раскрытие истины, во время суда, он все еще видит во мне убийцу Дамблдора. Когда он смотрит на меня, все его жесты и мимика кричат о ненависти ко мне, и, зная о силе полувеликана, я предпочитаю отступить.Спустя два часа, я всерьёз подумываю вернуться домой. За столом меня посадили между Гермионой и Флёр Уизли, напротив Чарли Уизли и Нимфадоры Тонкс. Мне смертельно надоели их споры: лучше жить свободно, не завися от Свах (выбор оборотня и метаморфини), или довериться генеамурологии; лучше иметь окна на юге или на западе; или иногда, чтобы прикрепить на стену полку лучше выбрать маггловский метод. В этот момент близнецы при помощи соноруса зовут всех снова в сад, чтобы полюбоваться на фейерверк.Вместе с толпой я случайно оказываюсь возле Руфуса Скримджера. Министр прибыл, когда уже все расселись.— Господин министр,— говорю я в качестве приветствия.— Снейп, — отвечает он нейтральным тоном.Тут небо освещается фейерверками Фокус-Покус, специально созданными для этого вечера, и на какое-то мгновение меня оглушают взрывы ракет. Скримджер небрежно, не поворачиваясь ко мне, не сводя глаз с буйства красок на небе, спрашивает:— Артур меня сказал, что ваша супруга, Снейп, нашла работу?Куда он клонит?— Это так.— Учитывая характер её работы, я предполагаю, что она зарабатывает достаточно для вас обоих.Не отвечаю, я слишком занят обдумыванием последствий того, о чём он мне толкует.— Вы знаете, что к указу 00/25 от 19 февраля 2000 года прилагается лимит доходов, который запрещено превышать? А то, что бывшие Пожиратели, получившие право работать с веществами, поименованными в указе, из-за наличия иждивенца, ежегодно в конце декабря должны доказать, что их доход не превышает четыреста галеонов на семью без детей? Будьте осторожны, мистер Снейп, в январе вы можете обнаружить, что остались без работы. Конечно, если вы не ждёте прибавления.Он меня уделал. Придётся открыть счёт в Швейцарии, но туда без риска можно будет вносить только полученный процент с продаж. А вот зарплату за рубеж переправить незаметно не удастся. Да и не желаю, чтобы Гермиона бросила работу. Бог знает, что она сделает, если всё время будет страдать от безделья.На ум приходит единственный логичный вывод: решение простое — увеличить семью. Тем более, этот болван Скримджер, думая, что смеется надо мной, на самом деле дал мне время, сделать так, чтобы Гермиона забеременела до конца декабря. В этом есть и еще один плюс: Гермиона не сможет использовать бесплодие как повод для развода. Во всяком случае, я думаю, она справиться с ребёнком.Между тем, на следующий день, то есть в час ночи, по возвращении домой, я проверяю правдивость заявлений Скримджера, внимательно перечитывая документы касательно этого проклятого указа. Дьявол был прав; только ребенок позволит мне сохранить работу. Или это или просить у близнецов понижения зарплаты.С вечера понедельника я приступаю к выполнению плана. Знаю, что из-за суда она сегодня придёт поздно, уставшая и раздраженная. Я предложу ей расслабляющий массаж (она не сможет устоять перед таким предложением). Я воспользуюсь этим, чтобы нанести на её кожу эфирные масла, обогащенные зельем плодовитости. Затем мы займемся любовью. Для полной уверенности в успехе, мой член также будет покрыт этим зельем. Ни один метод контрацепции не сможет предотвратить зачатие. Именно поэтому я всегда старался, чтобы Беллатриса не нашла рецепт. Об отцовстве подумаю позже.
Глава 16. Подтверждение.Все прошло, как задумано: Гермиона возвращается со своего первого суда в качестве помощника юриста как натянутая струна, и не может устоять перед массажем, после которого она с удовольствием отвечает на мои домогательства. Зная, что сегодня ночью оплодотворю её, несмотря на желание, двигаюсь осторожнее, скольжу в ней старательнее, ласкаю нежнее.Мои губы завладевают её и не оставляют до тех пор, пока не возникает потребность выразить словами, или чем-то похожим на слова, наше обоюдное и синхронное удовольствие. К счастью, она так устала, что засыпает сразу после соития. Даже не взглянув на меня, посмеиваясь над моим необычным поведением, и это хорошо, иначе она неизбежно начнет задавать вопросы, которым лучше оставаться невысказанными.По словам мистера Ацидота суд прошел как нельзя лучше. На следующий день, во вторник (помощники не ходят в суд с юристами и адвокатами) он поздравил меня с превосходно подготовленным делом. По его словам, он без проблем находил требуемую информацию. Так что желание Северуса поласкаться вечером этого понедельника, было очень кстати, мне нужно было расслабиться.Сегодня вечер среды. Я собираюсь открыть двери зала, где состоится одно из самых важных мероприятий Г.А.В.Н.Э. Гарри и Джинни стоят на подиуме в глубине зала, Добби и Винки — рядом со мной, чтобы встречать участников. Столы и стулья расставлены, листовки готовы к раздаче. Я поворачиваю ручку, толкаю дверь и вижу... пустоту.За дверью никого! Но как?! Почему?! Я думала, что хоть один участник, да придёт. Я прихожу в себя, заметив две приближающиеся фигуры, но тут же разочаровываюсь: это журналисты. Я хочу закрыть дверь перед их носом.Вдруг я чувствую, как что-то задевает подол моей мантии. Опустив глаза, я вижу с десяток домовых эльфов, которые прокрадываются в зал, огибая меня, стоящую в проходе. Меня накрывает волна облегчения: теперь всё будет в порядке.Конечно, стоило догадаться, что журналистов больше интересует жизнь героя Гарри Поттера, чем дело домовых эльфов, обладающих такими же правами, как и волшебники, и которых магическое сообщество принудило к рабству. Это не помешало присутствующим эльфам вступить в движение, особенно, когда они узнали, что волшебница с радостью уступила им место. Услышав моё заявление, что наше движение возглавят Добби и Винки, журналисты даже забыли спросить у Гарри и Джинни про цвет их свадебного торта.Неожиданно я попала на первую полосу, пусть это и было лишь заметкой в левом нижнем углу.***В последнее время я внимательно следил за Гермионой. И не обнаруживал никаких признаков, какие обычно бывают у неё при месячных: ни хандры, ни приступов злости в течение двух или трех дней, никаких использованных салфеток в урне в ванной. Наоборот, её грудь стала больше, она кажется расстроенной, и, самое главное, она почти не завтракает. И вроде бы, начинает волноваться, окажись я рядом.Чаще чем обычно, она посматривает на меня, закусив губу — верный признак того, что она хочет что-то сказать, но не знает, как это сделать так, чтобы я не взорвался. Страстно желаю прекратить эту пытку, начав разговор, но она слишком умна, есть риск, что она меня раскусит. Поэтому терпеливо жду, когда она наберётся мужества сказать мне, что беременна.Это происходит в августе, за завтраком в воскресенье.—Северус.— Да?Чувствую, она наконец-то готова признаться. В любом случае, она не сможет и дальше скрывать своё состояние.— Я... э-э-э... хочу тебе кое-что сказать. Но, вначале, пообещай мне не кричать и не злиться.С помощью актёрских навыков я пытаюсь выглядеть одновременно заинтригованным и недовольным.— Давай, говори!— Я... Я это ненарочно. Клянусь, я не знаю, как так получилось. То есть, знаю как, но я же принимала все меры предосторожности, и этого не должно было случиться. Ах, как сказать…— Прямо. Перестань ходить вокруг да около.Она смущенно краснеет и опускает глаза.— Я беременна, — бормочет она сквозь пелену волос.Пора играть по-крупному. Думаю, мне бы вручили магловский Оскар. Кричу в притворном гневе:— Что? Ты что?Приятно видеть, как она вздрагивает от ужаса, как первокурсники в Хогвартсе.— Я беременна, — повторяет она еле слышно.Я прищуриваюсь.— Какой срок? — спрашиваю я холодно.— Приблизительно два месяца. Но у меня в запасе еще месяц, чтобы сделать аборт, — добавляет она быстро. — Я только хотела поговорить с тобой, до того как это сделаю. Думаю, ты не хочешь ребенка, но мне показалось правильным сказать тебе.Спина холодеет. Задаюсь вопросом, что помешало ей сделать это тайно.— Тебе известно, что промолчав, ты обрубаешь для себя все возможные пути для развода? Сделав аборт, ты не сможешь ссылаться на бесплодие.Она сильнее прикусывает губу. Вдруг, по-видимому, приняв какое-то решение, она смотрит на меня с вызовом.— В любом случае, для развода по причине бесплодия, закон требует, чтобы супруги обследовались. Колдомедики сразу поймут, что у меня уже была беременность. А это доказывает способность пары к рождению детей.Так вот почему она всё рассказала! Потому что при любом раскладе такой путь (развод из-за бесплодия) для неё невозможен. И рождение ребенка абсолютно не нужно. Почему-то именно эта мысль меня беспокоит. Я уже два месяца представляю ее с круглым животом, а она предполагает сделать аборт.Пытаюсь схитрить:— А что думаешь ты об этом ребёнке? Ты его хочешь?Отвернувшись, она смотрит в окно.— Не знаю. В первое время я была уверена, что не хочу его. Пошла в Мунго записаться на аборт. Сходила на приём к колдомедику и колдопсихологу. Они мне объяснили, почему я уже не смогу развестись из-за бесплодия, потом объяснили, что такое решение окончательное и необратимое. С другой стороны, есть моя карьера. Я только что устроилась на работу! Как я смогу работать с ребёнком? А если я сделаю аборт, а потом пожалею об этом? На мой взгляд, я видела достаточно мёртвых. Разве я смогу убить существо, пусть это ещё вовсе не человек, не видя в кошмарах? А что ты?Из её глаз бегут слёзы, говоря, она шмыгает носом, без сомнения результат гормонального дисбаланса. У меня нет ответа на ее вопросы, кроме желания сохранить этого ребенка.— Ты в курсе, что существуют волшебницы-няни, а у нас есть деньги нанять одну?У этого предложения целых два преимущества: я увижу Гермиону с круглым животом и избегу ежедневных хлопот. Кроме того, когда у неё есть выбор, Гермиона всегда делает правильный, при условии что прежде ей были предъявлены хорошие аргументы. И вновь я оказался прав.— Я согласна его сохранить, но при условии, что ты, пусть и немного, будешь принимать участие в его воспитании. Напоминаю, что ты активно участвовал в его зачатии.Ладно, я оказался почти прав.— Ты серьёзно видишь меня за сменой подгузников?Она принимает возмущенный и воинственный вид, несмотря на опухшие покрасневшие глаза.— Это не хуже, чем возиться с драконьим дерьмом, чтобы усовершенствовать навозные бомбы Фреда и Джорджа!Всё верно. Быстро, найди удачный ответ.— Я отказываюсь менять подгузники, давать бутылочки или петь малышу дурацкие колыбельные!— Если ты не будешь заниматься ребёнком, я подам жалобу в аврорат на халатность!Ого. Если она это сделает, то сможет получить развод, чтобы защитить ребёнка. Пора делать уступку. Говоря, я тычу в неё указательным пальцем.— Уговорила. Я буду проводить с ним или с нею время, лишь обучая чему-то полезному: читать, писать, варить зелья, или проверяя, как он, или она, выучила уроки. Но не надейся, что я буду за ним ухаживать. Не воображай, что неожиданно начну с ним нежничать. А ещё за тобой выбор няни.Она тепло улыбается.— Большего и не прошу, Северус. Нет ничего хуже для ребенка, чем чувствовать безразличие или ненависть родителей. Посмотри, к чему это привело Волан-де-Морта. Итак, я его сохраню. Мне повезло: в Нимбусе у меня понимающие начальники, а я постараюсь не задерживаться на работе. И с няней я что-нибудь решу.Совершенно не вижу ничего плохо в том, во что Тёмный Лорд превратил свою жизнь, но об этом лучше умолчать.— Хорошо. Теперь, когда мы договорились, тема закрыта. Я в лабораторию. До скорого.Наконец, меня ждёт обычный день. Никаких развлечений, кроме зелий.Глава 17. Эпилог.Какой вечер! Я уже слишком большая для подобного. К слову, осталось ещё три месяца.Одно радует, когда я вклинилась между Роном и Северусом, они, с беспокойством глянув на мой живот, тут же прекратили перепалку. Эти двое чуть не испортили новогодний ужин у Гарри. Рон плохо переносит огневиски, и вчера ему вдруг приспичило выплеснуть всю горечь от нашей неудавшейся помолвки.Он обвинил Северуса в том, что тот заплатил Свахам, чтобы меня заполучить (если всё так, то чего же он сам не заплатил Свахам, чтобы подделать наши результаты?), что тот постоянно меня насилует, что тот сделал мне ребёнка ради сохранения работы. Совершенно нелепые обвинения, за исключением последнего.Мне понадобилось какое-то время, чтобы всё понять. Я был так решительно настроена доказать всем в Нимбусе, что могу работать хорошо независимо от моего положения, что почти не обращала внимания на всё остальное до тех пор, пока в сентябре Пророк не опубликовал лимиты доходов, установленные указом 00/25. Увы, было слишком поздно что-то делать с этими сведениями. Я уже любила этого ребенка больше, чем себя, и добилась от Северуса обещания принимать участие в его воспитании.Мои родители совсем не ожидали, что так скоро станут дедушкой и бабушкой, но быстро к этому привыкли.— Гермиона, ты же только нашла работу! Беременность может помешать твоей карьере! — поначалу сокрушалась мама.Но уже через два часа зазвучало другое:— Вы уже выбрали имя? Когда будешь обставлять детскую? Я о-бя-за-тель-но пойду с тобой. Ох, не могу поверить, что стану бабушкой! Поскорее бы он появился!Реакцию моих друзей можно свети к следующему:— Что? Уже? Скажи, ты счастлива? Тогда это главное.Отличалась только степень искренности, с которой это говорилось. Хагрид готов баловать мать и ребёнка по-своему. Артур и Молли, вероятно, думали, что это мог быть их внук, сложись всё иначе. Ремус и Тонкс вели себя так, словно думали, что я под империо. Гарри был в восторге от того, что станет крёстным.И все спрашивали друг друга, не осмеливаясь озвучить вопрос мне, как я могла спать с сальноволосым ублюдком, каким бы героем войны он там ни был. Мне так хотелось им сказать, что, когда его лицо оказывается между моих ног, мне наплевать урод он или нет, а он знает, как использовать свою анатомию так, чтобы заставить забыть о его недостатках. И, во всяком случае, он не трясется надо мной как над фарфоровой вазой.***Нет, только не опять! Сабина плачет уже третий раз за ночь! Разумеется, встаёт Гермиона, но я тоже каждый раз просыпаюсь. С начала недели близнецы Уизли множество раз подшучивали над моим измученным видом, приговаривая не то, чтобы это еще больше уродовало. Если они попробуют сделать это еще хоть раз, клянусь, я протестирую на них одно зелье. Этот рецепт я нашёл в рукописи Лукреции Борджиа, купленной на прошлой неделе на черном рынке: оно приводит к слепоте и, при этом, его невозможно обнаружить.С седьмого месяца беременности Гермионы я ещё ни разу не спал беспробудно всю ночь. И представить не мог, до какой степени беременная женщина может быть обузой для близких: она подолгу торчит в туалете; постоянно стонет, что ходит как пингвин; не может сделать и половину домашней работы из-за выступающего живота, плохо спит, а, значит, и мужу мешает спать, можно продолжать до бесконечности.Меня утешало, что после родов все эти жалобы закончатся.На родах я не был, не хотелось несколько часов слушать, как жена кричит, как при смерти. Одного часа в день в часы посещений было вполне достаточно. Увы! Увы! У меня было всего пять дней передышки, пять дней, пока Гермиона была в родильном доме.Гермиона и Сабина (я должен звать её по имени; как только я назвал её ребёнок, Гермиона тут же бросила в меня проклятием) со мной уже два месяца. Два долгих месяца, которые меня доконают. Я думал, что испытание — это спать вполглаза, чтобы не стать жертвой Пожирателя Смерти, завидующего моим близким отношениям с Тёмным Лордом. С тех пор я пересмотрел свои взгляды. Ребёнок хуже, чем неизвестный убийца. Я на своей шкуре испытал новый вид пытки.Кроме того, её мать уже поймала меня на слове, заставив дать то обещание, и уже попросила меня поговорить с нашей дочерью. Можно подумать, маленький ребёнок способен понять хоть одно моё слово. Я, по крайней мере, надеюсь, что в скором времени могу рассчитывать на интеллектуальную беседу. Она моя дочь, в конце концов, и должна иметь IQ выше среднего.Впрочем, если как следует взяться за дело, то можно вырастить из неё настоящее бедствие для Поттера, Уизли и её учителей, когда она пойдет в Хогвартс. Ради этого несколько месяцев можно потерпеть неудобства.***Сегодня у нас с Северусом пятая годовщина свадьбы. Это не брак по любви, но в нашем союзе я нашла некое успокоение. Он позволяет мне строит свою карьеру, так как хочу я, и не злится часами, когда мне приходиться на несколько дней оставлять дом, чтобы опросить недовольных клиентов Нимбус во всех уголках мира. В такое время он ограничивается тем, что отправляет детей, Сабину и Джулию, к моим родителям до тех пор, пока я не вернусь.Он не стал разговорчивее или откровеннее, чем был в начале нашей семейной жизни. Однако, немного понаблюдав, я лучше его узнала. И если я не получаю того, что хочу, убеждением или просьбами, то всегда остается шантаж. А с того дня, как я обнаружила тайник с книгами по чёрной магии, это стало совсем не сложно.Именно так я получила второго ребенка и переехала в более просторный дом. Я всегда хотела двоих детей — не хочу, чтобы ребёнок рос в одиночестве, как я. И после первого ребёнка я вскоре родила второго. По крайней мере, эта проблема больше не остановит мою карьеру, а с няней на весь день я могу посвятить себя работе, не беспокоясь о них.Я смотрю в окно на играющих в саду дочек. Тут рядом с ними появляется Северус, вернувшийся с одной из своих таинственных встреч. Они отвлекаются и здороваются с ним и снова начинают играть, когда он направляется к дому. При виде этой будничной картины меня охватывает умиротворение.***Трудно представить, но я женат уже пять лет и у меня двое детей. Я до сих пор работаю на близнецов Уизли. Мне удалось убедить их приплачивать мне неофициально. Я без разговоров заделаю третьего ребёнка, если это потребуется для сохранения работы. Двое имеющихся отнимают достаточно времени, не смотря на то, что они спокойнее, внимательнее и любознательнее, чем те идиоты, которых я пытался учить в школе. Короче, это — мои дочери.Что касается моей жены, могу сказать, что девяносто процентов, послужившие причиной нашему браку, не обманули. Не сказал бы, что между нами безумная любовь, но я удовлетворен нашей сделкой. Она не вмешивается в мою жизнь, а я никогда не вмешиваюсь в её, во всяком случае, не более необходимого, и главным образом ночью в нашей постели. Мы ссоримся чаще всего благоразумно и миримся так же благоразумно.Я бы никогда не подумал, что женщина может оставить такую свободу своему мужу. Все, кого я знаю, в каком-то роде удавки, но не Гермиона. Даже дочери знают, когда меня лучше не беспокоить.Чтобы вкратце описать мою жизнь я бы использовал слово полнота.












Report abuse

All documents on the website are taken from public sources and posted by users. We offer our deepest apologies if your document has been published without your consent.